Холодный Чикаго
Шрифт:
Дане вздрогнул и перевел взгляд на Ремрака.
– Ты скрываешься от полиции? Извини, но в этом я не могу помочь.
– Я не скрываюсь, я у них на виду, каждый день и каждый час я играю свою роль. Ты знаешь меня в маске, а я знаю тебя как в ней, так и без. Могу ли я доверить тебе тайну своего рождения?
Адриан медленно кивнул.
– Что ж, — хмыкнул Ремрак, — тогда я расскажу в следующий раз.
Чертята подхватили своего хозяина и, повинуясь мысленному приказу, понесли его домой, прочь от человека, который разбудил в душе Чтеца нечто, позволившее
Мара, хмыкнув, провела рукой над городом, и сильнейший снегопад заставил смертных испуганно прятаться по домам. Они не привыкли к такому количеству снега. Богиня склонилась над миром, наблюдая и забирая жизнь у тех, чей срок уже подошел. Это было привычной работой, которую она исполняла спокойно. Маре было все равно, в кого верят люди, все равно они попадут в царство мертвых, как бы не противились этому. Люди так хрупки.
Взор Мары направился в ту часть города, где жил её сын и она чуть улыбнулась. Её малыш нашел себе того, кто позволит ему стать богом. Пусть много слабее её, но со временем очень сильным, так же как и её дочери, и пусть одна близка ей по духу, а вторая полная противоположность, она их мать и, не смотря на различность сил, всегда поддержит и накажет наглых смертных, если потребуется.
Дерек перевел дух и тихонько выбрался в душ. В последнее время было ощущение, что в Карана вселился зверь. Ни намека на усталость или потери желания, он, казалось, стал сексуальным маньяком, при этом Куинси был единственной его жертвой. В принципе Дерек и против-то не был, но, бля, задница скоро отвалится.
Куинси неосознанно потер вышеназванную часть тела. Ахуеть, бля, реально больно сидеть, да что сидеть, нормально стоять нельзя. Не говоря уже о вождении машины. Ещё и усталость невероятная от постоянных ночных упражнений в постели просто выматывала. На работе благо пару часиков урвать можно было, но тоже не всегда, а Мараеву, кажись, все равно. Он успевает отоспаться, написать проги и потом ещё куда-то сбегать и что-то сделать. Регулярные отлучки Карана пугали до дрожи. Он возвращался радостный, улыбался и едва не затискивал своих животных, а потом и самого Дерека.
Куинси вытер лицо полотенцем и взглянул на себя в зеркало. Проклятье, такое ощущение, будто он не спал несколько месяцев, а ведь всего-то две недели не высыпался. Раньше ведь тоже такое бывало, особенно в дни студенчества, или когда ловили очередного убийцу, а теперь короткое время без сна вызывает глухое раздражение, а ведь до старости далеко.
Дерек поставил чайник и задумчиво почесал за ухом лиса, спящего на диванчике рядом со столом. Генкё приподнял голову и тихонько тявкнул. Он, казалось, понимал смятение, которое охватило Куинси, и пытался по-своему поддержать.
Теплые руки обняли Дерека и прижали к чужому телу.
– Может, ты себе выходной возьмешь? Маньяки вроде попритихли, – тихо произнес Каран.
– Блер сказал, пока мы не поймаем Чтеца, никаких дополнительных выходных. Кстати, ты сегодня вечером опять куда-то уходишь?
– Да, не переживай, я ненадолго.
– Меня пугают эти отлучки, –
– Не переживай, просто скоро наступит весна, и все решится.
– В смысле?
Каран чуть наклонился и вовлек Дерека в поцелуй, прерывая расспросы и уводя разговор в другую плоскость.
Убийца, радостно улыбнувшись, обнял Адриана.
– Моя сестра скоро придет на смену матери. Весна уже чувствуется в воздухе.
– Если весной ты считаешь приближение холодного фронта, о котором трезвонят все газеты, то ты ещё более странный, чем я думал.
– Это последние дни Мары в этом городе, как богини зимы, она выдохнет весь оставшийся холод и двинется дальше, позволяя своим созданиям истаять и снова стать собой.
– Ремрак, я долго думал, о том кто ты и о доверии. Скажи, ты - Чтец?
Убийца чуть отстранился и взглянул в глаза будущего последователя.
– Да. Но в том нет моей вины, все делают мои чертята. Меня даже нет на месте преступления и, поверь, если бы я мог, я бы не стал никого убивать. Правда, чтобы пройти ту грань, что отделяет меня от вхождения сонм Рода, мне нужно вдохнуть жизнь в своего последователя.
– Что это значит? – Дане дернулся в руках убийцы.
– Это значит, что сейчас все и решится. Если ты мне доверяешь, то я смогу уйти на святую землю.
Адриан молча смотрел в сине-бирюзовые глаза Ремрака и чувствовал, как сердце разрывается на части. Человек, которому он верил, тот, с кем провел многие часы, просто разговаривая и смеясь, тот, кто, казалось, был ближе всех и понимал с полуслова, был убийцей.
– Что тебе для этого нужно? – наконец решился Дане.
– Только ты.
Чтец взял руку Адриана в свою, и бешено хихикающие чертята поползли с его запястье на Дане.
Два мелких создание умостились на запястье Адриана и внезапно впились острыми зубами, прокусывая вены.
Стажер дернулся, но Чтец не выпустил его и привлек в свои объятия.
– Тише, когда все получится, ты получишь больше, чем потерял.
Адриан чувствовал, как силы покидают его, и только сильные руки Чтеца удерживали его. Губы убийцы шептали успокаивающие слова, а чертята продолжали пить кровь.
Когда Дане уже терял сознание от потери крови, он осознал, что к ранкам прижались обжигающе холодные губы Ремрака, а затем свет померк.
========== Глава двадцать седьмая ==========
Блер расхаживал по коридору больницы, нервно выкручивая манжет. Стажер оказался здесь с большой кровопотерей, без каких-либо ран. Врачи сейчас проверяют его, но самое интересное, что принесшего Дане мужчину никто не мог нормально описать. Да и камеры оказались профессионально подчищены. Казалось, поработал знаток.
Врачи уверяют, что жизнь Адриана вне опасности, не смотря на то, что он потерял очень много крови, почти половину, и должен быть, по идеи, мертвее мертвого, что-то поддерживало в нем жизнь, пока медики стабилизировали его состояние.