Холод 2
Шрифт:
Какое же облегчение я испытал, когда ужин закончился, и я вернулся в отведённую мне спальню. Казалось, я мог, наконец, отдохнуть душой и телом на мягких перинах. Дальняя дорога и встреча с роднёй меня не на шутку утомили. Но не тут-то было! Вначале Кузьма (слуга Даниила тоже находился тут, и его приставили ко мне) суетился рядом, пока я его не отослал, сказав, что всё, что нужно, сделаю сам, а потом, когда я остался-таки один, меня накрыло...
Я подумал о Даше, и пронзительная тоска, от которой хотелось головой об стену биться, снова схватила меня за горло. Я вспоминал проведённые вместе часы, вспоминал нашу последнюю ночь, прокручивал в голове наши разговоры, представлял
Я убеждал себя, что тоска пройдёт. Неделя-две — и образ Даши потускнеет в моей памяти, забудутся черты лица, останутся лишь смутные воспоминания о девушке, которая подарила мне столько приятных моментов в этом уродливом отвратительном мире, полном смерти, боли и страданий. «Всё равно мы разошлись бы, — твердил я себе, — у нас разные пути, разные цели». Но доводы разума почти никогда не помогают подавить свербящую тоску, и я уснул, так и не сумев прогнать печаль.
Следующее утро я начал с того, что написал письмо своей суженой и назначил встречу на завтрашний вечер. Хотел потолковать с глазу на глаз. Подумал, что по поведению Насти и её реакции на письмо пойму, знала ли она о покушении и принимала ли в этом какое-то участие. Чтобы определиться с местом встречи, пришлось расспросить Кузьму о том, где поблизости можно погулять. Ему же я приказал доставить письмо и принести ответ.
А как только Кузьма убежал исполнять поручение, я принялся одеваться. Человеку моего статуса полагалось делать это с помощью слуги, но я чуть ли не насильно выпер Кузьму, сказав, что сам разберусь, и тем самым вызвав его недоумение. Возможно, скоро придётся привыкать к местным обычаям, ибо не хотелось своим «странным» поведением провоцировать косые взгляды и кривотолки всего двора, но я лелеял мечту в побыстрее уехать отсюда. Меня, как и Дашу, свобода прельщала больше, чем жизнь во дворце с его строгим этикетом, чопорностью и ханжеством. Одного вечера, проведённого тут, хватило, чтобы понять это.
Покопавшись в рубашках, штанах, застёжках и прочих аксессуарах, я нашёл то, что подходило для завтрака, который, к моей досаде, тоже состоится в кругу семьи.
Я надел чулки, кюлоты, парчовый камзол и подошёл к большому овальному зеркалу, чтобы завязать шейный платок. Неожиданно отражение замерло. Внутри у меня всё похолодело. Секунд пять мы молча смотрели друг на друга.
— Помнишь договор? — произнесло отражение. — Только попробуй забрать её у меня!
Сказав это, отражение снова стало нормальным. Я же сорвал с кровати покрывало и накинул на зеркало. Как? Откуда он тут? Я думал, что мёртвые обитают только в зеркалах Сна. Никто не говорил, что в Яви тоже возможна такая же ерунда. Тем не менее дух Даниила достал меня и здесь. Разумеется, я помнил о нашей договорённости, а точнее о требовании Даниила. Он хотел, чтобы я убил Настю. Сказал, что не простит, если я заберу у него невесту. Для меня просьба звучала дико. Я не мог убить человека, к которому не питал ненависти. Если она причастна к покушению на меня, тогда, конечно — не вопрос. А если нет? Просто так я не собирался это делать.
Я завязал на скорую руку платок, накинул жюстокор, застегнув его, как требовала мода, на несколько пуговиц на животе, и быстрым шагом вышел из комнаты, подумав, что вечером порошу Кузьму убрать это чёртово зеркало.
После завтрака мы с братьями отправились за город. С нами поехали четверо дружинников.
Острино был гораздо крупнее Ярска. Он располагался в долине, по которой протекала небольшая речушка. В центре находились дворец Верхнепольских, пара дворцов поменьше и кварталы, застроенные на современный для этого мира манер четырех-пяти этажными домами в классическом
Больше всего меня здесь удивили кареты, работающие на паровой тяге — недавнее изобретение, как выяснилось. Я уже видел что-то подобное во сне-воспоминании, но там были грузовые экипажи, похожие на телеги, а тут я встретил пассажирские вариации этого вида техники. В основе местного парового двигателя лежала способность кристаллов, соединённых с каким-то неизвестным мне металлом, разогреваться и кипятить воду. Нечто подобное так же применялось для отопления домов. На окраинах княжеств эта система ещё не вошла в обиход, а вот в крупных городах применялась уже достаточно широко. У такого мотора имелась лишь одна проблема: включить его мог только человек, умеющий повелевать кристаллами, что накладывало ограничения на использование данных механизмов.
Брешь находилась на холме близ северного пригорода. Сейчас он пустовал, а дорогу преграждали деревянные заслоны и вооружённые до зубов дружинники.
Возле кордона мы спешились, оставили с лошадьми двоих слуг, а сами в сопровождении наших дружинников отправились дальше по улице, которая вела в гору.
Мы втроём шли впереди, дружинники держались позади на расстоянии.
— На прошлой неделе я отправил на разведку в Сон четырёх человек, — сказал Вячеслав совершенно серьёзно, без капли ехидства, — никто не вернулся. А теперь ты приезжаешь и рассказываешь про летающих тварей, про войско мор во главе с сосредоточием тьмы и пёс знает, что ещё. Паршиво. Скоро нужно идти на охоту, а там такое. Значит, пробуждение не наступило? Это точно известно?
— А если бы наступило, всё это появилось бы? — спросил я.
— А почём мне знать? Тёмные века давно закончились. Уже много поколений мы не сталкивались с таким явлением.
— Жопа происходит, — ответил я. — Полная жопа.
— И не говори, — хмыкнул Вячеслав. — Что делать-то теперь с этим всем? Если деревни на юге разорены, туго нам придётся.
— Надо поскорее объединить княжество, — рассудил Мстислав. — Возможно, придётся просить помощи у государя.
Я с ним согласился. Действительно, против надвигающейся угрозы можно устоять, только сплотившись всем вместе. А тут фактически гражданская война идёт — ещё одно бедствие в бесконечной череде несчастий, ударивших по княжеству.
Пригород оказался небольшим, и вскоре мы вышли на просёлочную дорогу, оставив позади грустные серые домики. Выше по склону находился лес, ниже — редкий кустарник. Снежный покров ещё устилал землю, но из-за тёплой погоды он значительно истончился в последнее время. Мы шлёпали по грязи и лужам, внимательно вглядываясь в заросли. По словам Вячеслава, брешь была где-то там, но её точное местонахождение он не знал.
Вскоре обнаружили мору. Двуногое существо с длинными когтистыми лапами брело среди деревьев, не обращая на нас внимания. Вячеслав жестом приказал идущим позади дружинникам остановиться и приготовиться к бою.
— Гляди, — шепнул он мне, — один урод попался. Наверняка и другие бродят поблизости. Справишься с ним?
— Если подойдёт ближе, справлюсь, — шёпотом ответил я. — Дальнобойным чарам я только учусь.
— Ладно. Сейчас привлеку его внимание.
В руке Вячеслава образовалась бордовый сгусток энергии размером с яблоко, который он направил в дерево рядом с монстром. Звонкий хлопок и треск разлетающихся вокруг веток возвестил о попадании точно в цель.
Мора обернулась и поковыляла к нам на своих кривых костлявых ногах.