Храм Теней
Шрифт:
На закате двое возлюбленных опять заснули на одном парусе, укрывшись другим. Шкоты «Каллинде» тихо похлопывали о. мачту; все было приведено в порядок и готово к отплытию. Но Кейтланду придется подождать своего нового Повелителя огня еще одну ночь, пока Джарик будет говорить сновидице, что любит ее.
Когда Маэлгриму хотелось уединиться, он отправлялся в пещеры и подземные ходы, которых было полным-полно в скале под Храмом Теней. Там он сидел и слушал мрачное журчание подземных источников — при свете фонаря или в темноте, как ему больше хотелось.
Его
Сейчас Темный сновидец, облаченный в свободную рубашку и плотные штаны, увешанный такими же проволочными украшениями, какие носили многие демоны, сидел рядом с двумя незажженными фонарями. Темнота помогала ему войти в контакт с демонами-гиерджами, которых даровал ему Скайт. У этих существ не было ни разума, ни личности, однако слияние с их объединенным сознанием помогало почерпнуть куда больше магической энергии, чем мог почерпнуть от сатидов любой обученный ваэре волшебник.
С помощью шести гиерджей Маэлгрим подчинил себе большой отряд людей Килмарка и погубил всех жителей Морбрита; он хвастался, что с двенадцатью сможет захватить даже Ландфаст.
Но Скайт отдал другой приказ. Сперва надо было захватить Скалистую Гавань, для чего шесть гиерджей отплыли в море на борту флагмана «Баллада» в погоню за бригантиной «Безлунный».
Из своего уголка в пещерах Храма Теней Маэлгрим направлял эту погоню — когда же она увенчалась успехом, погасил разум матросов, захваченных на юге моря Корин. Тела экипажа «Безлунного» продолжали жить, но двигала ими теперь воля Маэлгрима, проводниками которой были гиерджи.
Темный сновидец улыбнулся, упиваясь своим торжеством.
Мало-помалу он уснул и видел в кровавых снах, как стал повелителем всего Кейтланда.
Когда Маэлгрим проснулся, он снова вошел в транс, и тотчас далеко на юге в холодный предрассветный час на палубе «Баллады» зашевелились, просыпаясь, гиерджи.
Едва демоны открыли глаза, как все, на что упал их взгляд, встало перед мысленным взором Маэлгрима: свинцовые волны, путаница такелажа, посыпанная песком палуба и небо, усеянное тускнеющими звездами. Темного сновидца до сих пор слегка подташнивало оттого, что ему приходилось смотреть глазами шести существ одновременно, но его повелители-демоны обещали, что со временем он привыкнет и тогда его перестанет смущать и то, что острое зрение гиерджей сильно отличается от зрения людей.
По шкафуту «Баллады» шагал человек, и Темный сновидец из своей безопасной темной пещеры неторопливо разглядел его и узнал того, кто некогда был первым помощником капитана «Баллады». Моряк все еще мог ходить, разговаривать и двигаться, как обычный человек, но теперь он был всего лишь марионеткой того, кто управлял им из Храма Теней.
Мазлгрим отдал мысленный приказ, гиерджи подкрепили его своей эмпатической силой, и бывший помощник окликнул матроса, стоящего у борта:
— Эй,
Матроса, по-видимому, ничуть не удивил приказ притащить куда-то командира. Теперь он был так же лишен собственной воли и сознания, как и все остальные члены экипажа «Баллады», поэтому поспешил по трапу, чтобы привести наверх первого капитана Килмарка.
Маэлгрим ждал, сгорая от радостного нетерпения, и гиерджи, чутко воспринимавшие его настроение, тоже начали нетерпеливо ерзать. Их когти зацарапали доски юта, а тот, что стоял у штурвала, начал постукивать пальцами по дубовой спице штурвального колеса.
Посланные гиерджами мысленные образы показали, как вернувшийся матрос подталкивает перед собой другого человека, движения которого казались замедленными и сонными. Демоны ясно видели окружающее капитана зеленоватое свечение, только по этой ауре и можно было отличить пленников гиерд-жей от подчинявшихся им живых мертвецов.
Звякнув браслетами, Маэлгрим обхватил колени руками и стал внимательно изучать своего пленника. На капитане «Безлунного» была та же одежда, которую он носил в тот момент, когда его взяли в плен, правда теперь измятая и мокрая из-за скопившейся в трюме воды. Широко расставленные карие глаза ничего не выражали, и когда Маэлгрим улыбнулся, губы Корли тоже изогнулись в жутковатой улыбке, повторяющей усмешку Темного сновидца.
Капитан остановился у бизань-мачты, и картина, которую видел Маэлгрим, стремительно изменилась — гиерджи скачками приблизились к пленнику и окружили его. Теперь Маэлгрим мог видеть Корли со всех сторон — и его силуэт на фоне серебряного предрассветного горизонта, и его силуэт, освещенный фонарем нактоуза, на фоне бизань-мачты.
Наконец-то!
Наконец к нему в руки попал капитан, который заманил в ловушку Татагрес и ее демонов и помешал захватить Скалистую Гавань! За это, по приговору Скайта, оборотень должен принять облик капитана «Безлунного», чтобы убить Килмарка. Сам же пленник погибнет, когда его телом завладеет демон-карас.
Ликуя, как паук, в паутину которого попала муха, Темный сновидец ждал, когда Корли начнет умирать долгой мучительной смертью.
Привезенный из Храма Теней оборотень без всякого интереса обнюхал жертву. Безликий и склизкий, как огромный слизень, он выполз из своей бочки на камбузе и пополз по палубе, потом пристроился между бухт троса. Все было готово. Чтобы в полной мере насладиться триумфом, Темный сновидец снял путы с разума Корли, и впервые после того, как его взяли в плен, капитан пришел в себя.
Корли заморгал, встряхнул головой и нахмурился, увидев, что у штурвала не один из его матросов. Потом заметил тощих и проворных, как ласки, гиерд-жей со сверкающими глазами — и все вспомнил.
Он был не на своем «Безлунном», а на «Балладе», и все суда его флотилии принадлежали теперь демонам Храма Теней. Лицо капитана исказилось от ярости, и в тот же миг он услышал голос:
— Ты до сих пор жив только благодаря мне!
Корли быстро огляделся по сторонам, но не увидел того, кто это сказал. Машинально попытавшись потянуться за ножом, он понял, что пристегнутые к предплечью ножны пусты. Еще бы — гиерджи не терпели рядом железа и стали.