Хозяева руин
Шрифт:
Алекс еще успел подумать: а где шаман? После того как Швед побежал, на маленького азиата Алекс не смотрел, а тот куда-то исчез, словно растворился в траве. Но размышлять об этом было некогда. Трое беглецов бегом пересекли лощину, потом впереди показалась черная полоска – осока на берегу ручья.
– Прыгать нужно! Высоко прыгать через ручей! – заорал Алекс на бегу.
Он рванул изо всех сил, потому что сомневался – услышат ли его? Поймут ли, что он кричит? Он добежал к берегу первым и с разгона перелетел через черные заросли осоки и спокойный поток. Следом за ним ручей перемахнули спутники.
– Гонятся, –
Она торопливо продела руки в лямки рюкзака, чтобы удобней было бежать.
Четверо солдат Армии Возрождения по-прежнему преследовали беглецов. Похоже, бойцам хотелось вернуть их живыми и по возможности невредимыми, но они опасались сближаться с вооруженным противником… Потом за спиной, совсем рядом, раздались автоматные очереди, и Алекс развернулся, готовясь стрелять в ответ. Но целью были не беглецы. Трое возрожденцев остановились на берегу ручья и палили вниз – стволы автоматов были опущены. В ручье билось что-то массивное, фонтаны брызг взлетали выше человеческого роста…
– Бежим, бежим! – закричал Алекс.
Его спутники, присевшие в траву при звуках близкой стрельбы, помчались за ним. Путь их проходил параллельно кромке зарослей, и Лес темной грозной стеной маячил справа. «А ведь там что-то творится», – подумал Алекс. Во время бегства окрестностями не очень-то полюбуешься, и он не особо приглядывался, что происходит с Лесом, а сейчас заметил… или ощутил некое изменение… в атмосфере? Или в чем? Нечто неуловимое, неосязаемое появилось в воздухе. А может, наоборот? Исчезло что-то привычное и настолько знакомое, что его не замечаешь, пока оно рядом? Что-то изменилось в мире, возникли новые, непонятные ощущения, ветер вдруг сделался холодным, он нес новые незнакомые запахи.
– Сработало! – прохрипела на бегу Яна.
Она скинула рюкзак и сунула его Алексу:
– На. Неси ты. Я больше не могу…
Алекс, хотя и удивился, принял ношу и закинул рюкзак на плечи. Действительно, тяжелый.
– Вот такое дело, Леха, – бросил Швед, привычно и буднично, как будто не было всех этих приключений, плена и побега. – Похоже, мы оторвались.
Беглецы перешли на шаг, и Яна с шумом выдохнула:
– Ф-ф-фух… Ну, Алекс, ты вовремя. Хотя мог бы и раньше объявиться.
– Раньше я…
– Можешь не оправдываться. Для такого растяпы, как ты, вышло достаточно быстро.
Этот словечко «растяпа» неожиданно растрогало Алекса. До чего же здорово снова быть вместе и подкалывать друг друга.
– Вы не представляете, как я рад вас снова видеть, – ответил он. – Просто невероятно. А что сработало-то?
– Та самая штука, которую мы принесли из Житомира, – ответил Швед. – Щелоков вошел в Лес. Смотри, как его колбасит.
– Кого? Щавеля? – не понял Алекс.
Потом он бросил взгляд вправо, на темную стену Леса, тут-то до него дошло, о чем говорит Швед. Лес… выглядел не так, как всегда. Он корчился, его что-то заставляло сходить с ума. Высоченные толстые деревья-мутанты гнулись и склонялись кронами к земле. Другие раскачивались, как маятники, из стороны в сторону. Ветер, только что стылый и холодный, теперь нес влажный жар, запах Леса стал пряным и кислым. Крики то ли животных, то ли птиц неслись из зарослей, и в этих звуках
Из тени качающихся деревьев показался какой-то зверь – шатаясь, вышел на опушку и побрел прочь от зарослей. Рухнул в траву, перевернулся. Алекс не мог определить, какой породы животное – мутанта сотрясала крупная дрожь, все тело дергалось, в воздухе мелькали растопыренные лапы…
– Интересный эффект, – заметил Алекс. – Так что же это такое?
– Потом расскажем, – пообещала Яна, все еще переводя дыхание, – ты удивишься и не поверишь. Интересно, за сколько такую ампулу можно загнать? Если эта жидкость заставляет Лес сходить с ума… у-у, это наверняка должно очень дорого стоить!
– Но ведь ампулы остались у Щавеля?
– Одна, а то и две сейчас у тебя! Щавель хитрый, он своим людям раздал, чтобы не были в одном месте. Только по одной или по две, я не разглядела. Но порция в этом рюкзаке.
Яна кивнула, указывая рюкзак, который стащила при побеге, а потом отдала Алексу. Она раскраснелась, глаза блестели, возбуждение после побега и погони еще не схлынуло. Алекс разглядел синяк у нее на скуле, но девушку это совсем не смущало, Яна пребывала в самом боевом настроении, была полна энтузиазма и уже мечтала о новых выгодных делах.
– Сколько мы не виделись, а ты совсем не изменилась! – заявил он. – Тащишь все, что попадется. Но как я рад вас видеть! Лес забери, как я рад!.. Постойте. Вы, когда бежали, шамана не видели? Он был со мной, а потом куда-то подевался… Рахим – он такой незаметный, я и не сообразил, когда он успел свалить.
– Вообще его не видели, – ответила Яна. – С тех самых пор, как он ушел за ворота и пообещал, что вмажет кочевникам с тыла.
– А мне вроде так привиделось, что стрелков двое было… – неуверенно заметил Швед.
Но Яна стояла на своем:
– Не было его! Я не видела! Ты уверен, что он здесь тебе не померещился?
– Нет. Я на него напоролся, еще когда бежал. Когда мы с тобой бежали. Шаман за оградой меня встретил… ну, помог маленько. С тех пор были вместе. Он же обещал, что найдет и убьет того, кто зарезал хозяина «Балагана», а я ему сказал, что это Щавель.
– Коварно, – одобрила Яна. – Только не было его. Ты один тогда из травы встал, а рядом никого не было.
На миг Алексу показалось, что в самом деле померещилось, что не было никакого шамана, да и вообще – этих суток без друзей тоже не было. Как будто они только что расстались, и вот – снова вместе. Он даже помотал головой, чтобы отогнать наваждение. А Лес тем временем не успокаивался. Без всяких видимых причин здоровенное дерево стало гнуться – не склоняться, а изгибаться примерно на треть своей высоты. Верхушка опускалась и опускалась, ствол потрескивал и хрустел. Потом с оглушительным треском крона отделилась и рухнула в подлесок, во все стороны брызнула щепа. Лес огласился воем и криками, несколько птиц взвились в воздух, две столкнулись в полете, разлетелись перья… Хрипло вереща, крылатые мутанты устремились в стороны…