Хранитель истории
Шрифт:
Дэнни удивился, увидев двух солдат в красных мундирах, которые вывалились из-за угла, хохоча и придерживая друг друга за плечи. Значит, город уже захвачен, и англичане наслаждаются своей победой. Дэнни тут же усомнился в правильности выбора эпохи, ведь не так давно он был ранен Джеком-Потрошителем и до сих пор оставался слаб. Если здесь начнется какая-нибудь заварушка, то он вряд ли сможет выбраться отсюда целым и невредимым.
Но, как бы там ни было, Дэнни вовсе не собирался поворачивать назад. Все происходящее казалось
Британцы наводнили Манхэттен, решив, что раз они заняли Нью-Йорк, то подавить мятеж им уже не составит труда. Но они даже не догадывались, что одухотворенные идеей Свободы повстанцы устраивали не мятежи, а вели настоящую войну. И война эта проиграна ещё не была.
Набросав это на страницах блокнота, Дэнни отправился в порт. По Ист-Ривер были раскиданы внушительные суда с флагами британского флота. От этого зрелища внутри все болезненно свернулось. Несмотря на своё смешанное происхождение, Дэнни был американцем до мозга костей, а Нью-Йорк для него являлся лучшим городом в мире, поэтому не удивительно, что у него возникло желание взяться за оружие и погнать отсюда британцев.
Конечно, ничего такого он делать не собирался. А вот персонаж его рассказа — ещё как. Дэнни разместился в порту и, использовав башню деревянных ящиков в качестве стола, продолжил писать. Ветер с реки хлестал так сильно, что едва не вырывал листки из блокнота. Но Дэнни был поглощен в пучину мыслей, так что ни ветер, ни шум воды не могли отвлечь его от писательства.
Через некоторое время, когда поток мыслей оборвался, Дэнни словно очнулся и просмотрел свои записи.
— Неплохо, — сказал он. Сегодня к рассказу прибавилось целых десять страниц. — Совсем неплохо.
Неожиданно неподалёку раздался шорох, за которым последовало недовольное бормотание:
— Давай, черт возьми, быстрее!
Дэнни спрятался за ящик, чтобы его не заметили. В мыслях вдруг возникло, что если его поймают британцы и прочтут все то, что он о них сегодня понаписал, то ему несдобровать.
Но это были вовсе не британцы. Выглянув из-за ящика, Дэнни разглядел две темные фигуры в скромной поношенной одежде. Они озирались по сторонам, точно проверяя, не подслушивает ли их кто. Один из них держал в руках короткую палку, конец которой был чем-то обмотан и пропитан.
— Спички взял? — спросил держатель палки.
— Взял. Если кто-то увидит, то нас вздёрнут и глазом не моргнут, — обеспокоился его товарищ.
— Лучше пусть вздёрнут, чем мы будем жить в городе с погаными англичашками.
Фигуры двинулись к темному зданию, которое оказалось таверной под названием «Бойцовые петухи». Дэнни отправился следом за ними, потому что все происходящее ему совсем не понравилось. Новый пистолет ему ещё не удалось раздобыть, но безоружным назвать его было нельзя. В кармане был армейский нож, который
Зловещие типы зашли за здание таверны и стали колупаться в каких-то коробках, деревяшках и прочем мусоре. Дэнни молниеносно понял, что они собираются сделать. Они собираются поджечь Нью-Йорк.
***
Эдвард знал, где находился Джордж Вашингтон перед Великим Нью-Йоркским пожаром. На высотах Гарлема у него был обустроен штаб. Какой-то художник изобразил Вашингтона, работающего с картами вечером перед пожаром, и Эдвард с радостью воспользовался этим изображением для того, чтобы переместиться в штаб.
Вашингтон сидел за столом практически точно так же, как на изображении. Эдвард материализовался за его спиной, поэтому Вашингтон не сразу его заметил. Эду пришлось покряхтеть, чтобы привлечь к себе внимание. Когда главнокомандующий понял, что находится в комнате не один, то подскочил на ноги и в удивлении воззрился на незваного гостя. Он выглядел очень уставшим, под его глазами залегли темные круги, а лицо словно сдулось, как старый воздушный шар. Но он нашёл в себе силы возмущённо и даже истерично воскликнуть:
— Вы?!
Вашингтон производил впечатление сдержанного человека, но Эдвард знал, что будущий президент подвержен вспыльчивости, которая иногда шокировала его современников. Например, во время Лонг-Айлендского сражения, когда американцы сломя голову бежали от англичан, разъяренный Вашингтон скакал на коне и хлестал своих людей шпагой плашмя, призывая их вернуться на поле боя. Иногда он мог быть настоящим ураганом, но в основном оставался джентльменом.
— Вам угрожает опасность, сэр, — спокойно сообщил Эдвард. — Я здесь, чтобы вам помочь.
Вашингтон быстро взял себя в руки, важно задрал подбородок и ровным голосом произнёс:
— Я не нуждаюсь в вашей помощи, сэр.
— Думаю, нуждаетесь.
— Кто вы такой? Откуда вам было известно о форте Дюкень? До сего момента я считал, что это был и правда сон. Но теперь… вы ничуть не изменились, а прошло уже больше двадцати лет!
— Скажем так, я тот, кто охраняет историю. Хранитель истории. Я здесь только для того, чтобы устранить угрозу, которой вовсе не должно быть. Не замечали ли вы здесь кого-нибудь подозрительного? Кого-то, кто не особенно вписывается в вашу эпоху?
— Да, — ответил Вашингтон. — Вас.
В ухе Эдварда щёлкнул наушник, а потом раздался возмущённый голос Жаклин:
— Эдвард, ты все испортил! Зачем ты ему столько наговорил?!
— Замолчи, — кинул Эдвард, чем вызвал удивление Вашингтона. — Простите. Дурацкий голос в голове. Он направляет меня, когда я выполняю свой долг по спасению истории. Иногда я к нему прислушиваюсь, а иногда — нет.
— Вы безумны.
— Вовсе нет.
— Вы полагаете, что я буду воспринимать это всерьёз, мистер?..