Хранитель времени
Шрифт:
— Всего доброго, Ваше Сиятельство, буду рад встретиться лично, — ага, служба у него, как же. Что-то я сильно сомневаюсь, что он вообще кого-то сам лечит. Хотя, ладно, это не моё дело.
Положив трубку, я посмотрел на часы. Половина девятого. А этот Аристарх Аристархович — ранняя птичка. Ладно, пора вставать, дел сегодня полно, ведь я планировал управиться сегодня со всеми пациентами. А уже завтра заняться торговлей, пока Сонька соберёт информацию по товарам и пожелания бойцов, у меня есть относительно свободный день, который я, естественно, потрачу на работу.
Сходил в душ, позавтракал и вышел во двор,
— Утро доброе, готова? — поприветствовал я своего нового водителя.
— Доброе утро, командир, никогда ещё не была настолько готова, — она игриво подмигнула мне, развернулась и, виляя бёдрами, направилась прямиком на водительское место. Вот же чертовка, за такой нужен глаз да глаз.
Первым в списке, который вчера передала мне Соня, числился некий Егор Выхин, тридцать пять лет. Ветеран последней войны, бывший разведчик. Диагноз: посттравматический синдром, контузия, панические атаки, потеря стопы. Сонька долго думала, брать ли его дело, ведь достойно оплатить мои услуги он не мог. Позвонила его жена, просила и умоляла, говоря, что он находится практически на грани самоубийства.
Ситуацию усложнило ещё и то, что травма его была получена больше трёх лет назад. А это значило, что придётся затратить довольно много лет жизни на восстановление. Однако, я решил помочь мужику, после рейда в зону годков в резерве у меня хватало. К тому же, я хотел предложить ему работу. Опытный разведчик никогда не будет лишним. Тем более, Империя его забыла, и он чувствовал себя брошенным. Пусть его служба и будет оплатой. Согласится — хорошо, нет… да всё равно вылечу, чего уж там.
Мы сели в пикап, и Рита резко рванула с места. Понятия не имею, как ей удалось выжать такую скорость из данного автомобиля, но я был в восторге от её навыков вождения! Это врождённый талант, не иначе. После небольшой поездки с этой гонщицей, я дал себе зарок, что как только продадим гориллу и змею, я обязательно съезжу к Занозину и куплю тот спорткар, который мне приглянулся. Надеюсь, его ещё не успели продать.
Мы почти подъехали к дому отставного военного, как у меня вновь зазвонил телефон. Никаких звонков я больше не ждал, так что трубку поднял настороженно.
— Здравствуйте, Максим Вершинин? — спросил безразличный голос. Таким обычно общаются потомственные дворецкие.
— Да, кто спрашивает? — уточнил я.
— Моё имя не имеет значения, я всего лишь слуга графа Бронского. Его Сиятельство просил дозвониться до вас и пригласить на личную беседу, — всё тем же голосом, не допускающим никаких эмоций, проговорил мужчина.
— Когда и по какому вопросу? — а что-то есть в таком стиле общения, всё чётко, кратко и по делу.
— Как можно быстрее, ситуация не терпит отлагательств, это связано с вашей профессиональной деятельностью, — в этот момент его голос всё-таки немного дрогнул, — по телефону большего сказать не могу.
— Сейчас у меня пациент, после него могу подъехать, куда скажите, — почему-то меня заинтересовал этот звонок.
— Спасибо за отзывчивость и срочность, — вежливо поблагодарил графский слуга, — я пришлю вам адрес, Его Сиятельство с нетерпением ожидает встречи. Всего доброго.
— До свидания, — я положил трубку, — планы меняются, Рит, после Выхина едем к графу Бронскому, вот адрес, —
— Как скажешь, командир, я хоть куда, — она очаровательно улыбнулась в зеркало заднего вида.
Я же вышел из машины и поднялся на пятый этаж, где меня ждали Егор Выхин с женой. Мужик мне показался вполне адекватным, только очень грустным. Он не верил, что кто-то способен ему помочь.
— Егор Семёнович, скажу честно, думаю, я могу вам помочь, — заявил я после небольшого осмотра.
— Правда? — в глазах опытного вояки появилась надежда, сменившаяся прежним унынием, — даже если и так, мне нечем заплатить. Но теперь я хотя бы буду знать, что надежда есть, постараемся когда-нибудь накопить денег.
— Ответьте пожалуйста на нестандартный вопрос, — он кивнул, готовый слушать, — если ты вы излечились, чем бы стали заниматься? Чего хотите от жизни?
— Не знаю… — он ненадолго задумался, — наверное, хотел бы вернуться на службу, там вся моя жизнь, но кто же меня туда возьмёт теперь? Меня списали, словно старые, истоптанные сапоги. Обратно таким дороги нет, даже если их починить. Так что наймусь, вероятно, в какое-нибудь охранное агентство. Жалко, если навыки, которые я совершенствовал всю жизнь, пропадут в пустую, а так хоть какую-то пользу принесу.
— Я вас понял, спасибо за честный ответ, — в принципе, я услышал то, что хотел, теперь озвучу своё предложение, а дальше решать только ему. — Дело обстоит так: я практически уверен, что излечить вас полностью смогу только я, ну или, может, несколько других лекарей в тандеме, если каждый из них будет заниматься своей задачей. Каждый ваш недуг лечится по-разному, но так получилось, что мой дар несколько отличается от обыкновенного лекарского.
— Что-то такое я и предполагал, — он стал мрачнее тучи.
— Но! Я сейчас сделаю вам предложение, а потом вылечу. Бесплатно. Независимо от вашего решения, раз уж я сегодня оказался здесь, хочу помочь, — я давно уже решил помочь этому человеку в любом случае. — Так вот, предложение у меня такое: у меня есть свой отряд охотников, мы зарегистрировались совсем недавно, но уже кое-какие успехи у нас имеются. Нам очень нужен человек с вашими навыками, так что я предлагаю вам вступить в наши ряды, перейти под моё командование. Вскоре я войду в гильдию целителей, а также моя цель — получение титула. До этого далеко, но, когда это произойдёт, в чём я нисколько не сомневаюсь, мне понадобятся верные люди и гвардия. Я хотел бы видеть в их числе кого-то вроде вас. Думайте, а я пока займусь вашими ранами.
Просканировав его, я определил, что мне понадобится четырнадцать лет для полного излечения. Много? Да. Стоит оно того? Не знаю, но просто хочу помочь. Сердце подсказывает мне, что это будет правильно.
Я приложил ладонь к его голове и активировал дар. Вновь появилось знакомое свечение, и в этот раз оно действовало довольно долго, около десяти минут. Дело в том, что пришлось работать с нервной системой, а это один из сложнейших элементов человеческого организма, наравне с мозгом, который, кстати, тоже пришлось слегка затронуть. В прошлой жизни я долго учился справляться с подобными травмами. Вернуть каждый нейрон в нормальное состояние — это не две кости срастить. Но сейчас я прекрасно умею это делать, так что в успехе я не сомневался.