Хост пожарче
Шрифт:
– Ты обдерешь меня до нитки… – отдался в чары ночной колдуньи я.
– Полетели отсюда? Как-то уж слишком недоброжелателен Милан ко мне сегодня…
– Хорошо, только ткни пальцем на карту, и мы тут же отправимся туда… – будто одурманенный какими-то чарами, высказал предложение я.
– А мне даже «тыкать» не надо. Я лечу к Сержу, ты к Свете.
– Ты сейчас так сказала, как будто меня с ней связывает что-то большее, чем бумажный контракт.
– Ну, контракт бывает и брачный…
– Что? Маш, ты сейчас о чём?
– А ты никогда не думал о ней как о женщине? – втягивая дым сигареты, удивила меня королева ночи.
– Что? –
– Она так о тебе заботится, переживает.
– Она переживает за то, чтобы мои книжки были вовремя отданы в печать, и заботится о том, чтобы я их к этому времени успел дописать.
– Да, прости, сболтнула глупость… Просто мне ее так жаль, она всегда одна, а ведь она всего на два года отличается от нас… Только я не помню, старше она или младше?
– Я знаю, что мне двадцать шесть, тебе двадцать четыре, а её возраст меня мало интересует. Восемнадцать уже есть, тридцати еще нет. Все. Мне хватает.
– Ох, Максим-Максим, ладно, нам пора домой.
– Кому нам? Маш, мне и здесь хорошо. С тобой…
– И мне здесь хорошо, – Маша снова прижалась ко мне. – Знаешь, я так рада, что судьба свела нас, и тогда детстве, и на презентации твоей книги. Ты такой хороший друг.
– Ты тоже хорошая… Только не подруга… Ты просто хорошая.
– Это как? Максим, я не понимаю твоей писательской литературной игры слов.
– И не поймешь, если будешь пытаться разбивать ее на хиазмы и пролепсы… будь проще, учись слушать сердцем…
Утро. Какой-то особенно тихий, патриотичный ветерок купает творческие музы, парящие над ореолом моей кровати. Одиночество и творческий настрой, и кажется, это идеальная обстановка для написания не только красочного романа, но и вовсе воздушного шедевра. Вот только в голову как назло ничего не лезет… Кроме ее силуэта и этого пленящего танца лавандовых цветов, олицетворяющихся в каждом движении ее платья, в каждом изгибе ее тела… Но какой, к черту, изгиб?! Она же уехала, а он остался! По логике вещей, следующая страница должна повествовать о гениальной дрессировке ее предпринимательского дара, выливающегося в крайне успешном показе… А может, его чувства описать? Да ну… Кто это читать будет? Хм, я же читаю… причем ежедневно… причем в своем же блоге… нет, ну а кому это еще читать, если я закрыл доступ к своему профайлу… Что я делаю? Я пишу в блог о том, как я пишу в блог?! Нет, уже, кажется, совсем утонул в этой кипучей смеси Светиных жужжаний об этом дурацком поджимающем сроке!
– О, Максим, – поперхнулась кофе моя PR-менеджер. – А ты уже закончил? Так быстро?
– Свет, ты первая женщина, которая задает мне такой вопрос.
– Яров, – на минутку покраснев, смущается девушка, но тут же взяв себя в руки, резко добавляет – Это не смешно, иди пиши!
– Вот тебе только указки не хватает, а так вылитая училка! И вообще, какого лешего ты делаешь утром в моей квартире на моей кухне?
– Контролирую.
– Свет, ты пост ГИБДД, что ли? Ты как сюда попала вообще?
– А этот вопрос, я думаю, тебе нередко приходится задавать девушкам по утртечку…
– Свет, вот несмешно, а!
– Да успокойся, мне дубликат ключей твой отец выдал, он, в отличие от тебя, заботится о твоей работе.
– Прекрасно… Ладно, черт с этими ключами, помоги лучше, – я опустошенно опустился на стул.
– Конечно, Максик,
– Суффикс лишний приплюсовала.
– Извини…
– Да написать ничего не мог, в голове одна…
– Королёва?
На ближайшие пять минут комната опустилась в неприкосновенное молчание.
– Ты ее любишь? – продолжила моя смотрительница.
– Света, что за бред? Она мой друг! – быстро выскочив из-за стола и разбив локтем чашку свежезаваренного кофе, я метнутся к окну, жадно уставившись в панораму улиц.
– Так разве этим не сложнее? Макс, но ты ведь понимаешь, что это невозможно…
– Да, прости, – собрав все силы, взял себя за шкирку я. – Напишу об этом.
– Что?
– Ты бы все равно свела тему к этому, какой смысл с тобой разговаривать.
– Макс, нет… я, правда, хочу тебе помочь…
– Я знаю, чего ты хочешь.
– И чего же? – обидчивым голосом пропищала девушка.
– Книгу, вот чего. Ладно, извини, мне надо работать, позвони своему этому начальнику и сообщи, что завтра… нет, послезавтра рукопись уже будет у него на столе… ну, точнее, вордовский документ на флешке… текст на Google-почте… ну, или как ты там ему это обычно пересылаешь, – словно от комара, я отмахнулся от моей персональной Фрекен Бок и отправился к себе в комнату.
Скандальным криком на всю квартиру кричат из колонок BASKER «Скажи, что делала ты прошлым летом», а тонкие пальцы голубоглазой Марины уже скользят по моему обнаженному торсу. «Хочу узнать все секреты твои» – и вниз подпаленной птицей летит ее кружевной шелк от Versace стоимостью две тысячи евро. «Тонкая талия» – в унисон музыке я целую идеально плоский живот и нежно покусываю извилистую ящерицу-пирсинг, так манящую меня на подвиги. «Губы» – мы глотаем в порыве страсти обжигающий яд поцелуя. «Заставлю я все это показать» – пришептывает текст моя нимфа, шагая пальцами к моему ремню, который уже через минуту убитой коброй сползает на пол. «Феромоны за парфюмом не спрячешь» – абсолютно голая демоническая красавица склоняет голову с шаловливыми завитками и начинает облизывать рельефные кубики моего пресса, с каждым касанием опускаясь все ниже. «Губы кусаешь» – и в моих руках оказывается округлая душа героини моего сегодняшнего романа…
– Макс! – совсем не эротично и вовсе не по сценарию дверь комнаты выплёвывает испуганную девушку, с растекшейся тушью и выражением лица не сдавшей ЕГЭ школьницы… Машу.
– Королёва? А какого, собственно говоря… блин, ты что тут вообще делаешь?
– Это твоя жена? – прикрываясь подушками, натягивает философское выражение лица моя музыкальная блондинка.
А я тем временем краем глаза еще раз ласкаю ее грудь и с энтузиазмом замечаю, что ее размеры не может перекрыть даже подушка… Значит, это даже не пятёрка, а спелая, сочная шестерка! Вот надо же было такому обломаться…
– Я не вовремя? Ой… я-я… – теряется моя подруга, и я уже был готов ее отпустить, но, ощущая на себе ее заплаканный взгляд, останавливаюсь.
– Нет, это Маша… мы росли вместе… Мариночка, зайка, давай созвонимся вечерком?
– Что? – показывает свою цену склеенная в Vogue Cafe кукла. – Да я что тебе, игрушка что ли? – но задев взором мою золотую полку с выставленными в оригинальные узоры книги моего авторства, смягчается. – Да, я понимаю, буду ждать звонка, – и, открывая мне безупречный обзор, целует меня в губы.