Хранитель Тёмного императора

Гринёва Шейра

— Да, сложные у вас отношения, — фыркнула я.

— Не то слово! Вои и приходится вертеться.

— А зачем ты напала на меня?

— Не люблю чужаков, — скривилась Лисао. — Мирлен именно их стал в последние месяцы натравлять на меня, чтоб уберечь свою дочь. Эрлан тогда долго читал мне нотацию, что я поступила по отношению к тебе нехорошо, и он до сих пор поверить не может, что ты не приходишь к нему.

— А зачем? — удивилась я. — Он извинился, да и было видно, что конфликтовать не намерен.

— Так ты не будешь меня убивать? — уточнила собеседница.

— Нет.

Мне хотелось лишь понять, что же на самом деле происходит в этом городе? Ещё вопрос можно? Скажи, жителей вы действительно собой пугаете, чтоб они на улицы ночью не выходили?

В ответ Лисао рассмеялась. Говорит, что давно не слышала подобной ерунды.

— Да, насмешила ты меня, жрица. А как тебя зовут?

— Шаера.

— Открою тебе страшную тайну, Шаера, если бы это из-за нас жители не выходили из своих домов по ночам, они бы и днём старались носы свои казать. У нас тоже есть свои законы, нарушение которых карается по большей части смертью. Мне ясно дали понять, что если где-то засвечусь, пощады не будет.

— А как же я? — удивилась я.

— Можно было списать на то, что чужачка пыталась убить жителя Бейрре, вот и всё. Что касается крови… Жители сами приходят к нам… добровольно, прошу заметить! Никто никого не принуждает.

— Вот и хорошо, что всё прояснилось, — потянулась я. — Всего-то недельку побродила в поисках вампира, и вы будто специально прятались. Ну, это ладно, меня интересует другой вопрос: как покинуть этот городок?

— Вообще-то, мы не прятались, а наблюдали за тобой. Эрлан предположил, что ты и есть новая охотница, но не спешил что-либо предпринимать, ведь эта не точная информация. Да, и прошу извинить меня за нападение.

— Я не в обиде, — улыбнулась я.

— Мне пора идти, Шаера, надеюсь, мы ещё когда-нибудь встретимся с тобой. Удачи тебе в пути и найти то, что ищешь.

— Благодарю, Лисао, и скажи своему возлюбленному, что подслушивать нехорошо.

— И давно вы в курсе, что я здесь? — поинтересовался голос сбоку.

— С того момента, как Лисао подошла ко мне, — ответила я. — Вы переживаете за неё, вот и решили побыть в роли слушателя и наблюдателя.

Они откланялись и ушли, а я до восхода солнца просидела на крыше, размышляя над тем, как бы мне правильно поступить? Пока ни одной умной мысли. Вздохнув, отправилась спать. Ночка была насыщенной.

Наутро была удивлена количеством народу на площади. Эрлан пытался донести до жителей Бейрре, что им нечего бояться, равно как и самим вампирам, так, почему бы не жить в мире и согласии? Речь его Мирлен Замир не оценил, рявкнул: «Мы против вас!» Он стал, загибая пальцы, перечислять деяния, сотворённые вампирами, но те протестовали, твердя, что никому не причиняли вреда. Но глава Бейрре был не приклонен.

В пример ставили Лисао. Девушка была зла на главу города и готова была вцепиться тому в глотку, но останавливали законы и подруга Самира. Разговоры ни к чему не приводили, и тогда я решила вставить свои пять медных монет. Взошла на помост, оглядела присутствующих и заговорила:

— Кто видел

меня всю неделю гуляющей по ночам Бейрре?

Тишина. Уверена, что меня может и не каждую ночь, но видел Мирлен, и если это действительно не так, я готова лично и прямо сейчас сдаться Сейлеру. Народ видел, как вампиры поднимали руки, затем и некоторые жители последовали их примеру. Самира тоже подняла руку и робко сказала:

— Я тоже видела жрицу.

Отец наградил дочь недобрым взглядом, но говорить ничего не стал. Я же говорю, кто-то, да видел меня, но боятся сообщить об этом, но, почему? Дело в главе города? Возможно.

— А теперь скажите, кто из вас видел, как на меня напал хоть один вампир?

Хм, вопрос, конечно, такой я зря задала, не подумала. Ведь, когда я вошла в город, на меня и напала Лисао, и видел это Эрлан и, надеюсь, больше никто. Я переживала по этому поводу, ведь если кто-то…

— И что с того? Никто не нападал на вас, жрица, обвинения не снимаются!

— Папа, — одёрнула его Самира, — так нельзя!

— С тобой, доченька, дома будет отдельный разговор! — рыкнул он.

— А с того, уважаемый глава Бейрре, что вы сами себя, да и жителей тоже, загнали в угол, и сделали виноватыми вампиров. Конечно, а кого ещё? Чего вы боитесь?

— Наглеешь, жрица, — сжал он кулаки.

— Смешения крови?

— Ну, всё, сама напросилась!

Мирлен призвал демонов и натравил их на меня, но едва они приблизились ко мне, я рявкнула:

— Только попробуйте что-нибудь выкинуть! И поверьте, лучшее, что вас ждёт, — это служение мне.

— А мы в этом поможем! — хихикнула Ирэн, перекатываясь по помосту.

— Ты как всегда навеселе, — хмыкнула Каюми.

— Кто первый? — вопросил инкуб Рансэт.

Народ ахнул, но разбегаться не спешил. Кто-то смелый из толпы даже крикнул:

— Принимаются ставки!

— Наш глава — чернокнижник! — тихо сказала девушка в первом ряду, но услышали все.

— А вот и главный секрет главы Бейрре, — сказал Эрлан. — Именно поэтому вы запугали жителей нами?

— Глупости! — с апломбом выкрикнул Мирлен.

— А кто страшней: вампир или чернокнижник? — заинтересовалась я, не сводя глаз с Мирлена. Угу, и начну цену сразу себе набивать!

— Не думаю, что стоит это выяснять, — сказал мужчина чуть постарше Эрлана.

Он был одет в дорогой костюм, на плечах серый плащ, в руке трость. Ходовая вещь среди клыкастого народа. Коротко стриженный шатен с заострённым носом, ярко выраженными скулами, статен.

Мы повернулись к нему. Мужчина слегка улыбнулся.

— Предлагаю всё забыть и начать сначала, а, Мирлен?

— С чего бы это мне меня правила? — спросил глава города.

— А чтоб жители не увидели, какой ценой достанется свобода, и не факт того, что вы останетесь у власти, — сказала я.

— Да кто ты такая, чтоб мне сметь угрожать?!

— Я не угрожаю, но я тоже чернокнижник, который сможет потягаться с вами.

— И мы с вами, Мирлен, поговорим по душам, и, думаю, сможем договориться. Что скажете? — спросил мужчина.