Хост пожарче
Шрифт:
– Может, закажем шампанского? – обнажил белоснежную улыбку пытающийся разрядить атмосферу байкер, когда мы сели за столик пиццерии.
– Нет! – резко отрезала я, вспоминая, что в последний раз пила спиртное пятнадцать лет назад и то на школьном выпускном.
– А я не против, – обрушила на нас с Вовой шквал неумолимого позитива Цветкова.
– Ладно. Только чуть-чуть, – выдавила я сквозь зубы, пытаясь хоть немножко соответствовать веселому нраву подругу.
– Что на закуску? – с акцентном старого рыбака вопросил наш мужчина.
– Я не голодна, – выдавила я, но наткнувшись на осуждающий
– Два кусочка Маргариты и морковный пирог.
– А мне три чебурека и грибной супчик, – заказала себе полноценный обед моя дружелюбная сваха.
Через минуту у нашего столика замигал какой-то неотесанный, пятнадцатилетний школяр с повязанным на бедрах накрахмаленным фартучком, по всей видимости, официант, и принял наш заказ, нетерпеливо прописав его в помятом блокноте, больше напоминавшем сложенную вдвое предметную тетрадку.
– Кстати, вы так и не рассказали, чем сами занимаетесь по жизни? – я решила исправить сложившийся образ закоренелой злюки.
– Я музыкант, – играю на гитаре в местной панк-рок группе.
– А на большее мозгов не хватило?
– Ксюша! – больно наступила мне на ногу подруга. – Вова – уважаемый гитарист, между прочим, сам сочиняет песни.
– Песни? И о чем же вы поете?
– Да так… О жизни, о любви.
– Не представляю любовный рок.
– Мы не ограничиваемся одним направлением, мне больше по душе хип-хоп с его четкими битами и свободными темами, чем лишенный консервативности ярый рок, хотя не все в моей группе считают так же.
Из назревающего спора нас вырвал вовремя подошедший официант с большим разносом ароматной пищи. Несмотря на не совсем презентабельный вид здешних официантов, местная еда славилась особым вкусом, очень полюбившимся всем жителям нашего маленького городка.
– А Вы часто здесь бываете? – обратились ко мне жадно поедающие кусок стейка голодные глаза нового знакомого.
– Если каждый каждый день для вас «часто», то да.
– Серьезно? А по вашей шикарной фигуре этого и не скажешь! Думаю, за это стоит выпить?
– Можно, – хором проголосили мы с Любашкой, опрокидывая в себя принесенные бокалы шампанского.
– А оно ничего, – повернулась я к подруге, делая комплимент алкогольному напитку.
– Конечно! Вова плохого не закажет! – сказала она, перенаправляя меня с комплиментами по другому адресу.
– Тогда за знакомство! – вскружила мне голову игристая жидкость.
– Ксюша, аккуратнее, – остановила меня Люба, когда я в пятый раз полезла наполнять бокал. – А то мне скоро пора идти, а я боюсь оставлять тебя в таком состоянии, особенно после недавнего казуса с таблетками.
– Так не было никакого казуса, – протянула я, перебираясь поближе к мужчине. – Правда, Вован? А ты иди, за нас можешь не беспокоиться!
– Вов, за мной уже муж приехал. Довезешь домой эту куклу, – сурово пригрозила моя сваха нашему другу.
– Хорошо, Паше привет передавай! – махнул ей рукой мой кавалер и, дождавшись, когда моя подруга скроется за дверью заведения, нежно обнял меня за талию, но, заработав от меня пощечину, тут же извинился и вдохновенно добавил:
– Может, чего-нибудь покрепче?
– Только если совсем чуть-чуть, – махнула я рукой и крикнула официанту, чтобы тот
– У Вас очень тонкий парфюм, – наклонился ко мне мой знакомый, когда на столе стояли уже опустевшие фужеры.
– Я сама так пахну, – начала заигрывать я с мужчиной. – А можно понюхать твой? – и не дожидаясь ответа, я прильнула к вороту его черной рубашки, вдохнула едва уловимые цитрусовые нотки и, расстегнув две верхние пуговички, лизнула языком теплую мужскую грудь.
– А ты шалунья, – поддался эмоциям байкер, запуская руку мне под блузку.
– Ммм, – ответил ему мой пьяный стон, как ни странно отрезвляюще воздействующий на Вову.
– Ты, кажется, пьяна. Я отвезу тебя домой. Где ты живешь? – отстранившись от меня, промолвил мой кавалер.
– Я гражданин мира, – облизывая губы, снова приблизилась к шипованному мужчине разгоряченная я.
– Ясно, пошли в машину, – отсекая все мои предложения на продолжение банкета, рявкнул мужчина.
– Машину? Но у тебя же мопед?
– Я вызвал такси, а мотоцикл, – Вова сделал ударение на последнем слове, – я заберу завтра.
Сладкий аромат малинового запаха царил в атмосфере золотистого утра, нежные блики шелковой простыни обвивали тело миллионными ручьями наслаждения, а большая уютная кровать давала возможность наслаждаться ее царственными габаритами… одно слово – рай. Понять невозможно было только одно – мой маленький, привезенный еще Игорем из маминого дома диван никогда не радовал меня возможностью развалиться, а сшитый собственноручно хлопковый комплект белья скорее царапал бока неровностью швов, да и квартира моя упиралась окнами в недостроенную элитную пятиэтажку и просыпаться с солнечными лучами мне последний раз удавалось только с Игорем во время трехнедельного тура в загородный санаторий… И малиновый запах, откуда он? Я уже неделю перебивалась перекусами в соседнем кафе, и из еды в холодильнике у меня были только йогурты, но даже при всем желании они не могли радовать обоняние вкусом летних ноток. Ответов могло было быть только два: либо употребленное мною выше слово «рай» отнюдь не было эпитетом и я действительно попала в созданную Богом небесную сказку, что было крайне маловероятно, либо я не дома. Лихорадочно метаясь по кровати, я стала перебирать события вчерашнего дня. Так, Люба, парк, этот сумасшедший байкер. Потом, кажется, кафе, шампанское и… такси. О, нет…
– Вова! – лихорадочно заорала я имя моего искусителя.
– Уже проснулась? – выглянула из-за двери небритая мужская голова.
– Козел! – влепила я смачную пощечину довольному мужчине.
– Вообще-то я рассчитывал на «спасибо», – поднимая на меня глаза спокойным тоном выдержал Вова.
– Спасибо? Ты идиот! Ты воспользовался мной!
– Если кто-то кем-то и воспользовался, то это ты мной, мало того, что напилась вчера до самого не могу, так еще и обрушилась на меня получасовой тирадой, мол, ты гражданка мира, и дом твой всегда под ногами. Вот и пришлось привезти тебя к себе, а самому целую ночь мучиться бессонницей на холодном полу коридора, кровать-то у меня дома одна, одеяло тоже, вот и пришлось заставить Барбоса (он потеребил за ухо большого лохматого пса) подвинуться и приютить на ночь решившегося спасти бедную женщину хозяина.