Храм
Шрифт:
— Если он сделан не из тирия, — сказал Ван Левен, — то из чего?
— Я не знаю, — сказал Рейс. — Думаю, что какая-то вулканическая порода.
— Если это подделка, — сказала Рене, забирая идола у Ван Левена, — то кто ее сделал? Ее нашли внутри храма, в котором никого не было больше четырехсот лет.
— Мне кажется, что я знаю, кто ее сделал, — сказал Рейс.
— Знаете?
Он кивнул.
— Кто? — одновременно спросили Рене и Ван Левен.
Рейс показал переплетенную в кожу рукопись у него в руках, оригинальную
— Ответ на этот вопрос, — сказал он, — находится на страницах этой книги.
Рейс вернулся в хвостовой отсек маленького гидросамолета.
Они скоро прибудут обратно в Вилкафор. До этого момента он хотел дочитать рукопись до конца.
Ему хотелось получить ответы на очень многие вопросы. Например, когда Ренко заменил настоящего идола на поддельного и как загнал рап обратно в храм.
Но больше всего он хотел узнать одно — где находится настоящий идол.
Профессор уселся на свое сиденье. Он уже собирался открыть рукопись, когда заметил, что с его шеи свисает изумрудная подвеска Ренко, и взял его рукой. Он пробежал пальцами по мерцающим зеленым граням камня и подумал об отвратительном разбитом скелете прямо у входа в храм, с которого он утром снял кожаную висюльку.
Ренко...
Рейс моргнул, пытаясь не думать об этом. Он отпустил изумруд и собрался с мыслями. Затем он нашел пятнышко в рукописи на том месте, где он закончил читать:
Альберто Сантьяго только что спас от рап Лену, сестру Ренко. После этого Лена рассказала Ренко, что испанцы на рассвете доберутся до Вилкафора...
Ренко долго пристально смотрел на Лену.
— Рассвет, — он повторил ее слова.
Снаружи было темно, но через несколько часов настанет утро.
— Именно, — сказала Лена.
В тусклом свете костров в крепости я видел работу мысли на лице Ренко — его стремление спасти идола противоречило желанию помочь народу Вилкафора в момент крайней нужды.
Ренко посмотрел на другую сторону крепости.
— Бассарио, — резко сказал он.
Я повернулся и увидел, что Бассарио сидит скрестив ноги на полу темного коридора крепости спиной ко всем.
— Да, мудрый принц, — сказал преступник, не отрываясь от своего занятия.
— Как далеко ты продвинулся?
— Я почти закончил.
Ренко пошел к преступнику. Я последовал за ним.
Когда Ренко подошел, Бассарио повернулся. Рядом с ним на полу я увидел идола, наша священная миссия состояла в его защите. Затем Бассарио предложил Ренко что-то оценить.
Я замер, увидев этот предмет.
Я дважды моргнул и снова посмотрел, чтобы удостовериться, что глаза меня обманывают, но это было не так.
Прямо передо мной в руках Бассарио была точная копия идола.
Очевидно, что Ренко с самого начала все это задумал.
Я вспомнил нашу короткую остановку в городе
Теперь я понял зачем.
Ренко приобрел в каменоломне кучу камней, которые напоминали странный черно-малиновый камень, из которого был вырезан идол.
Он отдал эти камни преступнику Бассарио и поручил ему вырезать соответствующую оригиналу копию идола. С ее помощью он попробует обмануть Эрнандо.
Замысел был великолепен.
Я понял, зачем Бассарио во время нашего путешествия ускользал в уголок нашего лагеря и съеживался спиной к нам у маленького костра.
Он вырезал копию идола.
Следует заметить, что копия была по-настоящему замечательна. Рычащая пасть кошки, зубы, словно ножи. Все это было вырезано из самого блестящего черно-малинового камня.
Я мог лишь смотреть на фальшивого идола и удивляться, каким же мастером был преступник Бассарио.
— Сколько тебе до окончания? — Ренко осведомился у Бассарио. Когда Ренко заговорил, я заметил, что копия еще требовала нескольких завершающих штрихов вокруг кошачьего подбородка.
— Недолго, — ответил преступник. — Я закончу к рассвету.
— У тебя есть половина этого времени, — сказал Ренко, отвернувшись от Бассарио и глядя на группу выживших собравшуюся в крепости за его спиной.
Надежды почти не оставалось.
Перед ним был Вилкафор, старый, бесполезный и непрочный, и семь инкских воинов, которым посчастливилось оказаться в крепости, когда рапы напали в первый раз. Кроме воинов там были только испуганные старики, женщины и дети.
— Ренко, — прошептал я, — что мы будем делать?
Мой храбрый спутник, задумавшись, поджал губы. Затем он произнес:
— Мы собираемся раз и навсегда покончить со всеми страданиями.
Пока Бассарио лихорадочно заканчивал копию идола, Ренко начал собирать выживших жителей Вилкафора.
— Слушайте, — сказал он, когда они тесным кольцом собрались вокруг него, — на рассвете здесь будут пожиратели золота. По моим расчетам у нас остается меньше двух часов для подготовки к их прибытию.
Женщины, дети и пожилые родственники, под руководством моей сестры вы спуститесь в куэнко и удалитесь от деревни как можно дальше.
— Воины, — он повернулся к семерым оставшимся в живых воинам. — Вы пойдете со мной в храм, о котором говорил Вилкафор. Если рапы пришли оттуда, то нам надо просто вернуть их обратно. Мы заманим их в храм с помощи песни мокрого идола и снова закроем их внутри. Ступайте и соберите все оружие, которое сумеете раздобыть.
Воины заторопились.
— Лена, — сказал Ренко.
— Да, брат? — Рядом с ним появилась его прекрасная сестра. Когда она пришла, то улыбнулась мне, ее глаза светились.