Храм
Шрифт:
В жуткий миг Эрнандо посмотрел в нашу сторону и столкнулся глазами со мной.
Я бежал сквозь темные сточные канавы, изо всех сил стараясь не отставать от Ренко. Пока я бежал, я слышал, как испанцы кричат: эхо отражалось от твердых стен туннелей, длинные зловещие тени огибали углы вслед за нами.
Впереди Ренко рассекал грязную воду, зажав под мышкой идол инков.
Мы изо всех сил спешили вперед, по пояс в воде, приседая налево, поворачивая направо, виляя по темному лабиринту на пути к реке и к свободе.
Но
Ренко не направлялся к речному входу.
— Куда мы? — крикнул я ему.
— Просто иди! — отозвался он.
Я свернул за угол: стрела из мушкета сбила факел у меня над головой. Я повернулся — шесть конквистадоров брели по туннелю вслед за мной. Свет факелов отсвечивал от их шлемов.
— Они прямо за нами! — закричал я.
— Тогда беги быстрее!
Послышались выстрелы из мушкетов и, как гром, оглушили меня. Пули рикошетом отлетали от влажных каменных стен.
Тогда я увидел, как Ренко вспрыгнул на уступ и уперся плечом в каменную плиту на потолке. В углу на ней красовался уже виденный мною знак: двойное "V", вписанное в круг. Я вскочил на уступ и помог ему поднять камень, за которым нам открылось ночное звездное небо.
Ренко выбрался первым, я — сразу за ним. Мы оказались на узкой мощеной улице. Непроницаемые серые стены окаймляли ее с обеих сторон.
Я поспешил задвинуть каменную плиту, но мушкетная пуля из туннеля внезапно оцарапала край дыры, чуть не задев мне пальцы.
— Неважно. Сюда! — проговорил Ренко и повлек меня по улочке.
Стены по сторонам слились в сплошные серые линии, когда мы летели по изогнутым улочкам Куско, а солдаты Эрнандо — за вами по пятам.
Оторвавшись от преследователей, мы еще видели порой, как испанские солдаты мелькали на улицах, торопились на бастионы.
Мне стыдно признаться, что здесь мы тоже видели колья, наподобие тех, за городом. На каждой площади, ряд за рядом, на колья были посажены изуродованные тела воинов-инков. Им отрубили кисти рук, головы и половые органы.
На одной площади Ренко увидел, что с плеча трупа свисал длинный лук инков. Он схватил его и поднял колчан со стрелами, валявшийся рядом на земле, потом снова кинулся в лабиринт аллей. Я поспешал, не осмеливаясь выпустить его из виду.
Потом он резко повернул и зашел в какое-то здание: приземистый каменный дом, на удивление крепкий. Настолько крепкий, что казался крепостью.
Сквозь несколько внешних помещений мы прошли к каменной лестнице и спустились в обширный подземный зал.
Он делился на две части: широкую нижнюю и верхнюю — что-то вроде балкона, огибавшего зал по периметру.
Мое внимание привлек нижний этаж. Около ста дырок испещряли грязный пол зала. Паутина тонких каменных мостов протягивалась над этими ямами. Ужас обуял меня: я понял, где мы находились.
Мы были в инкской тюрьме.
Я вспомнил, что инки еще не изобрели железо,
Я поднял глаза к балкону, нависшему над первым этажом. По нему должны были ходить стражники, надзирая за узниками внизу.
Движения Ренко были точны. Он ступил на один из каменных мостиков и принялся заглядывать в дыры. Снизу донеслись стоны и крики двух несчастных, умирающих с голоду узников, которых оставили в ямах, когда неделю назад началась осада.
Ренко остановился над одной из ям. Я последовал за ним на мостик, посмотрел в дыру — и вот что я увидел.
Яма была по меньшей мере в пять саженей глубиной, с простыми земляными стенами. Побег исключался. На дне сидел среднего роста человек, грязный и обросший. Отощавший, он однако не паниковал и не кричал, как другие несчастные, брошенные существа в тюрьме. Он лишь сидел, откинувшись на стенку ямы, как будто просто отдыхал. Его кокетство — напускная бесстрастность преступников всего мира — заставило мое сердце похолодеть. Я не мог понять, чего хочет Ренко от подобного типа.
— Бассарио, — проговорил Ренко.
Бандит улыбнулся:
— Не добрый ли это принц Ренко...
— Мне нужна твоя помощь, — прямо сказал тот.
Это насмешило узника.
— Не знаю, чем я могу помочь принцу, — засмеялся преступник. — Что это, Ренко? Теперь, когда царство твое рухнуло, ты хочешь вступить на преступную стезю?
Ренко оглянулся на вход в подземелье, опасаясь испанцев. Я разделял его страх. Мы слишком долго находились здесь.
— Я только один раз прошу тебя, Бассарио, — твердо сказал Ренко. — Если ты решишь помочь мне, я выведу тебя отсюда. Если нет, оставлю умирать в этой яме.
— Ничего себе выбор, — заметил преступник.
— Ну?
Бандит Бассарио встал.
— Вытаскивай меня отсюда.
Тут же Ренко отправился за деревянной лестницей, прислоненной к дальней стене.
А я беспокоился насчет Эрнандо и его парней. Они могут ворваться в любой момент, а тут Ренко торгуется с преступником! Я подбежал к двери, через которую мы вошли. Через щель я увидел темную демоническую фигуру Эрнандо Писарро, приближающуюся ко мне по ступеням!
У меня кровь застыла в жилах — дикие карие глаза, черные закрученные усы, борода щеткой, неделями не бритая.
Я отбежал:
— Ренко!
Он только что опустил лестницу в яму к Бассарио. Повернувшись, он увидел, как первый испанский солдат вбегает за мной в тюремный зал.
Ловкие руки Ренко подняли натянутый лук. Стрела сорвалась с тетивы и пересекла зал, устремляясь к моей голове. Я присел, и стрела ударила в лоб солдата за мной. Он перекувырнулся и тяжело грохнулся на пол.
Я выбежал на сеть мостов, перебежал над гнилостными ямами.
Еще больше конквистадоров вломилось в тюремный зал, яростно стреляя. Среди них был Эрнандо.