Холод

Макара Дэйв

После того, как входная дверь оказалась открыта, температура в квартире стала стремительно возвращаться к любимым мной, оптимальным 26 градусам тепла.

К моему счастью, без последствий, в виде выпадения конденсата и тому подобных прелестей - я уже и так, заманался проводку и краны менять! Ну и лампочки - до кучи...

Понимая, что сейчас меня спасет только горячий чай и присутствие капитана с Артуром, поспешил на кухню, к плите, кастрюльке и холодильнику с "вкусняшками".

Артур, с видом знатока

ходил вокруг моей глыбы сапфира, облизываясь и присматриваясь.

Лиззи, пришедшая мне на помощь, уже через десять минут поспешила избавиться от академической мантии, успев заляпать ее смородиновым вареньем.

Валентин бодро общался с капитаном, а Стелла...

Судя по виду Стеллы, разговор, ради которого они ко мне приперлись, состоится даже в том случае, если небо упадет на землю.

Усадив гостей за стол в кухне, для чего пришлось едва-ли не за уши, оттягивать Артура от каменюки, а капитана с Валентином - вытаскивать с балкона, на котором они дымили не хуже двух паровозов, я уселся с "краешку" и приготовился ко всему.

Бежать - в том числе.

Вот, объясните мне, как, обычный, не очень теплый даже, круг малознакомых людей, умудрился так уютненько и неторопливо, надраться до полного безобразия?!

Вроде и выпивки у меня дома было не много - вина, пару бутылок, да коньяку - чуть по-боле...

Может быть, супруга капитана, которая приехала за своим благоверным, когда за окном было уже темно, привезла с собой?

Хотя нет... К этому времени я уже точно помню, что Артур сгонял к себе, за гитарой, а значит...

"...Ой-ё! Никто не услышит!..."

Значит за вином, для девушек, мы ходили с Валентином, что сопит в соседней комнате!

Или с Лиззи?

Я считаю себя абсолютно счастливым человеком - я не болею с похмелья. Совсем. При любом "смешивании", "накапывании" и "раскуривании", единственное, что мне угрожает на следующий день - сухость во рту, проходящая, после первой кружки кофе.

Потянувшись на надувном матрасе - ну не купил я себе кровать, не купил!
– принялся вспоминать вечер, с азартом спаниеля, раскапывающего нору лисы.

Минут через десять, картинка пришла в норму и я схватился за голову.

Стелла со мной поговорила. Вызвала на балкон, отжала сигарету и вывалила на меня все новости.

Блин! Точно! Вот после этого разговора-то, мы и укушались в хлам, с подачи, к сожалению, моей...

Санти, Аша и Георг, вывалились в общаге, в двух шагах от Стеллы, возглавлявшей приемочную комиссию: общагу отремонтировали, но студни жаловались, что хреново.

Разумеется, увидев пусть и бывшего, но своего студента, с разбитой мордой и девчонок, с круглыми глазами и потерянными улыбками, Стелла устроила им допрос с пристрастием.

Может быть, все бы и обошлось, да только злополучная камера Георга,

не вовремя пикнула, напоминая о полном разряде батарей.

"Прикрыть" свои мысли, не успели все трое, и Стелла устроила им разбор полетов - уж что-что, а работать по ассоциациям и ловить, когда человек совершенно расслаблен, наша декан умеет, не отнимешь.

Выплыл и я, и их план, и запись, как подтверждение.

И мое рукоприкладство, в отношении малолетнего - тоже.

А тут и я с ней связался.

Праведный гнев, коим пылало мое начальство, поутих, но вырывался наружу - дикой вонью.

Сперва, Стелла собиралась сдать меня полиции. Потом - "Фемиде". Потом - уволить, ко всем святым. Потом устроить торжественное сожжение, с факельным шествием.

К этому времени, все трое студентов уже понимали, что вляпались очень глубоко и только и могли, что вжимать головы в плечи, когда очередной "конструкт", свистел над их головами.

На мое счастье, первое, что сделал Георг - сломал чип памяти - едва Стелла отвернулась.

Второе его разумное решение - смыться - уперлось в проблему чистой одежды.

Оставив молодежь "чистить перышки", декан собрала "большую тройку" и пылая жаждой восстановить справедливость, кинулась ко мне домой.

И вот тут, у меня нарисовался первый вопрос: "Откуда, ключ от Моей квартиры у декана?!"

Попавшись на мою защиту, едва не замерзнув и дождавшись моего появления, "большая тройка" уже не хотела восстанавливать справедливость - слишком было для этого холодно - они решили наказать меня иначе.

Они решили впиндюрить мне классное руководство, или, кураторство, над группой выпускников. А в лаборанты - всунуть Георга!

Второй вопрос: "И что мне с этим теперь делать?" Так же меня мучил, как и первый.

А ведь был еще и третий вопрос, и четвертый...

Выбравшись из-под простыни, принялся натягивать одежду - гостей пора будить и выпроваживать - да и самому, курить хотелось и кофе - в любой последовательности.

Пока на цыпочках - кофе - нет, жратвы - нет, а значит чего зря людей будить, пробрался на балкон, по пути едва не запнувшись об Артура, спящего сидя и с блаженной улыбкой прижимающегося к сапфиру.

Подняв его же, валяющийся рядом телефон, сделал пару снимков - ведь ни за что же не поверит, пока не увидит.

Судя по прохладе и низко висящему солнышку, времени было часов шесть утра.

Ничего не поделаешь - "сон алкоголика крепок, но не долог!" - аксиома, усвоенная мною еще в годы бурной юности.

Судя по разномастным пачкам сигарет - за ними тоже бегали, в свое время и, будучи уже "готовыми" - подкуривали со стороны фильтра.

Первая затяжка, вторая и мир покачнулся, прогнулся и засмеялся, давая понять, что жизнь налаживается!