Хозяин

Волкова Эльвира

В зале воцарилась тишина. Слова Алексея достигли своей цели. Все, кто присутствовал на заседании, задумались.

— Господа, — продолжил Алексей, — мы стоим на пороге новой истории. Я был в клане Лилии и точно знаю, что мы для них чуть лучше изгоев. Так давайте покажем всем, что мы способны мыслить прогрессивно.

— Предлагаю, — провозгласил Глава Совета, — проголосовать за предложение Алексея о создании закона о двойном гражданстве. Кто «за»?

Руки подняли больше половины из присутствующих, оставшиеся разделились на два лагеря. Одни проголосовали «против», другие воздержались.

Алексей часто одерживал победы, но эта победа была особенно приятна. Приняв

закон о двойном гражданстве, клан Клевер сделал огромной шаг вперед. Если раньше клан Лилии поглядывал с опаской на слаборазвитого соседа, то сейчас ему придется очень хорошо присмотреться к клану Клевер. Может, он уже не такой отстающий. Алексей гордился собой, ведь именно он осмелился бросить вызов всему обществу и хоть что-то изменить в устаревшем и закостенелом укладе.

Вернувшись с заседания в наилучшем настроении, Алексей сразу же позвонил Льву.

— У меня есть хорошие новости, — сказал он своему другу. — Твоя дочь будет первым человеком с двойным гражданством.

— Как тебе удалось? — не поверил Лев. Он знал о планах Алексея внести революционное предложение о двойном гражданстве. И он абсолютно не верил в успех его дела.

— Я сыграл на их самолюбии. Вы уже получили документы о принадлежности Ангелины к клану Лилии?

— Пока нет. И боюсь, мы можем их не получить, — с сожалением предположил Лев, пытаясь мысленно предугадать реакцию Совета клана Лилии на принятый новый закон в отстающем клане. Как только станет известно, что его дочь уже приняли в клан Клевер, клан Лилии посчитает это угрозой существующим устоям и правилам. Неизвестно, захочет ли Совет что-либо менять. — Лизе это не понравится.

— Думаешь, Феликс испугается?

— Думаю, он придет в ярость.

В глубине души Алексей был согласен со Львом. Но он надеялся, что у Феликса хватит здравомыслия сразу не отвергать возможность изменить общеустановленный миропорядок.

— Держи меня в курсе, — попросил Алексей. — Если что, попробуем поговорить с Феликсом.

— Что-то мне подсказывает, что на этот раз он не станет нас слушать.

— В любом случае мы попытаемся, — Алексей, окрыленный сегодняшней победой, был уверен, что способен горы свернуть для достижения своей цели.

51

Феликс был вне себя от гнева, когда узнал о том, что клан Клевер принял закон, который автоматически давал гражданство ребенку, рожденному от союза представителей разных кланов, независимо от того станет ли этот ребенок гражданином другого клана или нет. Больше всего его злило то, что закон, способный изменить ход истории, первым принял клан недостойный его внимания. Он знал, что инициатором этого закона был Алексей. Этот факт добавлял ему негативных эмоций.

Всю жизнь Феликс думал о клане Клевер, как о клане, до которого еще не дошла цивилизация. Он никогда там не был, а свое мнение об этом клане составил из сведений, получаемых от послов, периодически отправляемых в менее развитые кланы. В донесениях всегда говорилось, что по уровню экономического, политического и социального развития, клан Клевер занимал самое последнее место из трех кланов. Единственное, что высоко развито было в этом клане, так это военная мощь. Поэтому политики из других кланов всегда предостерегали друг друга от ненужных конфликтов с кланом недалеких и воинственных дикарей.

Когда в его жизни появилась племянница да еще с женихом из клана Клевер, который оказался хозяином, у Феликса появилось ощущение, что этот клан был сильно недооценен. Алексей удивил его необычной деловой хваткой, образованностью и способностью сохранять хладнокровие. Если бы Алексей был из клана Лилии, Феликс, несомненно,

обратил бы на него внимание и, может быть, даже немного остерегался. Этот молодой, целеустремленный человек мог многого добиться.

Впрочем, Алексей уже преуспевал в своем клане. Он оказался дальновиднее и действовал быстро. Неуверенный в том, что в поступке Алексея не было подвоха, Феликс, когда ему удалось унять гнев, стал размышлять над тем, как поступить.

С одной стороны, Совет, наверняка, потребует не потакать прихоти клана Клевер и не допустить того, чтобы в обществе появился человек, который будет под защитой двух кланов. А с другой стороны, Феликс отлично понимал, что все мировое сообщество стоит на пороге новой истории. Закон о двойном гражданстве, это был лишь первый шаг к переменам, касающимся взаимоотношений между кланами. Началом этих перемен стало заключение брака между Алексеем и Евой. К чему приведут эти перемены, было неизвестно. Но в одном Феликс был уверен. Если отказать дочери Льва в гражданстве клана Лилии, это может стать началом краха самого элитного и привилегированного клана. К тому же Лиза, являясь участницей клуба защиты прав женщин, вполне могла устроить бунт.

Поразмыслив над всеми «за» и «против», Феликс решил убедить Совет, несмотря ни на что, признать дочь Лизы и Льва, как полноправную представительницу клана Лилии и получше присмотреться к клану Клевер. Если в будущем окажется так, что события, которые разворачиваются сегодня, историки сочтут, как переломные во взаимоотношениях между кланами, то уж лучше записать свое имя, как реформатора, а не как противника чего-то нового.

Как и ожидалось, Совет воспротивился идее двойного гражданства. Тогда Феликс воспользовался своим правом принять единоличное решение. Он признал дочь Лизы и Льва законной представительницей клана Лилии. В Совете поднялась буря недовольства, но Феликс не стал давать объяснения своему поступку, потому что знал, что члены Совета пока не способны его услышать и понять. Причины своего решения он озвучил несколько дней спустя, когда схлынула волна возмущения. Он сказал, что гораздо правильнее было признать этого ребенка и, как и прежде, оставаться демократичным кланом с прогрессивными взглядами, чем дать возможность клану Клевер перехватить эстафету и стать новым лидером. Совет убедили его доводы, и вскоре все окончательно успокоилось.

Лев искренно поблагодарил Феликса за это решение, и также искренно он поблагодарил Алексея за его смелость. На что Алексей ответил, что не сделал ничего особенного. А в душе порадовался, что смог помочь своему другу.

Время снова потекло по своему обычному руслу. Лев выполнял свою дипломатическую миссию, и все свое свободное время посвящал маленькой дочери и жене. Феликс, добившись безграничной власти, мудро, как ему казалось, правил в своем клане. А Алексей приблизился еще на один шаг для того, чтобы, в конечном итоге, возглавить Совет. Он стал советником Главы.

Наравне с политическими успехами, в личной жизни Алексея тоже все складывалось неплохо. Помимо того, что Алексей старался неуклонно выполнять условия, поставленные Евой, он всякий раз старался показать ей, как сильно он ее любит, а она, в свою очередь, относилась к нему по-доброму и позволяла себя любить. Благодаря тому, что они научились договариваться, их отношения были вполне гармоничными.

А через год в их семье произошло пополнение. У них родился сын. За месяц до родов Алексей бросил все свои дела и посвятил всего себя Еве. Он окружил ее такой заботой, что она даже не знала, от чего устала больше, от сложной беременности или от его чрезмерной опеки.