Ход мамонтом
Шрифт:
В классную комнату вошел подтянутый, наголо выбритый мужчина средних лет.
Он с каким-то профессиональным интересом осмотрел присутствующих.
– Так… Новенькие. Завтра и начнем. Хорошо… Вернее, ничего хорошего. Слышали? Штаты бомбят Багдад. Под предлогом поиска оружия массового поражения. Еще одной крупной «корневой точке» крышка…
Это задание далось Жеке нелегко. Надо было вытащить «корневую» из горного поселения на территории
Гид молчал почти три года, пока вдруг не «заговорил», причем довольно бодро и доброжелательно. Характерно, что у многих бывших корректоров замолчавшие было гиды снова подали признаки жизни.
Научники Стоунхенджа поначалу перепугались и долго мучили Жеку тестами и анализами, пытаясь выявить корректорские наклонности. Так бы, наверное, и сидел он в своем подземелье, если бы Мишаня не доказал, что деятельность гидов стимулирует только имеющийся вектор убеждений. Так что если оперативник уходил бороться с корректорами, переметнуться на их сторону он уже никак не мог. (Надо сказать, Мишаня здорово поднялся в научной среде Стоунхенджа. Он словно был создан для упорной работы в глубокой и спокойной норе…)
Для Жеки Гид оставался всего лишь собеседником да незаменимым помощником в оперативной работе, что вызывало некоторую зависть тех, у кого гид так и остался молчать.
Вектор Жекиного поведения, по старой привычке определяла монетка. Хотя пользовался он ей все реже: ему давно не приходилось делать серьезного выбора.
…Глядя из вертолета на унылые голые горы, Жека думал, что ци-бомба ничего не изменила в череде происходящих в этих местах событий на протяжении бесчисленного количества лет. Только когда весь мир дойдет до такого же состояния, постепенно начнет падать и этот, кажущийся европейцам низким культурный уровень.
Саму операцию проводил американский спецназ. От Жеки требовалось найти «точку», используя электронный заменитель индикатора Покровителей, так называемую «лапу». Жеку прикрывали не только огнем, но и информационно. Стоунхендж старался расставить своих оперативников на большинстве командных постов в разных странах мира. Только так можно было пытаться координировать слепую борьбу регулярных сил ничего не подозревающих правительств. Говорить о ци-бомбе в открытую до сих пор никто не решался.
Даже когда прогремели взрывы в лондонском метро прямо во время саммита Большой восьмерки.
Ведь это были еще цветочки. «Ягодки» могли начаться в случае массовой паники.
… «Не лезь вперед, – приговаривал Гид. – Пригнись… Так, пошел. Сейчас начнется стрельба. Когда повстанцы откроют огонь, ныряй за тот обломок стены. Только учти – он поможет спрятаться, но от пуль не убережет. Сам знаешь, из чего
Жека во всем старался выполнять рекомендации Гида. Ему был смысл возвращаться в Стоунхендж: его там ждали. Вернее, ждала одна девушка, которая делало его пребывание в унылом подземелье осмысленным и вселяло надежду. Разумеется, это была Лена.
Как только началась стрельба на левом фланге, Жека перебежал через разбитую грунтовую дорогу и упал за куском стены. Достав «лапу», он поводил ею перед собой. «Точка» была где-то рядом. Только индикатор горел уж больно тускло.
В ухе пискнуло. Командир отделения сообщил, что все чисто. Жека вскочил и бросился вперед. Индикатор на «лапе» продолжал тускнеть.
Жека ворвался в расстрелянное строение вслед за двумя пехотинцами, которые принялись обшаривать дом в поисках оставшихся в живых врагов.
«Точка» оказалась пожилым бородатым и очень худым человеком. Тот лежал в углу, придавленный телом убитого маджахеда истекал кровью. Живот был залит кровью.
– Вам сейчас помогут! – упав на колени, забормотал Жека. – Держитесь!
Тот, слабой рукой схватил Жеку за рукав и прохрипел:
– Я видел их! Я все понял!
– Кого, кого видел? – спросил Жека и крикнул. – Где медик?! Нужна помощь!
– Я их видел… – тихо повторял раненый, глядя огромными глазами на Жеку. – Они…
– Кто – они?! – крикнул Жека?
– П… Покровители…
Он протянул Жеке кулак и разжал его. Там, прилипнув к ладони, лежал кусок какой-то шерсти. Жека, не глядя, взял его и засунул в карман.
– Где, где вы их видели?!
– Там… – он неопределенно махнул рукой. – Они… Вы не представляете… Поразительно… Я понял…
Речь раненного перешла в стон. Появился медик. Через минуту медик встал. На вопросительный взгляд Жеки он только развел руками.
«Гид, что он хотел мне сказать? Что? Какие ОНИ?»
«Я не знаю… Я их никогда не видел…»
«Да, да… Но как же так, как же так… Я никогда не прощу себе…»
«Успокойся, посмотри, что он передал тебе перед смертью».
… Из этой миссии Жека, привез только маленький кусочек кожи, покрытой густой шерстью.
– Ну, не знаю, – разводил руками Мишаня. – И никто из наших не знает, что думать. Это просто кусок меха, судя по всему – снежного барса. Они водятся там в горах, в некоторых местах. Довольно редкий зверь. Но непонятно, причем здесь Покровители? Видимо, просто бред раненого…
– А что это был за человек?
– Ученый. Ему казалось, что он вышел на Покровителей. Он хотел наладить с ними контакт, чтобы разрешить вопрос миром… Наивная затея, конечно. Но ведь до сих пор Покровителей никто так и не видел. Общались только с посредниками.
– Да… Генрих и иже с ними… Ну, а если допустить, что этот мех что-то значит?
– Даже если это допустить, мы останемся так же далеки от ответа на вопрос, как если бы его и не было вообще.
– Да уж… А как общая ситуация? Что говорят аналитики?