Холод надежды
Шрифт:
Никита согласно покачал головой, поднялся, чтобы перейти в свою небольшую комнату, но старик поднял вверх указательный палец правой руки. Никита за годы привык к различным жестам названного отца, этот жест означал молчаливую просьбу остаться.
– Сынок, настало время сообщить тебе главное, – старик замолчал на мгновение, – чувствую мои силы на исходе, – заметив, что парень решил возразить, смотрящий медленно шевельнул пальцами левой руки, что означало просьбу помолчать. – С момента моего ареста всеми делами на золотых приисках Белогорска в Амурской области руководит вьетнамец Данг, ему я
Без доказательств Данг, как любой восточный человек не сможет поверить Никите, даже если он будет точно знать, что прибывший из зоны названный сын старого уголовника по кличке Дед. Аркадий Васильевич кликнул своего услужливого уголовника и на его глазах с трудом снял с большого пальца левой руки потемневший тяжелый золотой перстень с причудливым вензелем АВД.
– После моей смерти подтвердишь, что я сам в здравом уме передал перстень своему названному сыну, – старый вор в упор посмотрел на уголовника, теперь уходи.
Никита надвинул перстень аналогично на большой палец своей левой руки, перстень плотно держался на пальце, только ощутимая тяжесть не давала быстро привыкнуть к этому. Глаза старого человека, ощущавшего скорую смерть, лучились добротой к названному сыну и спокойствием к своей участи.
После подробно и долго, почти не кашляя, рассказал, где находится его припрятанный золотой запас и как нужно поступить, чтобы добраться до него. Аркадий Васильевич поднялся с кресла, давая понять, что пора спать. Ранним утром Никита проснулся от звенящей тишины, в комнате чувствовался сильный холод. Тревожная мысль болезненно кольнула в правый висок головы Никиты, беспокойство усилилось, парень быстро оделся и прошел в комнату старого вора. Аркадий Васильевич лежал на спине, его грудь, прикрытая клетчатым шерстяным одеялом, была не подвижная, парень стоял, замерев возле дивана названного отца, и с тоской понял, что это холод смерти.
***
В один из дней, когда утреннее предчувствие посулило Владимиру Эдуардовичу неприятности, он ворвался в свою приемную переполненный гнева. Возле окна в приемной стоял Константин Михайлович Кошелев, начальник службы безопасности холдинга Савельева, он бездумно смотрел на пейзаж за окном и медленно пил кофе.
Свет попадал из окна на бледное с грубыми чертами лицо мужчины, превращая его в античную фигуру, не заверенную древним скульптором. Прогоняя накатившую ассоциацию, Савельев подошел к запертой двери своего кабинета и повернулся к Константину.
– Костя, что-то случилось, – Савельев не назначал отставному военному встречу на сегодня, а до очередного совещания, что регулярно проводились по понедельникам было несколько дней, учитывая выходные.
– Владимир Эдуардович, урки на золотых приисках Белогорска опять взбунтовались, – Майор скользнула серыми глазами со стальным блеском, и Савельев почувствовал, что в кабинете стало холодно. – Старый вьетнамский лис отбил у нас прииск в окрестностях села Перышево.
– А как же охрана? – Савельев передернул плечами, встал, достал из бара бутылку бурбона и плеснул по немного в два бокала. – Что ты предлагаешь? – Хозяин кабинета пододвинул один бокал майору, а из другого немного отпил.
Кошелев
– Владимир Эдуардович, этот прииск уже много лет контролирует наша корпорация Star Invest – бывший военный замолчал, словно обдумывал очередную фразу, – Леонтиевский прииск мы отбили у управляющего по имени Данг, поставленного старым вором в законе по кличке Дед, когда этого вора еще советское правосудие отправило за решетку.
– Наш прииск расположен в окрестностях Белогорска, – Савельев вытащил карту Амурской области, поводил по ней пальцем.
Майор взял со стола карандаш, бегло взглянул на карту и обвел необходимое место овалом.
– В результате нападения на наш объект бандитов, трое охранников погибли, четверо ранены, а остальные согласились работать на Данга. – бывший военный не любил сообщать шефу плохие новости и прекрасно понимал, что его слова уже вызвали гнев у банкира.
– Пора поквитаться с этим Дангом! – Прошипел Владимир Эдуардович.
– Группировка Вьетнама очень мощная в регионе, местную перестрелку амурские СМИ назвали спором хозяйственных субъектов. – Майор посмотрел на пунцовое лицо шефа, – Данг планировал приурочить захват прииска к выходу старого вора, но Дед умер незадолго от своего предполагаемого освобождения.
– Если этот управляющий лишился поддержки вора в законе, то нужно отбить, вернуть нашу собственность, как можно быстрее.
– Мне собирать бойцов? – Константин посмотрел на бокал и неприятно покусал нижнюю губу, словно ему было предложено какое-то непотребное пойло.
– Костя, сам собираешься лететь на восток? – Савельев допил свой бурбон.
– Нет, – коротко бросил Кошелев, – отправить хочу моего зама и с ним еще двенадцать бойцов, вылет запланирован на послезавтра, если нет возражений.
– Вопрос с уголовниками нужно решить раз и навсегда, как можно скорее. – Савельев полистал свою записную книжку, нашел нужную страницу и выписал контакт на листок, – там у нас появился новый прикормленный полковник, прикрытие силовиков тебе не помешает.
Константин, молча взял листок с фамилией и телефоном благовещенского полковника и не прощаясь, покинул кабинет своего шефа. Савельев за годы своего бизнеса, общения с людьми из самых разных групп, давно перестал испытывать чувство страха. От отставного майора, что он вытащил из уголовного процесса, приблизил к себе и назначил руководить службой безопасности, исходила какая-то необъяснимая по мощи сила, поэтому Савельев при общении с Константином спинным мозгом ощущал неприятный холод.
***
Никита прошел по длинному открытому туннелю, слева и справа вздымались бетонные плиты с колючкой сверху, с лязгом распахнулась последняя металлическая дверь и пенитенциарная система выплюнула парня за пределы зоны. Никита сделал нерешительный шаг и замер, но захлопнувшаяся тяжелая дверь сильно толкнула, чтобы удержать равновесия пришлось пару раз шагнуть вперед. На противоположной стороне пыльной дороги из припаркованной машины высунулась голова Фила Райли.