Хорошая девочка
Шрифт:
– Эй, ты куда?
– Взять и тебе что-нибудь, а то как-то нехорошо. Ты, вообще, по каким цветам больше?
– По весенним, – лепечу, про себя прикидывая, нормально ли вот так обсуждать мои вкусы, стоя у витрины цветочного. Или лучше было ему не подсказывать? – Правда, не думаю, что тюльпаны или пионы можно найти в эту пору года.
Моих любимых цветов и правда нет. Покупаем букетик разноцветных астр. Наверное, из-за того, что они ассоциируются с осенью, астры никогда мне особо не нравились, а тут почему-то
– Спасибо. Это вовсе не обязательно.
– Я как-нибудь сам решу, – бурчит Бекетов. – Что еще взять? Торт? Или коробку конфет? Слушай, а может, вина вообще?
– Мама больше по виски.
– Уважаю!
Со смешком закатываю глаза. Я уже заметила, что порой Сергей чересчур беспокойный. Обычно это даже мило, но иногда за его энтузиазмом совершенно не поспеваешь.
– Уже поздно. Давай поход в продуктовый отложим до лучших времен. Цветов вполне достаточно. Я хочу сразу лечь, а не напиться.
– Устала? – ловит мою руку и целует, ненадолго прижав кулачок к губам.
– Очень.
– Возможно, у меня было бы больше шансов понравиться твоей матери, если бы она пропустила стаканчик-другой.
– Это вряд ли. Даже если бы маман напилась в дрезину.
– Неужели я так плох?
– Дело не в тебе, а в ней. Не родился еще тот мужчина, который мог бы ей понравиться.
Скашиваю взгляд на Сергея. Похоже, мои слова не произвели на него какого-то особенного впечатления. А я, признаться, боялась… Вдруг и он сбежит?
С трудом отыскав место на парковке, поднимаемся в квартиру. В предвкушении грядущих разборок дверь открываю, затаив дыхание.
– Пришла? Хорошо.
Удивленно округлив глаза, наблюдаю за суетящейся матерью. Выглядит она непривычно. Всклоченная какая-то, нервная. Даже волосы как будто под напряжением – торчат в разные стороны.
– Это вам, – Сергей вручает матери букет. Недовольная, что кто-то встал у нее на путь, маман опускает взгляд на розы.
– Спасибо. Сара, поставь куда-нибудь. Мне надо… кое-что надо.
– Что-то случилось? – ничего не понимаю я. Куда делась мамина выдержка? А сарказм? Поставь куда-нибудь? И все? Подвох-то в чем? Переглядываемся с Бекетовым. Даже он недоумевает.
– Ничего серьезного, – бормочет мать, суетливо оглядываясь.
– Что-то на работе? Ты выглядишь очень взволнованной.
– Пустяки. Мне просто нужно ненадолго вернуться. Дава! – орет, – Давид! Ты нашел мне билет в своем приложении?!
Зычный вскрик заставляет меня подпрыгнуть. Ваза с водой выскальзывает из рук и с грохотом опускается на столешницу. Ну, хоть не бьется.
– Осторожней, детка. Дай я.
– Нашел сразу, как ты сказала, – заглядывает в кухню Дава. – Других рейсов нет. Только вот этот. Утренний. Брать билет на него? – обнимает меня и целует в щеку: – Хорошо погуляли?
Чувствуя,
– Раз другого нет, то бери, конечно!
– Ты сказала – утром будет поздно, но раньше рейса нет, – дотошно поправляет тот.
– Не понимаю. Что за срочность? – еще больше удивляюсь я. – Мам, что-то с Андреем Павловичем?
Несмотря на то, что моя мать, сколько я ее помню, была всегда предвзята к мужчинам, любовники у нее не переводились. Каких-то я знать не знала, а только догадывалась, что у матери кто-то есть. Кто-то присутствовал в нашей жизни в качестве приходящего гостя годами. Андрей Павлович как раз из таких. Они с мамой лет пять уже, наверное, встречаются.
– Просто возникли дела. Я скоро вернусь.
Успокаиваю себя тем, что мама вообще-то взрослый человек и знает, что делает. Дела – так дела. Может быть, я хоть вздохну спокойно. Хотя, конечно, странно. Чтобы моя мама в халате вышла к гостям…
– Раз у вас все в порядке, я поеду, – замечает Сергей.
– Ага, я провожу.
Бекетов прощается с Давидом, пожимая тому руку. Матери, как всякий воспитанный мальчик, желает хорошей дороги. И только я успеваю подумать о том, что он мог бы и не стараться, как маман еще больше меня пугает адресованной Сергею полупросьбой-полуприказом:
– Приглядывай за ними в мое отсутствие.
Чего? Моя мать просит за нами приглядывать Бекетова? Она же его ненавидит!
Сергей кивает, в отличие от меня, не видя в этой просьбе ничего такого, и поворачивается к нам спиной. Я, нахмурившись, иду его проводить.
– Пока, – легонько приобнимаю.
– Ты чего такая напряженная?
– Не знаю. Мама странно себя ведет.
– Ага. Я тоже заметил. Как думаешь, может, я ей просто понравился?
Вряд ли такое возможно. Но зачем вываливать свой страх на мужчину, с которым я знакома без году неделю? Мама – прокурор. У мамы куча врагов… Нет. Сами разберемся. В конечном счете, если есть какая-то опасность, нас обязательно предупредят и проинструктируют, как уже неоднократно бывало.
Неопределенно пожимаю плечами:
– У тебя точно есть шанс, красавчик.
Бекетов с улыбочкой мне салютует, а потом с жадностью впивается в губы. Отстраняюсь, со смехом выталкиваю Сергея за дверь и возвращаюсь в гостиную, цыкнув на встрепенувшихся было бабочек.
– Мам…
– М-м-м?
– Нам есть чего опасаться? Ты опять с кем-то серьезным закусилась?
– Ну что ты придумываешь? Я бы тебя сразу предупредила.
– Ты так резко срываешься. – Пожимаю плечами. – И даже не пилишь меня насчет отношений с Сергеем.