Храм Телариона. Катария
Шрифт:
Он говорил это, а перед его мысленным взором стояло его отражение с зелёным пятном на щеке.
– Верни его к жизни, амулет! Я так хочу!
Катарец продолжал висеть.
Влад выждал минуту, а потом огляделся по сторонам, как бы призывая Беревира в свидетели.
– Вот видите! С этим амулетом сплошные проблемы!
– Ты недостаточно сильно желаешь, - отозвался Беревир.
– Впрочем, это не ты, а твой рассудок сопротивляется исполнению желания, потому что каждое исполненное желание приближает тебя к превращению
К столу подошли две посетительницы гостиницы. Обе выглядели бы вполне по-человечески, если бы не их глянцевые, какие-то застывшие, кукольные, лица и острые носы. Одеты они были в длинные платья колоколом - зауженные сверху и расширяющиеся к щиколоткам; у той, что была повыше ростом, волосы были чёрные, уложенные в замысловатую причёску с обилием вставленных мелких цветов; у той, что пониже, волосы были каштановые, перехваченные алыми и зелёными лентами.
– Взгляни, Иранта, ни разу не видела, чтоб в Катарии подобным образом наказывали карточных мошенников, - сказала высокая дама, показывая на висевшего.
– Когда мы посещали Катарию в последний раз - кажется, лет триста назад, - ничего подобного тут не было, - согласилась другая дама, которую назвали Ирантой.
– Да и народ был лучше, и города выглядели пристойнее, - продолжала высокая.
– А сейчас сплошь игроки, шутники и обманщики.
– Но это жестоко, - сказала каштановолосая Иранта.
– Погляди на его светящуюся голову, Наэль. Он не протянет и часа.
– А помнишь наше самое первое посещение Катарии?
– спросила Наэль.
– Это было почти три тысячи лет назад, когда здесь обитали не только белые, но и чёрные маги, и страной управлял Совет Избранных.
– Ах, не напоминай мне о чёрных магах! Это ужасно!
– Я к тому говорю, что в те времена подобное наказание считалось ещё слишком мягким.
– Сударыни, чёрных магов у нас давным-давно нет, - вмешался в разговор Беревир.
– Вы уверены?
– спросила черноволосая Наэль.
– Они все в преисподней, - ответил трактирщик.
– А мне думается, кто-то из них находится в Бетмуре, - возразила Наэль.
– По крайней мере, такое, - она показала на повешенного, - мог сотворить только чёрный маг.
– Он хотел слишком много выиграть, а потому слишком много проиграл, - заметил Беревир почтительно.
– Такое в нынешние времена случается нередко.
– Ах, как изменились нравы в доброй старой Катарии!
– вздохнула Наэль.
Обе дамы держались чрезвычайно прямо, сохраняя в неподвижности головы, словно опасались, что от лишних движений их сложные причёски развалятся. Глядя на висевшего бедолагу, они поднимали на него только глаза.
– Вы совершенно правы, сударыня, - сказал Беревир.
– В прежние времена азартные игры запрещались и в стране царили спокойствие и благодетельный труд на благо ближнего.
Каштановолосая Иранта сделала несколько шагов вдоль стола.
–
– спросила она.
– Я думаю, что можно, - Наэль, осторожно повернув свою цветочную голову, посмотрела на Влада.
– Ведь здесь находится повелитель амулета Великой Иннурис.
Глаза её были безжизненны и ничего не выражали, но Влад всё же смутился под её взглядом.
– Ну да, конечно, - пробормотал он, - я хотел его спасти, но амулет не подействовал. Он то действует, то не действует. Уж не знаю, как я буду с ним дальше.
– Впрочем, тут можно обойтись без амулета, - сказала Наэль.
– Заклятья магов, даже очень крепкие, иногда снимаются простыми смертными. Здесь, в Катарии, в настоящее время только один такой. Хоть он и обладает амулетом невероятной мощи, но он всё-таки простой смертный.
– Вы думаете, я могу снять заклинание без помощи амулета?
– Влад посмотрел на висевшего. От бедняги оставались только голова и торс.
– Это каким же образом?
– Он подвешен к потолку на невидимой верёвке, - сказала Наэль.
– Нет тут никакой верёвки, - прозвучал с потолка голос Беревира.
– Если бы она была, я бы её давно распознал и перерезал, чтобы прекратить это безобразие в моём заведении. Но её нет! И я не могу предотвратить гибель этого несчастного!
– Катарец может её и не найти, - возразила колдунья, - а вот смертный, который взаимодействует с окружающим миром по-иному, не так, как колдуны, возможно, найдёт... Поставь на стол табуретку и залезь на неё.
Понимая, что эти слова относятся к нему, Влад быстро водрузил табурет на стол и взгромоздился на него.
– Если нащупаешь верёвку, то ещё не всё потеряно, - сказала Наэль.
От соседнего карточного стола подошли игроки и стали с интересом наблюдать за происходящим, переглядываясь и ухмыляясь.
– Вряд ли он найдёт её, - слышал Влад их голоса.
– Если колдун не может, то простой смертный и подавно...
– А вдруг найдёт?
– Посмотрим, посмотрим...
Самоделов провёл рукой над обрубком, в который превратилось тело несчастного игрока, и сразу наткнулся на что-то тонкое и упругое.
– Вот она, верёвка!
– воскликнул он.
– Я её чувствую!
– Прямо удивительно, - прогудел Беревир.
– Смертный нашёл то, что не могли найти колдуны, - объявила Наэль.
– Всё-таки не зря Великая Иннурис велела направить к Оракулам именно смертного из внешних миров, а не колдуна из внутренних!
– Мудрости Великой Иннурис можно только удивляться, - поспешил согласиться с ней трактирщик.
Посетители заведения придвинулись ближе.
– Если нашли верёвку, то, считай, главное дело сделано, - заметил игрок с пышной шевелюрой из перьев, которые росли у него на голове вместо волос.
– Осталось её перерезать, и заклятие тут же снимется.