Хорошо сидим!
Шрифт:
Люди в силу нашей культуры, нашего воспитания в основном настроены на статистику. Во всем: во взглядах на себя, на мир. Замечается только то, что укладывается в статистические характеристики. И поэтому человек, которого поймут еще лишь трое, остается незамеченным другими людьми. Его для них просто не существует, он как бы артефакт (в этом значении – то, чего не может быть, мягче – то, что не укладывается в общепринятые нормы и понятия), а артефакты статистика не учитывает. В силу такой настроенности масса людей остается как бы «за скобками». Да, был такой физик! Да, позаботились о нем в окружении вождя! Но ведь это все было известно только в очень узком кругу, для других такого события не было. Это позволяет
Уже потом в книге Павла Васильевича Симонова «Эмоциональный мозг» я наткнулся на информацию, что в мозгу человека есть четыре специальные структуры, которые отвечают за реакцию на вероятность события: малую вероятность и большую вероятность. И индивидуальное свойство выделять разную вероятность событий, как оказалось, в общем-то – фундаментальное качество человека. Это очень важный момент в понимании человека – существует ли у него ситуация недореализации.
Нужно прежде всего посмотреть, что для данного человека является маловероятным событием, то есть настолько маловероятным, что его как бы и нет, оно – «за скобками». Это очень интересная характеристика, о которой практически нигде не написано. Причем рассказать об этом трудно, а сделать очень просто. Вот, например, есть редкие события, редкие для определенного уровня информационной подготовленности человека. В частности, я рассказываю что-то, идет беседа о разных вещах, и становится видно, кто и как реагирует на полученную информацию. У кого-то реакция видна, а кто-то, и это видно, выйдет из ситуации и не вспомнит о рассказанном – ну просто для него этого не было. Таким образом, в его информационном восприятии такая вероятность события не укладывается.
Допустим, вероятность события – 1:1000, а у него в информационной восприимчивости такой вероятности вообще нет. Конечно, это не всегда сразу обнаруживается. Так, когда находишься в пространстве другого человека, возникает иллюзия понимания. Вот я, например, говорю о чем-то, говорю ясно, на русском языке (я вообще иностранных слов не люблю и стараюсь ими не пользоваться), пока говорю – все всем понятно. Но стоит человеку оказаться в своем пространстве – и содержание сказанного как-то сразу сужается, определенная часть ее пропадает вовсе. Оставшаяся же становится менее понятной.
Сколько раз уж это наблюдали! Спрашивают: «Ну, расскажи, о чем там Игорь Николаевич говорил». А в ответ только: «Ох! Ах! Ух!» – «Это понятно, а по существу?» – «Ну!!!» – и все, и сказать уже нечего. В лучшем случае попытаются свести все к короткой формулировке. Она-то как раз и показывает, какая часть лекции уже отрезана.
Некоторых людей, редко, правда, каким-то образом удается вывести на границу сознания, то есть показать, что сознание имеет границы. А иной раз это никак не удается. Объясняешь человеку, что у сознания есть граница, а он не понимает – ну никак! То есть человек, конечно, старается, но у него не получается. Он боится самого понятия – «граница». Здесь возникает великий тормоз – страх, даже неосознаваемый. Потому что само по себе событие – обнаружить границу сознания – оно чрезвычайно.
Конечно, у каждого человека – своя граница сознания, но есть и граница сознания как такового. Кроме того, есть вещи, которые не предназначены для понимания. Их нельзя понять, их можно познать только через переживание. Они есть – и все. Их можно только пережить. Есть такое понятие – сопереживание…
Так, человек, находящийся в пространстве Учителя, двигающийся
Есть люди, у которых уровень допустимой вероятности события вряд ли превышает 1:50. То есть все события, ими осознаваемые, есть события высоковероятные. События маловероятные для них как бы не существуют, их нет и быть не может. И весь мир состоит только из высоковероятных событий, как в телесериалах. Поэтому такие люди легко смотрят знаменитые телесериалы: в них ничего не напрягается, все события стандартны, высоковероятны. Независимо от того, где происходит действие фильма – в Мексике или Америке, – все события узнаваемы. Потому что есть среднестатистическое расписание человеческой жизни: что должно произойти по статистике, когда, в каком возрасте, какова общая продолжительность жизни и т.д. Причем все это в двух «версиях»: одна – это у нас, а другая – это у них.
Мы и Они – два таких расписания. Поэтому чем точнее предложенные события укладываются в известное расписание, тем лучше, тем легче они понимаются, усваиваются. В связи с этим, чтобы воспринимать жизнь как можно полнее, надо постоянно увеличивать, расширять для себя вероятность событий – 1:50, 1:100, 1:1000 и т.д. Я постарался занять в жизни позицию вечного ученика. Нет еще такого человека, который бы меня чему-нибудь не научил. Все – от малышей до людей преклонных лет, – все меня чему-нибудь да учат.
Учить любят все. Удержаться от этого человеку почти невозможно. И это не зависит от уровня образованности, интеллигентности, информированности, воспитания – учат все! Поголовно!.. Меня и Аркадий на этом ловит – на раз, и мой сын, когда я ему подставляюсь, «подлавливаюсь». Потому, наверное, что учить – это победа, а учиться – это как бы поражение. Вот учить – да! Победа! Хотя бы сам факт, что тебя слушают, а ты им все объясняешь… Так что стать в позицию ученика – заведомо труднее.
Возвращаясь к телесериалам, замечу: дело ведь не в том, кто смотрит, и не в том, где происходит действие. Важно не то, как люди называются (мексиканцы, бразильцы, американцы или русские), и не то, как их зовут (Томы, Хуаны, Эльдорады), а то, что с ними происходит на экране. Главное именно это, ибо это понятно, это описывается понятным каждому уровнем вероятности события, это вписывается в среднестатистические характеристики. Отсюда – легко понять и легко запомнить. Поэтому и смотрят.
В работе, посмотрите, человек обращается, например, за помощью, осознавая в данный момент, что самостоятельно он не в силах справиться с ситуацией. Таким образом, в данный момент у него было своего рода просветление. Но!.. Стоит оказать ему помощь – и он этого может даже не понять и не вспомнить! Очень ярко такие отношения видны в спорте. Тренер всегда мечтает найти талантливого спортсмена, выучить его, чтобы он стал чемпионом. Пусть так! А дальше?
Спортсмен этот выучился, достиг… и начинает думать, что успех – только его заслуга: он прыгал или бежал. А тренер тогда кто? Это тот, кто за его счет ездил на сборы, на соревнования. Вот как все переворачивается! И так в любой ситуации. В помощи духовной – то же самое. Мне было очень тяжело, пока я не понял, насколько автоматична такая реакция у большинства людей. Мне это казалось невероятным: как же так – вместо «спасибо» реакция избегания?! Уже потом я осознал, что такая реакция, наверное, и есть высшая награда. Хотя, конечно, в такой ситуации ты не можешь поступить в соответствии с законами Великого Среднего – ты подставляешься, а по законам Великого Среднего надо обязательно подняться над.