Хозяин леса
Шрифт:
Часть I
– Уф! – С трудом преодолев последнюю преграду – в виде колючих кустов можжевельника, – изодрав в клочья подол юбки и расцарапав до крови обе щеки, грязная и выбившаяся из сил девочка наконец-то оказалась на небольшой поляне и застыла в немом изумлении. Вот оно, недоступное чудо, притаившееся в зелёных дебрях леса!
Замок, про который ходило столько легенд, скрывался в Большом лесу. Добраться до него через непроходимые чащи невозможно. Но Белла решила доказать друзьям, что для неё нет ничего не возможного. Путешествие началось рано утром, а закончилось, когда летнее солнце клонилось к закату. Дэн,
Очарованная величием и благородством замка, Белла уставилась на высоченную восьмигранную башню. В самой ее верхней точке, под богатой ажурной балюстрадой, была выгравирована в камне эмблема владельцев замка – голова огромного волка – и надпись:
– De pres comme de loin, je suis redoutable!*, – пробормотала в голос двенадцатилетняя девочка, безуспешно пытаясь уловить смысл старофранцузского наречия.
Оставив неподдающуюся пониманию гравировку, Белла принялась восхищенно рассматривать центральную лестницу, которая вела к парадному входу в башню. Огромная винтовая конструкция прерывалась несколькими открытыми площадками. Площадки размещались между украшенными изящной орнаментальной резьбой контрфорсами**. По этой лестнице могли подниматься только самые важные господа, такие как принцы и короли. «И, конечно же, принцессы и королевы», – мечтательно подумала Белла.
– Девочка, как ты сюда попала? – Вопрос был задан резким и недовольным тоном.
От испуга Белла заморгала, и величественный замок с башнями и колоннами запрыгал перед глазами. Откуда взялся незнакомец? Возник из воздуха? Рука помимо воли поднялась, дабы священным крестом защитить свою неразумную хозяйку от тайного и неведомого.
– Я прошла через Большой лес, чтобы посмотреть на замок, – испуганно пробормотала Белла, во все глаза таращась на взявшегося невесть откуда сердитого господина.
Или это не господин, а разбойник? Сложно определить, на кого больше похож появившийся мужчина. Поражало то, что незнакомец был весь в чёрном: чёрный камзол, чёрные рейтузы, высокие блестящие чёрные сапоги. Даже выбивавшиеся из-под камзола воланы рубашки тоже имели иссиня-чёрный цвет.
– Негоже тебе здесь оставаться. Скоро солнце спрячется, тогда и вовсе нельзя, – предупредил Сэм.
Лишь после его слов до юной путешественницы дошло, какую глупость она совершила. Стало настолько страшно, что даже руки задрожали. «В лесу нельзя оставаться на ночь – здесь волки, – запоздало вспомнила Белла многочисленные предупреждения взрослых. – Если я целый день пыталась пробраться к замку, то мне понадобится вся ночь, чтобы дойти обратно до города?»
От ужаса пересохло во рту.
– А можно я заночую в замке? – перепугано выдохнула девочка.
– Нельзя! – сказал как отрезал незнакомец. – Врата замка откроются, когда вернется Хозяин. Только тогда замок оживёт и туда можно будет войти людям.
– А мы поспорили с друзьями, кто первый дойдет до замка… – совсем не к месту, запинаясь от страха, начала рассказывать Белла.
– Ты забудешь этот замок еще раньше, чем покинешь лес! – Черные глаза незнакомца сверкнули огнем, и девочка испуганно попятилась назад спиной к лесу.
– Постарайся не мешкать, чтобы к ночи ты была далеко
К Белле вернулась способность дышать и соображать, когда незнакомец отвел тяжёлый, мрачный взгляд.
– В лесу пойдёшь по тропе.
Он что? Дурной? Или чужестранец? Какая может быть тропа в Большом лесу? В летнее время горожане тратили недели и месяцы непосильного труда, чтобы расчистить хоть небольшой клочок почвы. Но после очередной зимы оказывалось, что все потраченные усилия были зря. Лес снова наступал. Речи не шло о том, что в этих непроглядных зарослях есть хоть какие-то тропы.
– Девочка, ты что? Уснула?! Вон по той тропе отправляйся обратно в город.
Оказалось, тропа, действительно, есть. По ней и припустилась бежать Белла в том направлении, что указал чёрный незнакомец. Солнце зашло очень быстро, и девочка тряслась от ужаса, вздрагивая из-за каждого ночного шороха в верхушках столетних дубов. Крик совы настолько испугал юную путешественницу, что слезы градом полились из глаз. Зацепившись за сук и запутавшись в собственной юбке, она не смогла удержаться на ногах. Оказалась на земле, и в тот же миг потеряла ощущение реальности…
Очнувшись, Белла поняла, что находится дома, в своей кровати. Пахло дымом очага и вкусным горячим молоком. Рядом с кроватью стоял нахмуренный отец Чарли. Мама Рене вытирала фартуком заплаканные глаза.
– Ты проснулась, дочка? – тревожно спросила Рене. – Мы с отцом страшно перепугались. Дровосеки обнаружили тебя возле леса – ты спала на траве. Дома тебя тоже не возможно было разбудить. Мы с Чарли уже думали звать цирюльника и делать кровопускание.
– Подожди, мама, не надо цирюльника. Я не заболела.
– Что с тобой тогда случилось? Объясни, – потребовала обеспокоенная Рене.
– Не знаю. Помню только, что мы поспорили с ребятами, кто сможет отыскать замок в лесу.
– О Господи! – побледневшая Рене схватилась за сердце. – Белла, сколько раз просила тебя не соваться в лес? Нечистый он, дочка.
Трудно понять, была ли права Рене или существовало иное объяснение случившемуся, но лесное путешествие напрочь стерлось из памяти Беллы…
***
Спустя пять лет…
Время шло своим чередом, в маленьком городке ничего необычного не происходило. Правда, лес с каждый годом разрастался все больше и больше, грозя захватить не только сельские пастбища, но даже окраины города. Местные крестьяне приходили в отчаяние – у них оставалось все меньше и меньше плодородной почвы, чтобы сеять зерно и выращивать овощи. Горожане тоже страдали из-за дефицита продуктов. И думать было нечего, чтобы пойти в Большой лес за грибами или ягодами. Пасти скот или охотиться в непролазных чащах тоже стало невозможно.
Несколько лет назад предприимчивый и изворотливый горожанин Бертран попытался наладить производство по изготовлению деревянной мебели, благо дефицита в древесине не было. Как обнаружилось, делать мебель из деревьев Большого леса тоже невозможно. И неважно, какие деревья пускали на переработку: будь то дуб или сосна, иметь с ними дело оказалось крайне сложно. Все деревья шли неимоверной твердости и прочности. Единственным выходом явилась продажа досок и брёвен для строительства. В город стали частенько наезжать торговцы из дальних селений, с целью купить материал для строительства, а Бертран сделался богатым и важным господином.