Хозяин
Шрифт:
Таррэн вопросительно приподнял брови, а его величество Мирдаис укоризненно вздохнул.
— Что, недостаточно развлекся у светлых? — вполголоса осведомился у рыжего Шранк. — Или решил сравнять счет?
— А почему нет? — сердито прошептал Весельчак. — Чай, не всех негодяев в Светлом лесу перебили. Может, и на мою душу один достанется?
— Слюни подбери, — тихонько буркнул Ирбис. — И без тебя найдутся желающие поквитаться. За Уриса, Сторма, за Белика, наконец… даже Элиару есть о чем с ними потолковать, так что не лезь.
— Что значит не всех?! —
Элиар недовольно зыркнул за спину и погрозил задире кулаком: некстати он вылез со своими рассуждениями. А затем исподлобья взглянул на окружение повелителя.
— Прошу прощения, повелитель, но боюсь, этот человек прав. И среди наших собратьев еще остались те, кто… не совсем верен трону.
— Проще говоря, сволочи и гады, вруны и заговорщики, у которых только и заслуг, что уши, но и тех… гм, скоро не будет, — звонко согласился с ним еще один голос, и из-за дальних деревьев бесплотной тенью выскользнула Белка.
Таррэн поймал ее взгляд, полный лукавых искорок, и не сумел удержаться от улыбки: вернулась. Обнять бы ее, прижать к груди, да народ, скорее всего, не поймет.
Гончая снова была в личине ехидного сорванца. Как всегда, в штанах, в легкой куртке из кожи неведомого зверя, в руках — завернутые в ткань ножны с бесценными клинками, а на поясе — множество ножей знаменитой гномьей работы. Быстро оглядевшись, она мгновенно приметила расстановку сил и небрежно протянула королю крохотный ключик на тонкой цепочке. Зловеще улыбнулась Катрасу и только потом повернулась к друзьям и соратникам. Ковырнула носком сапога свежую травку и словно между делом обронила:
— Интересно, кому из вас пришла в голову мысль бросить меня на заставе? Кто тот несчастный, которого я собираюсь приголубить по всем правилам банальной уличной потасовки?
У Ирбиса и Весельчака вытянулись лица, Молота едва не перекосило. Сова мудро отошел подальше, а Гончие тревожно переглянулись. Ох-хо, не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять, насколько ей не понравилось обнаружить, что они всем скопом удрали. Оставили слабую и беспомощную девушку на руках у сурового дядьки, забрали ключи и отправились развлекаться в Светлый лес без нее!
— И кто же этот умник? — ласково улыбнулась Белка, отчего бывалые ветераны поежились и вдруг дружно ткнули пальцами в сторону эльфов:
— Он!
Белка обернулась и, нехорошо сузив глаза, уставилась на смертника.
— Это не я! — поспешил откреститься Элиар, оставив Таррэна стоять в одиночестве под суровым взглядом голубых глаз. — Это была его идея!
— А я предупреждал, что ты будешь сердиться, — немедленно наябедничал Весельчак. — Я говорил, что надо подождать, но он не хотел слушать! Так что все шишки — исключительно ему. Можешь его даже прибить, нам не жалко.
— Предатели, — вполголоса буркнул темный эльф и поспешил напомнить: — Я уже извинился.
— Гм, —
— Разумеется. — Светлый мстительно улыбнулся. — Привязать к дереву, не кормить, не поить и целую неделю мучить без роздыха, чтобы не зарывался.
Белка довольно кивнула.
— Ты слышал, ушастик? Так и поступим, только покормим тебя заранее, чтобы раньше времени не ослаб.
Таррэн чуть не подавился, поймав ее отчаянно веселый взгляд.
— Благодарю, Элиар, — деревянным голосом сказал он. — Кажется, ты только что оказал мне услугу.
— Не тебе, а нам! — строго поправила Гончая, и Таррэн, не выдержав, все-таки закашлялся. — Тем более твоя шкура теперь принадлежит мне целиком и полностью.
— Надеюсь, ты не будешь слишком уж зверствовать?
— Конечно нет. Просто постараюсь в точности исполнить пожелания нашего ушастого друга. Так что готовься: очень скоро я буду тебя… гм, мучить. Неделю, как уговорено.
— Твое право, — выдохнул Таррэн и под отчаянно веселым взглядом короля зашелся в новом приступе безудержного кашля. — Мне стоило раньше догадаться, что ты своего не упустишь.
Элиар непонимающе округлил глаза.
— Таррэн, ты здоров?
— К сожалению, — из последних сил выдавил темный и кинул умоляющий взгляд на свою коварную пару, молча прося пощады.
Хотя бы потому, что, если раздастся еще один намек, он сцапает ее за ворот, вопьется голодным пересмешником в губы и, плюнув на приличия, отправится на поиски подходящего «пыточного» подвала немедленно. И она еще не раз пожалеет о том, что вообще подняла эту щекотливую тему.
— Лады, с тобой разберемся позже, — смилостивилась Гончая, отступив на шажок и чувствительным тычком выдернув светлого из ступора. — Элиар, где там наши парни? Узнал кого? Или мы снова промахнулись?
Таррэн облегченно вздохнул, а Элиар приглушенно охнул, потирая безвинно пострадавший бок. Кажется, пытки уже начались и совершенно не с того, с кого было обещано.
— Узнал.
— Где? Кто? — ненормально оживилась она и демонстративно подставила ухо.
Светлый шепнул туда пару коротких слов. Белка озадаченно почесала нос и демонстративно сложила руки на груди, нетерпеливо постукивая пальцами по предплечьям. Странный такой ритм: тук-тук… тук-тук-тук… тук… тук-тук…
— Эх, не зря тебя туда внедрили, шпион ты наш ушастый… Знал твой владыка, кого в орден засылать… Кто он тебе? Отец? Брат? На ваши физиономии только посмотришь и сразу сообразишь, кто есть кто.
— Дядя, — неохотно признался Элиар. — Чего уставился, рыжий? Разве не знал, что хранители всегда связаны с правящим домом? А меня специально к Танарису определили, чтобы присматривал — об ордене мы давно подозревали (да-да, не такие уж мы дураки, нечего скалиться!), просто доказательств не было, а когда они появились, пришлось выжидать… Думаешь, почему я за ваши шкуры трясся?