Хоук

Льюис Р. Дж

С отяжелевшими веками, ловя воздух широко открытым, пересохшим ртом, я, словно сквозь туманную пелену, наблюдала за проникающими в комнату первыми лучами утреннего солнца.

* * *

После всего произошедшего мне всю неделю было запрещено ходить на работу. Хоук был непреклонен. Я должна оставаться в клубе, потому что за его пределами по-прежнему был тот, кто стоял за нападением. И, кем бы он ни был, я должна находиться под присмотром, пока все не прояснится. Не знаю, как долго это будет продолжаться, но я была не настолько глупа, чтобы идти против его приказа.

Таковы

правила. Я усвоила их много лет назад.

Следующее утро после разборок с полицейскими выдалось напряженным. Большинство парней собралось в комнате для совещаний, совершая необходимые телефонные звонки. Один из них был Абраму, и его возмущенный громкий голос было слышно даже за пределами комнаты.

— Ты гребаный идиот! С какого хера я стал бы посылать своих людей на твою территорию? — в пяти метрах от двери Холли испуганно вздрогнула от его злобных выкриков. — Если бы я хотел вас убить, вы давно уже были бы покойниками. Я тебе не трусливый осел, чтобы расстреливать из-за угла твое крысиное гнездо. Это оскорбление. Ты ни хрена не разобрался, но оскорбляешь меня своими подозрениями. Не смей больше обвинять меня в этом, иначе я на самом деле сотворю какую-нибудь херню!

Ничего себе.

Хоук вышел из комнаты для совещаний с задумчивым видом, тогда как Гас был в бешенстве и выкрикивал в адрес Абрама обвинения во лжи.

— Он не делал этого, — просто сказал Хоук, затыкая ему рот.

Явно не согласный, Гас покраснел от гнева.

— Это он, Хоук, и самое правильное сейчас — это наведаться в гости к этому мудаку и преподать ему хороший урок.

Джонни и Маршалл с согласным видом кивнули головами, но Хоук ничего на это не ответил. Он сел в дальнем конце бара — шестеренки в его голове снова завращались. Затем он перевел взгляд на меня, и что-то в выражении его лица пробудило во мне необъяснимую тревогу.

Что-то здесь было не так.

Я чувствовала это нутром.

Хоук чего-то мне не договаривал.

Глава 33

Хоук

После той заварухи с пятью трупами прошла неделя. И четыре дня с того момента, как тараканы сбежали отсюда, поджав хвосты. Сегодня Хоук получил сообщение от Бордена.

Б.: Ты не вернешься, да?

Хоук долго смотрел на текст, но оставил его без ответа. Все произошло так внезапно. Он чувствовал себя словно на распутье, где должен был выбрать между Борденом и своим клубом.

Он не выбрал ни того, ни другого.

В конце концов все сводилось к Тайлер. Он отчаянно хотел ее в своей постели. Она вызывала у него такие чувства… Не какое-то одно конкретное, а целую гамму эмоций. Хоуку в голову никогда не приходило, что он может испытывать подобное. В добавок ко всему, без него жизнь клуба скатилась под откос. А он бы мог навести здесь порядок, дав пинка под зад всем лохам и вернув в семью преданных людей. Он запретил бы здесь наркотики, навешал бы повсюду гребаных камер, а потом ввел бы единые для всех правила — Господи, да это место нуждается в гребаной дисциплине, как ни

одно другое!

Он показал бы всем, что эта жизнь — гораздо большее, чем вечеринки, попойки и бесконечный трах.

Эта мысль давала ему цель.

— У меня словно огромный камень с души свалился, — сказал Гектор, узнав, что его брат возвращает себе свои полномочия. Он пришел к нему в комнату совещаний.

Хоук сидел один во главе стола из красного дерева, просматривая бухгалтерские книги и изучая доходы клуба. Он поднял взгляд на Гектора, который положил перед ним свой жилет, возвращая его законному владельцу, но Хоук даже не взглянул. Все его внимание было приковано к младшему брату. Встретившись с Хоуком взглядом, тот с трудом сглотнул. Сегодня Гектор был трезв и выглядел абсолютно дерьмово, но Хоук решил, что это даже хорошо. Чтобы измениться к лучшему, нужно ощутить себя полным дерьмом.

— Я никогда не хотел этого титула, — тихо сказал Гектор, глядя на свою порезанную руку. — Мне известно, о чем они говорят уже много лет. Ходили слухи, что я продал тебя или сделал что-то не менее дерьмовое, но это не пошло мне на пользу — я стал эгоистичным мудаком, пытающимся утереть тебе нос. Но не потому, что я украл этот пост у тебя или что-то в этом роде, а потому, что пытался быть лучше тебя, хотя знаю, что мне этого не дано. И никогда дано не будет. Но, черт возьми, Хоук, я никогда бы не отдал тараканам то видео. Я никогда не хотел избавиться от тебя ради этой идиотской нашивки на спине. Я искал виновного много лет, но так и не смог найти. Знаю, это не аргумент, но… я даю тебе слово.

Хоук отложил бухгалтерские книги.

— Гектор, почему ты именно сейчас об этом говоришь?

— Потому что это не дает мне покоя уже много лет. Думаю, где-то в глубине души мне хотелось, чтобы ты так думал. Ну, типа, я такой безжалостный, что смог так с тобой поступить. Чтобы ты перестал считать меня бесхребетным.

— Я никогда даже на секунду не думал на тебя, — ответил Хоук совершенно серьезно. — Ты слишком меня любишь, хотя и не признаешь этого.

Гектор поморщился.

— Ну да, конечно. В данный момент я загнал тебя в дерьмовое положение. Какая уж тут любовь!

— Все не так уж плохо.

— Мы практически обескровлены, — Гектор указал на книги. — Такими темпами мы долго не протянем.

Хоук медленно покачал головой.

— Это не совсем так.

— Что ты имеешь в виду?

— Тайлер.

Гектор замер, а потом с протяжным вздохом сел на ближайший стул.

— Я думал, этого не должно произойти, — сказал он с недоумением.

— Через неделю ей исполнится двадцать один.

— Но она нихера не знает, а мы даже представления не имеем, как добраться до этого счета.

— Люди Бордена работают над этим.

С тяжелым вздохом Гектор покачал головой.

— Мы не можем рассказать ей правду, Хоук. Это разобьет ей сердце.

— И что я должен делать?

— Соврать. Сделай так, чтобы это не прозвучало так жестоко.

— Я больше не могу врать, Гектор.

— Тогда она перестанет смотреть на тебя так, как сейчас. Она чертовски сильно возненавидит тебя, мужик.

Хоук поскреб зубами нижнюю губу, пытаясь подавить нарастающую в душе панику. Разве у него есть другой выход? Он хочет ее, но не желает, чтобы между ними были секреты.