Хорошее стало плохим

Просим НЕ использовать русифицированные обложки в таких социальных сетях как: Инстаграм, Тик-Ток, Фейсбук, Твиттер.

Перевод группы: t.me/dreambooks1

God’s Gonna Cut You Down — Johnny Cash

Every Rose Has Its Thorns — Poison

Short Change Hero — The Heavy

Born to be Wild — Steppenwolf

Give My Love to Rose — Johnny Cash

I Hate Myself for Loving You — Joan Jett & The Blackhearts

Snake Song — Isobel Campbell & Mark Lanegan

Not Afraid Anymore — Halsey

Dirty Deeds Done Dirt Cheap — AC/DC

Like Real People Do — Hozier

Gun in My Hand — Dorothy

No Good — Kaleo

Real Wild Child — Iggy Pop

Once Upon A Dream — Lana del Ray

Game of Survival — Ruelle

It Will Come Back — Hozier

If I Were a Boy — Beyonce

Hazey — Glass Animals

Make Up Sex — SoMo

Die for You — The Weeknd

Can’t Help Falling in Love — Elvis Presley

Hot Blooded — Foreigner

Die A Happy Man — Thomas Rhett

Любви

всей моей жизни.

Ты человек, который научил меня тому, что в тихом омуте водятся черти, что Прекрасные Принцы могут быть плохими мальчиками и что любовь тем более прекрасна по сравнению с препятствиями, которые ты должен преодолеть внутри себя и вне друг друга, чтобы быть вместе.

«Нет ничего ни хорошего, ни плохого в этом мире. Есть только наше отношение к чему-либо.»

Уильям Шекспир, Гамлет, Акт 2, сцена 2.

Это был не первый раз, когда я видела мертвое тело, и я знала, что не последний. Только не живя той жизнью, которой живу я, будучи студенткой-медсестрой и дочерью президента незаконного мотоклуба.

Кровь не испугала меня.

Насилие не остановило меня.

Первое это обыкновенная биологи, а второе — теология мотоклуба.

Я видела достаточно трупов, чтобы заполнить комнату, достаточно тел, чтобы уместить их в свинарнике на ферме Энджелвуд, куда Падшие увозили свои трупы, и достаточно ранений, чтобы кровоточащая рана казалась такой же незначительной, как разлитое пиво.

Тем не менее, я никогда не видела такого мертвого тела.

Возможно, потому, что я видела своего парня, Крикета Марсдена, в разном виде — злым, маниакальным, счастливым, возбужденным и веселым, — но никогда не мертвым.

Лезвие было влажным в моей руке, скользя по крови, покрывающей мою ладонь, как причудливые красные атласные перчатки. Я уставилась на красивое лицо Крикета, парализованное ужасом и гневом, и смотрела так долго, что уронила нож на землю.

Честно

говоря, я даже не знаю, почему он у меня. Но он был за моей спиной, когда я вслепую потянулась к одному из кухонных ящиков и ухватилась за первое, что попалось под руку.

Я ожидала — в худшем случае — деревянную ложку, чтобы воткнуть ему ее в глаз. В лучшем случае — нож для масла, чтобы больно, но не смертельно вонзить его в плечо.

Вместо этого судьба или что-то вроде того подкинула мне ужасный квадратный нож для резки мяса, и в нарастающей панике я не осознавала серьезность моего случайного оружия, пока оно не воткнулось в сгиб между длинной шеей Крикета и его татуированным плечо.

Кровь оказалась повсюду в мгновение ока, везде на мне, как будто я искупалась в проливном дожде. Я подавилась кровью, когда она попала мне между губами, но я не сделала ни шагу назад, потому что мой взгляд зацепился за карие глаза Крикета, которые были уничтожены его расширенными зрачками из-за огромного количества наркотиков в его организме. Они расширились в шоке от удара острого металла, когда он с грубой силой разрезал его кожу, и его рот открылся, когда нож необратимо вонзился в его ключицу.

Мы смотрели друг на друга, пока я убивал его, запутавшись, как всегда. Наш союз был разрушительным, чем-то, что я искала, чтобы ощутить привкус опасности и острых ощущений. Я была принцессой мотоклуба, так что была знакома с преступниками, но Крикет был недостаточно умен, чтобы называться даже так. Он был безрассудным, и всегда искал новые острые ощущения, потому что предыдущие ему уже надоедали. Я была единственным, что не вызывало в нем скуку.

Сначала я была польщена. Он был горячим парнем с предрасположенностью к зависимости, а я была наркотиком, который поджег его изнутри. Разными способами, но с одним и тем же головокружительным результатом, Крикет дал мне то, что я хотела. Я была девушкой, окруженной мужчинами, которые были слишком заняты, чтобы обращать на меня внимание, с матерью, которая предпочла бы выпивку или кокаин заботе обо мне.

Это было клише, но клише существуют не просто так.

Я просто хотела, чтобы меня любили, и Крикет сделал это.

Он сделал это так сильно, что оставил синяки; метафорически — сначала вокруг сердца, как следы от удавки, а потом и физически.

Наркотики взбудоражили его любовь, как бурю, эпическую и мощную, так, что это парализовало меня в трепете, даже если охватывало своей ярость.

Я давно говорила себе перестать позволять ему причинять мне боль.

Я не из тех девушек, которые терпят абьюзивного парня.

У меня было нечто большее, чем пышные волосы и голубые глаза цвета свежей джинсовой ткани. Я знала, что хорошо выгляжу, полна индивидуальности и могу быть чертовски умной, если постараюсь.

У меня были хорошие друзья и даже больше — лучшая семья, которую когда-либо могла знать любая девушка.

Возможности, чтобы вытащить меня из густой вонючей грязи в яме Крикета.

Я не использовала ни одну из них.

По крайней мере, до этого момента, до момента, пока не стало слишком поздно и единственной оставшейся возможностью не остался случайно попавшийся нож.