Храм в бесконечности

Вселенная. Безмерное ничто, неподвластное разуму. Песчинки галактик и звездная пыль. Искорки планет, уносящиеся в никуда, как и всё, что когда-либо происходило или будет происходить…

Среди звезд скользит серебристая пылинка спасательной капсулы. Формирователь вырубился в тот злополучный миг, когда корабль входил в пространственный портал. Молекулярные обломки гигантского лайнера мгновенно распределились между космосом и подпространством. Капсула, чудом оказавшись по ту сторону портала, увлекла осколочек экипажа.

Блеск

аварийных огоньков. Призрак надежды.

Анабиоз…

— Монах-сенсор MS2 — Адепту 12: по курсу Храма неопознанный объект.

— МS2, сообщите установочные данные.

— Адепту 12: Объект искусственный. Предположительно — спасательная капсула GS2 (совпадение 78 %, база данных К219). Сканирование подтверждает функционирующий организм. Пересечение фронта через 637 секунд.

— Адепт 12 — Главному хранителю. Прошу указаний по взаимодействию с неопознанным объектом.

— Адепту 12: Принять на борт. Содержимое подлежит сохранению.

Вспышка ослепила сознание. Бесконечный черный сон разорвался коротким всполохом. Алексей протяжно застонал и судорожно попытался вдохнуть. Легкие не работали, и ужас стал опутывать его противной липкой пленкой. Вдруг он ощутил раздирающее горло проникновение, нестерпимый металлический холод. Сковывавший обруч лопнул.

Вдох… Выдох и снова вдох…

Он дышал. Дышал размеренно и глубоко. Кусочками мозаики возвращалась память. Мама, укутывающая его шарфом, сосед Вовка с огромным мячом, Маринка, рисующая на запотевшем окне знак вопроса…

Цепь жизни медленно, звено за звеном, вытягивалась из бездонного колодца небытия. Последнее звено — «Королева Элизабет». Блистательный лайнер высшего класса. Круиз по девяти планетам Большого Кольца. Обзор звезд и радужных колец спутников ОлеБетси…

Все погибло в одночасье. Сбой — и лучший корабль Земли исчез в подпространстве. Вряд ли кому-нибудь удалось спастись. Впрочем, Алексей Воронин, стюард первого класса, и сам уцелел случайно. Но куда забросило капсулу? Где колонии человечества? В какой стороне пассажирские трассы? Понимая, что поиски могут длиться вечность, он выбрал погружение в анабиоз…

И вот его обнаружили. Он дышит, он думает…

Выход из анабиоза — второе рождение. Слабый и беспомощный, словно младенец, ты оказываешься во враждебном мире. Враждебном… Разве мир может быть дружественным? Смерть ослабила объятия, однако затаилась поблизости. Ждет своего часа, предоставив очередную отсрочку исполнения приговора, выносимого всем нам в момент рождения. Я пытаюсь ощутить хоть что-нибудь. Бесполезно — всё атрофировано.

Сколько времени я спал? Где я?

В легкие закачивают живительный газ, срабатывает забытый дыхательный рефлекс. Многое стерто из памяти, но я всё вспомню. Обязательно вспомню. Как дышать,

как двигаться… Все!

— Адепт 04 — монаху-медику ММ17: Сообщите о состоянии органической формы жизни 1.

— Адепту 04. Состояние удовлетворительно. Объект переведен в отделение поэтапной реабилитации. Полное восстановление через 720 стандартных часов.

Воронин моргнул. Потом еще раз. Вот и все, что он пока может.

Вдох…

Он не сразу понял, что произошло, но сердце учащенно забилось: он смог сделать вдох без принудительной вентиляции! Он дышал! Дышал сам! Его глаза видели, его легкие работали!

Откуда-то сверху донесся странный скрежет. Алексей вздрогнул, но не смог повернуть голову. Ну, что ж, — подумал он, — подождем пока, если только…. Додумать Алексей не успел, его пронзил ужас. Потолок разверзся и возник гигантский белый паук, распластавший на всю комнату лапы, толщиной с руку. Восемь фасеточных глаз вперились в перепуганного человека. Алексей попытался закричать, позвать на помощь, но смог лишь выдавить сдавленный хрип.

Паук резко остановился, на мгновение замер и вдруг, выбросив длинные щупальца, опутал ими Алексея. Большинство отростков присосалось к телу, а два из них, снабженные хромированными разъемами, воткнулась в гнезда на бортике койки.

Спинка кровати медленно поднялась. Теперь Алексей полусидел. Он успокоился так же быстро, как и испугался. Память, перелистнув странички, развернула картинку из медицинского справочника стюарда. Жуткий паук был всего лишь древним, очень древним медицинским кибером.

Мышцы шеи еще не работали, и Воронин мог рассматривать только часть помещения. Стандартная реабилитационная палата. В таких люди восстанавливали силы, в том числе и после анабиоза. Как правило, на это уходило не более сорока дней.

«Интересно, а сколько времени я здесь? — подумал Алексей, разглядывая прямоугольник встроенного монитора, — хотя, какая разница? Ведь я даже не знаю, как долго болтался в космосе. Теоретически в анабиозе можно проваляться до восьмисот лет, спасательные капсулы рассчитаны на сотню, другую… Какой, все-таки, сейчас год? Судя по киберу, я спал не так уж и долго. Таких монстров, судя по дизайну, клепали еще до нашей эры…»

Словно в ответ, в пауке что-то надсадно зажужжало. «Ладно! Не обижайся, — мысленно обратился к нему Алексей, — я же по-дружески». До чего неестественная вокруг белизна. А все передвижные аппараты стоят, словно по струнке. Наверное, тот, кто расставлял их, ползая по полу с электронной линейкой, крайне педантичная личность.

Монитор, вмонтированный в противоположную от койки стену, вспыхнул, и Алексей удивленно посмотрел на него. Телевизор, что ли? В реабилитационных их обычно не ставят. Странно. А, может, здесь палата люкс?