Хрангелы

Леви Инга

***

Темноны чувствовали себя почти победителями. Еще бы! Время шло, точка необратимости неумолимо приближалась, а хрангелы так ничего и не смогли сделать. Остров окружал надежный заслон: темноны постоянно наблюдали за действиями хрангелов, охранявших купол. Для темнонов все складывалось как нельзя лучше, тем более что тот самый ребенок вроде бы действительно здесь. Темноны знали это почти наверняка.

«Какая все-таки Реста умная – думал Дарк, перебирая в памяти события последних дней, – если бы не

она, мы бы не стали так тщательно следить за островом».

Дарк помнил до мелочей последний разговор с Рестой. Он как раз был занят чтением отчета за последние сутки: количество преступлений, совершенных детьми, росло в геометрической прогрессии. Кроме того, все больше взрослых сваливаются с сердечными приступами, инфарктами, инсультами... «Да, – удовлетворенно подумал Дарк, – не выдерживают они подвигов любимых деток...» Вдруг словно из-под земли перед ним выросла Реста.

– Ну тебя! – раздосадовано воскликнул Дарк. – Ты не можешь нормально появляться? Напугала до смерти!

– От вас дождешься, – очаровательно улыбнулась Реста. Если бы змеи умели улыбаться, они бы улыбались именно так. – Вы заняты?

– Интересно, если я скажу, что занят, исчезнешь?

– Конечно, нет, – просто тогда вам придется освободиться.

– Говори, – буркнул Дарк.

– Господин Дарк, я пришла с предложением. Очень много сил и времени тратится на то, чтобы хрангелы не выведали наш секрет. К тому же мы не уверены, что ребенок, о котором сказал Фьючерон, находится на острове. Мы не уверены даже в том, что он вообще существует. Я предлагаю еще раз обратиться к Фьючерону. А вместо осады продолжать воздействие на уже попавших под наше влияние.

– Но это значит – потерять кого-то из старейшин.

Реста немного помолчала, опустив глаза, потом ответила:

– Нет. В моей команде недавно появился очень сильный темнон. У него такая энергетика, даже не верится! На трех старейшин хватит.

Дарк недоумевал:

– Зачем же нам терять такую ценную личность? И как заставить его отправиться на Фьючерон?

– Понимаете, он не совсем нормальный темнон. Он... он способен любить. А кроме того, ему неизвестно, что после Фьючерона умирают.

– Откуда ты знаешь? Я имею в виду, что он способен любить.

– Да он сам сказал. Он постоянно говорит мне об этом. А если бы даже и не говорил, это и так видно. Поэтому он все для меня сделает.

– Понятно, – кивнул Дарк. – В принципе, я не против твоего предложения.

– Тогда завтра на рассвете отправляемся?

– Да, я прикажу собрать старейшин.

Реста кошачьей походкой направилась к двери.

«Появляется внезапно, а уходить не спешит, как настоящая беда», – подумал Дарк. Реста была уже на пороге, когда он окликнул ее:

– Реста, а тебе его не жаль?

Она на секунду приостановилась,

сверкнула ледяным взглядом:

– Жаль? Такого слова нет в моем лексиконе, господин Дарк.

На рассвете темноны собрались у Фьючерона. Влюбленный в красавицу Ресту Накс поднялся на скалу в надежде, что будет вознагражден хотя бы улыбкой, но спустившись к прячущим глаза старейшинам и рассказав, что опасность таится на острове, которого сейчас не видно (все сразу поняли, о чем речь), через две минуты исчез, растворился, как будто и не было его никогда.

– Ну вот, – удовлетворенно сказала Реста, – теперь мы уверены в том, что поступаем правильно.

После некоторого молчания к ней подошел Тамос, почтительно склонил голову.

– Восхищаюсь твоим безграничным умом. И жестокостью.

– Спасибо, – прищурилась Реста, – весьма лестный комплимент.

***

Дни стали удивительно похожи друг на друга: подъем, завтрак, купание, обед, тихий час, ужин, вечер на берегу, сон. На следующий день – подъем, завтрак, купание, обед... И так день за днем, только порции становились все меньше и меньше...

После очередных вечерних посиделок на берегу девочки вяло укладывались спать. Сидя на кроватях, они перебрасывались незначащими фразами. Остальным даже говорить было неохота. Разговор становился вязким, как остывшая манная каша.

– Девчонки, по-моему, мы тупеем, – сказала Салма. – Я чувствую, как у меня пробуксовывают мозги. Мария, ты когда в последний раз книжку читала?

– Не помню, – зевнула Маша, – кажется, позавчера...Или дня три назад. Да какая разница!

– Такая. Я тебя раньше вообще без книги не видела! И я за последние дни ни одного стихотворения не написала. А еще совсем недавно – по три за день. Кошмар!

– Может, это от голода? – предположила Анна. – Мне вот даже о ракетке и думать неохота...

– А представляете, какие мальчишки голодные... –

посочувствовала Наташа, – Френк, тот вообще прозрачный стал.

Маша улыбнулась:

– Так это не от голода – это он, между прочим, по тебе страдает.

– Скажешь тоже!..

– Да ладно тебе краснеть, весь лагерь знает.

Наташа мучительно думала, как бы ей перевести разговор на другую тему. И тут помощь пришла от Ольги.

– Девочки, мне нужно в океан, – звучно заявила она своим оперным голосом.

– Куда-куда? – изумилась Салма.

– В океан.

– Зачем?!

– Не знаю, – растерянно ответила Ольга. – Но чувствую, что надо.

– Наташ, попробуй, у нее температуры нет? – сказала Маша. – Если что, лечи нашу певунью.

Натка пощупала покорно подставленный лоб.

– Нет у нее никакой температуры. 36,6.

– Ольга, ты сегодня не много ли на солнце была? – спросила Салма. – Не перегрелась?