Хранитель историй
Шрифт:
— Сейчас, я все покажу, — чиркнув кресалом, Терси осветил дорогу факелом и шепотом добавил: — Только прошу вас тише. Не стоит будить дремлющих.
Рик и Клер растерянно переглянулись.
Осторожно, ступень за ступенью, они двигались вглубь, казавшегося бесконечным подвала. С полукруглого каменного потолка, пробиваясь сквозь кладку, струйками сочилась мутная вода. Звонкий удар капель смешался с шорохом шагов. Огонь пытался отвоевать у тьмы хоть немного пространства, но битва оказалась неравной. Было видно не дальше вытянутой руки.
Наконец ступени закончились, и коридор потянулся чуть вверх. Стены стали уже, и юноша ощутил, как капли падают ему на плечи, голову. Неприятное ощущение нарастающей тревоги не покидало его ни на секунду. Непроизвольно Рик коснулся мокрого плеча рукой, а затем попробовал влагу на вкус. Вода оказалась соленой.
— Не удивляйтесь, и не бойтесь, это всего лишь слезы, — заметив реакцию юноши, объяснил Терси, не сбавляя шага.
Ничего не ответив, Джейсон — младший попытался справиться с охватившей его дрожью.
Коридор стал ниже, и пастырю пришлось пригнуть голову. Легкий сквозняк донес запах затхлости и крысиных испражнений.
Внезапно послышался пронзительный визг, и Рик почувствовал, как в правый башмак ударилось нечто живое. Опустив голову, юноша смог рассмотреть лишь удаляющийся крысиный хвост. Отпрянув в сторону — чтобы удержаться на ногах — он выставил вбок руку, пытаясь облокотиться о стену. Ладонь провалилась в углубление, и пальцы тут же уперлись во что-то мягкое и вязкое.
— Ай, — вырвалось у Рика прямо из груди.
Отшатнувшись, он стал заваливаться на спину, когда пастырь ухватил его за лацкан камзола. Пламя дернулось, и юноша увидел Терси рядом с собой. Узкое лицо священника сделалось каменным, и только желваки на скулах все еще нервно поигрывали.
— Тише. Я же просил, не будить Дремлющих.
Повернув голову, Рик заметил лишь то, что ему позволил увидеть огонь; глубокая ниша хранила останки, утопающие в широких пластах ветхой одежды. Череп умершего был повернут в сторону юноши, а пустые глазницы буравили его ненавистным взглядом слепца.
Зажмурившись, Рик открыл глаза только тогда, когда Терси ответ факел в сторону и человеческие мощи медленно погрузились во мрак.
— Великий Дункан, кто они? — пролепетала Клер, сложив руки на груди.
— Наши братья и сестры, — буркнул себе под нос пастырь, продолжив свой путь.
Трепетные свет еще долго облизывал стены коридора, то и дело, вырывая из мрака жуткие кости мертвецов, отчего Рик ощущал неприятный ком, подступающий к самому горлу. Слава мученикам! — дорога оказалась не долгой. Вскоре они уткнулись в еще одну тяжелую дверь. На этот раз Терси действовал быстрее и справился с замком за считанные секунды.
Попав в следующий зал и слегка осмотревшись, Рик ощутил внезапную дрожь — чудесным образом он вновь оказался на Кладбище забытых кораблей. По крайней мере, находясь в полной темноте и
— Не может быть, — изумленно прошептала Клер.
Призрачный свет поборов мрак открыл перед ними настоящий кладезь всевозможных морских приспособлений, помещенных в стеклянные короба. В самом центре располагалась часть корабельного носа — деревянные доски сложенные пирамидой. В них тяжело угадывался правый борт и несколько ярдов палубы.
Остановившись в самом центре сокровищницы, пастырь повернулся: на его лице сияла улыбка, а из глаз градом лились слезы.
— Эта тайная история моей жизни долгие годы находилась под замком. А теперь… Милости прошу в мир бывшего капера, старпома брига 'Бродяга', мистера Керка са Фона.
Рик внимательным взглядом обвел штурвал, кусок бизань мачты, абордажные крюки, сектант, аккуратно сложенный вдвое флаг. В голове эхом повторились слова Скитальца.
Он тоже плавал на 'Бродяге'… Он должен знать моего отца…
Приблизившись к Терси, юноша с трепетом в сердце, спросил:
— Скажите сэр, на вашем бриге капитаном был мистер Бероуз?
Вздрогнув, пастырь, в котором сейчас с легкостью угадывалась непреклонность морского волка, в очередной раз дал слабину.
— О чем ты говоришь?
Рик повторил свой вопрос.
В один миг на лице Терси отразились сотни различных эмоций. Переплетенные клубком, они попеременно возникали и стремительно исчезали, не оставив после себя и следа.
— Кто рассказал тебе о капитане Бероузе, сынок? Назови его имя?
— Один мой друг, — не раздумывая, соврал Рик.
Не доверяя пастырю ни на иоту и относя того, скорее, к разряду врагов, чем друзей, юноша не собирался откровенничать с ним.
— Если вы знали мистера Бероуза, тогда возможно вы знавали и нашего отца, мистера Лиджебая Джейсона… — решительно произнес Рик.
Озабоченность Терси сменилась сначала растерянностью, а затем и вовсе обратилась в выражение полного безразличия. Присев, а вернее будет сказать, обессилено повалившись на пару винных бочек, пастырь вновь стал самим собой. Немного помедлив, он тихо ответил:
— Да, мистер Джейсон… безусловно, я знавал вашего отца. И даже слишком хорошо, что бы с упрямством вола отрицать данный факт. Мы совершили с ним одно из самых удивительных и опасных странствий в мире. Но, к сожалению, для нашего славного капитана, оно стало последним, — при этих словах Терси окончательно поник.
Мысленно Рик ощутил настоящее ликование. Загадки отца на этот раз оказались не такими уж и сложными. Всего пять — шесть дней и он без труда отыскал его третьего сослуживца. Книга с красной тесьмой и кожаном переплете, откликнулась теплом, грея сердце.