Хозяин
Шрифт:
Тишина. Один из пожилых, тот, что был в коричневой тоге, сделал движение рукой, словно пытался остановить Луку, но понимал бесполезность этого. Лука оглядел безмолвных зрителей и бросил меч на арену. Вдруг все пришло в движение: кто-то кинулся поднимать поверженного тренера, кто-то вопил, не в силах совладать с эмоциями. Луку оттеснили к колоннам, а потом к группе тех, кто уже вышел из схватки победителем. Зрители, тут же ставшие рабами и надсмотрщиками, расходились по местам. Скоро возобновились тренировки, а выживших пленников погнали в камеру.
Город готовился к триумфу союзников.
Глава 31
Три
Завтрак был легкий, чтобы не мешал тренировке, которая начиналась немедленно. После сытного обеда полагался двухчасовой отдых, потом опять упражнения до полного изнеможения, ужин — и спать.
На четвертый день размеренный уже распорядок был нарушен. После обеда на школьную арену пришел тот старик в коричневой тоге, что присутствовал в первый день при поединке Луки и Артура, того самого метиса, который, как оказалось, был старшим помощником хозяина. Старик же и был хозяином. Ему, кроме этой школы, принадлежали еще две, и на него возлагалась основная ответственность за подбор гладиаторов на праздник триумфа.
Едва Лука направился к площадке, где он тренировался с новичками-луперками, как его грубо окликнул Артур. Показав Луке свободную площадку, он направился к хозяину, только что появившемуся из-за колонн. Лука подчинился приказу. Наблюдая за приближавшимися к нему хозяином и Артуром, он пытался догадаться, что еще для него приготовили?
Несколько дней, которые он провел здесь, были наполнены событиями до краев. И это было хорошо, потому что времени и сил для праздных размышлений не оставалось. То, что его не ждет ничего хорошего, было совершенно ясно и без объяснений, бежать же было невозможно, а горевать значило усугублять и без того незавидное положение.
Подошедший старик внимательно осматривал Луку. Тот уже был одет так, как и все рабы здесь: в набедренную повязку и сандалии, выданные ему в первый же день взамен отобранной одежды. Оружием ему служил тренировочный меч и круглый щит, то самое оружие, которым бился против него Артур.
Лука отвернулся от неприязненного взгляда Артура и посмотрел на старика. Хозяин был довольно худощавым мужчиной, носившим аккуратно подстриженную седую бородку и усы. Волосы на голове охватывал золотой обруч. Из-под морщинистого лба смотрели темные маленькие глаза. Коричневую тогу на талии перехватывал пояс такого же цвета, что и обруч на лбу.
— Сейчас ты будешь биться в полную силу, — пояснил хозяин.
Лука посмотрел на Артура. Тот никак не прореагировал на слова господина.
— Снова с вашим псом? — поинтересовался Лука, отметив, что глаза Артура вспыхнули еще ярче.
Старик усмехнулся и покачал головой.
— Нет, на этот раз не с ним. Но от этого тебе легче не будет. Тебе вообще придется теперь
Лука ухмыльнулся в свою очередь.
— Благодарю за доброе пожелание. Но я предпочитаю еще некоторое время помучиться. Кого вы сегодня выбрали в качестве моих палачей?
Хозяин покачал головой и сощурился. Его лицо выражало сожаление.
— Печально, что я не могу оставить тебя у себя. Среди моего зверинца так редко попадаются люди. Да и то они не идут ни в какое сравнение с лесными. У тех преимущество в их звериной сути. Хотя кто может наверняка сказать, что нас ожидает завтра? Или даже через час. Да что там, через несколько минут.
— Хорошо. Бог даст, я запомню вашу доброту. Надеюсь, ваше знание о моем будущем окажется ложным. Так кого вы уготовили на роль моих палачей?
Лука огляделся, словно желая тут же обнаружить новых врагов, но увидел лишь запомнившуюся еще с первого раза картину: общее внимание рабов и тренеров, предвкушавших ожидаемое событие — его смерть; мутное небо над головой с пролетавшей вне досягаемости стрел гарпией; легкий ветер с запахом свободы, случайно залетевший в ненавистный город; разноцветный орнамент на каменном парапете над колоннами; скалы, нависшие над городом и чем-то похожие на утерянную гору его детства.
— Напрасно ты думаешь, что все это затеял я. Даже мне непонятно, чем ты вызвал внимание сильных мира сего. Так что мне приходится только умывать руки. Лично к тебе у меня неприязни нет. Но не буду отвлекать. Надеюсь, ты дорого продашь свою жизнь, мой мальчик. Честно говоря, я предпочел бы выпустить тебя на арену, чем вот так попусту терять такого бойца.
— Так в чем же дело? Я возражать не буду.
Старик хихикнул.
— Еще бы. Но, к сожалению, ты заступил дорогу могущественным людям. А это не прощается. Так что я тут бессилен. А вот и твои палачи, как ты неосторожно выразился.
Лука посмотрел в сторону, куда указывал палец хозяина. К ним направлялись два кентавра и гоблин. Все трое в латах и с оружием. Один из кентавров держал трезубец и сеть, другой был вооружен легким копьем и щитом, гоблин мягко встряхивал тяжелым железным шаром на цепи.
Артур, поворачиваясь вслед хозяину и Артуру, ядовито ухмыльнулся.
— Надеюсь, вы все сгниете от мокреца к моменту ваших триумфальных игр, — пожелал им вслед Лука.
Глава 32
То, что имелась в виду казнь, стало ясно тут же: Луке в отличие от его противников не только не дали никаких лат, но и оружием ему должны были служить лишь щит да тренировочный меч — палка, защищенная круглым эфесом. Непонятно было, зачем так было упаковывать в латы кентавров и гоблина, если он все равно не имел возможности нанести им ранения.
Но это и давало надежду.
Луку поставили в центре площадки, противники окружили его со всех сторон. Рабы и тренеры стали немедленно заключать пари, сколько продержится так хорошо показавший себя в бою с Артуром коротышка. Шансов у Луки не было, это все понимали.