Хранитель Маглы
Шрифт:
– Это кариатида,– сказала Вероника, встав рядом со мной,– Ваша история допускает несколько толкований происхождения кариатид, но на самом деле это были очень несчастные женщины. Они жили в области Кария в Малой Азии и во время войны активно поддерживали персов, за что были наказаны и впоследствии проданы в рабство.
– Откуда ты все это знаешь? – спросил я.
– Из школьного курса вашей истории.
– Ты ходишь в школу? – удивился я.
– Конечно. Но наша школа отличается от вашей. Мы изучаем вашу культуру, языки, историю. Так вот, много, много лет назад Пелопоннесский город Карий заключил против Греции союз с персами, с которыми те воевали. Потом
Подчинившись внутреннему желанию, я дотронулся до драпировки длинного одеяния кариатиды. Того, что произошло в следующую минуту, не ожидал никто. Каменная статуя вдруг зашевелилась, при этом тяжелые складки ее платья заколыхались, как будто были из ткани, а не из камня, руки, держащие венок, опустились, и огромная кариатида, склонилась, протягивая мне свою ношу.
Боясь разозлить каменную женщину, я, превозмогая ужас, который меня охватил, все же вытянул руку, чтобы взять венок. В ту же минуту венок в ее руках как будто лопнул посередине, развернулся, вытягиваясь в тонкую длинную полосу, и я увидел ползущую ко мне змею небольшого размера. Не успел я одернуть руку, как змея уже обвила мое правое запястье плотным тройным кольцом и, застыв металлическим браслетом, защёлкнулась. Статуя вернулась в свое исходное положение и вновь застыла, венка при этом у нее уже не было.
Я ошарашенно посмотрел на Веронику.
– Что это? – выдавил я, указывая на руку.
– Видимо, это и есть первая часть Кольца, – восхищенно ответила девочка.
– Но это же БРАСЛЕТ,– возразил я, четко проговаривая каждую букву.
– Смотри на вещи шире. Кольцо – это не только украшение на палец. Тебе разве неизвестно, что кольцом может быть любой предмет, если он имеет форму замкнутого круга, ну, или который напоминает форму замкнутого круга.
– Как же тогда выглядит все Кольцо? – озадаченно спросил я.
– Рассказывают, что Кольцо само решает, какую форму ему принять. Чаще всего Великого Магистра видели с гладким кольцом на безымянном пальце правой руки.
– У нас на этом пальце носят обручальные кольца.
– А у нас брачные узы символизирует пояс.
– Почему пояс? – озадаченно спросил я.
– Потому что он одновременно отделяет и связывает высшее и низшее начала в человеке. На концах пояса по три кисти в знак триединства мира, связь прошлого, настоящего и будущего. Раньше ношение пояса было обязательным, но со временем этот обычай был упразднен, и теперь его носят по желанию. Например, мои родители предпочитают соблюдать традиции.
– У тебя есть родители? – почему-то удивился я.
– Конечно! – засмеялась Вероника,– С моей мамой ты даже успел познакомиться.
– А кто твоя мама?
– Неужели еще не догадался? Моя мама – Радужная фея.
Безусловно, я удивился, хотя на самом деле удивляться было нечему, если бы я был более внимателен к деталям, я давно бы это
– А кто твой отец? – спросил я, когда немного освоился с услышанным.
– Мой отец один из хранителей Ордена и друг Ингвара. Его зовут Сергей, и сейчас он с остальными хранителями находится в лагере хранителей. Рано или поздно ты с ним обязательно познакомишься.
Некоторое время я пребывал в задумчивости и вдруг заметил, что Вероника по-прежнему держит один из предметов, который в последнюю секунду схватила со стола из библиотеки. Второй она незадолго до этого положила в карман куртки.
– Что это у тебя? – спросил я.
– А-а, это очки,– ответила девочка, демонстрируя мне черную коробочку, похожую на футляр для очков.
– У тебя плохое зрение?
– Нет, – засмеялась Вероника,– это очки наблюдения за вашим миром. Они сделаны из противотуманных стекол.
– Как это?
– Вот, надень,– девочка раскрыла футляр, достала очки, похожие на очки 3D, которые выдают в кинотеатрах, и протянула мне.
Я с интересом взял очки и водрузил их на нос. То, что недавно произошло с кариатидой, показалось мне детской игрой по сравнению с тем, что я увидел сквозь них. Я снова был в своем городе, на знакомой улице, если пройти несколько кварталов и свернуть за угол, я увижу свой дом, войду в подъезд, поднимусь на восьмой этаж, обниму маму и младшего братика. Потеряв над собой контроль, я побежал, забыв о том, что нахожусь сейчас в парадном зале замка, и тем более не думал о том, что могу элементарно с последствиями для себя в виде физических увечий упереться в стену, ведь ходить сквозь стены я не умею. Мне повезло, что зал был размером с футбольное поле, и мне было, где разбежаться, но это я оценил позже. Вероника и Котенок побежали за мной.
– Данька, стой!– закричала Вероника,– Это, как кино, ты можешь смотреть фильм, но не можешь в него попасть. Сними очки!
Я остановился. По улицам ходили люди, ездили машины. Мой город продолжал жить своей жизнью и не замечал меня. Я стоял на тротуаре, и навстречу мне шла женщина с ребенком. Я думал они меня обойдут, но они меня не заметили и, в буквальном смысле, прошли сквозь меня. Чья-то рука легла мне на плечо. Я повернул голову и увидел Веронику.
– Прости,– тихо сказала девочка.
Я снял очки и отдал их Веронике, которая вернула их в футляр и положила в свой рюкзак.
– Что дальше? – спросил я, украдкой смахивая навернувшуюся слезу.
– Наша миссия здесь выполнена,– ответила Вероника.– Первая часть Кольца у нас. Надо идти дальше.
– Куда?
– Радужная фея говорила, что Кольцо должно само позвать тебя.
– А если оно не позовет меня или я не пойму, что оно зовет меня?
– За лесом есть озеро. Там живет провидица. Может она подскажет тебе, где искать остальные части Кольца. Сейчас, как и планировали, мы покинем замок по коридору котенка. Дальше нам останется пройти через лес на противоположную сторону и попасть к озеру.
Предложение Вероники показалось мне разумным, и я согласился.
– Котенок, ты готов?– спросила Вероника.
– Я всегда готов,– проворчал в ответ котенок.
Затем он, как и прежде, поднялся в воздух, надулся до размеров небольшого воздушного шарика, приобретая окраску от белого до почти прозрачного, и в конечном итоге снова стал похож на маленькое пушистое облачко.
На этот раз котенок не стал подлетать близко к полу, а сосредоточился на одной из стен зала. Вокруг него снова возникла знакомая туманная завеса, после чего стена разверзлась, и мой полупрозрачный друг первым нырнул в образовавшийся проход.