Хочу Вас... профессор!
Шрифт:
И я гасил… гасил их, пока не взорвался. Пока она меня не довела своим буйным характером. Вновь.
Не хотел, но поцеловал. Дал слабину. И вот…
Очередная причина моего бездействия.
Мой сын.
Я не могу пойти против него, как бы мне не хотелось…
Как бы мне не хотелось, отпустить себя и прижать Анюту.
Вдыхать её запах волос…
Любить.
Но нельзя.
Впервые меня одолевают сомнения в правильности своего решения.
Всё же очень просто. Уехать на время.
Месяц... Грёбаный месяц. Не помог.
Чёрт. Налил ещё один стакан, но как только взял его в руки, чтобы осушить…
Услышал звонок в дверь.
Хм.
Наверняка садовник спешит доложить, что убрал двор.
Больше здесь некому делать.
Я встал и пошагал к двери, ощущая в груди странное покалывание.
Предчувствие чего-то… сам не знаю, чего.
– Константин, вы можете идти, я… Твою мать, Анюта?
Замер, когда увидел перед собой её…
Чёрт. Моргнул несколько раз, думая, что это мираж или горячка, но нет.
Картинка перед глазами не поменялась.
Она стояла передо мной живая, всё также ослепительно красивая, в одном лёгком платье на пуговицах и улыбалась. Несмело, словно сражалась с собой.
А я дурел. Окончательно. И понимал, что, если она войдёт сюда, не отпущу.
Не смогу.
Не сдержусь.
Сорвёт стоп кран.
– Впустишь? – пока я находился в полном оцепенении, она прошла в дом. – Здесь красиво...
Бл*ть, как она нашла меня?
И как сдержать... себя?!
***
Чёртова девчонка. Чёртовы нервы. Чёртов…
Тру виски, пытаясь отогнать наваждение, а заодно и воспоминания, которые так и лезут в голову.
Вовремя же…
Мысли уносят в тот день, когда мы сидели с Артуром в баре и выясняли «отношения». Разговоры по душам начались после того, как он хорошо меня приложил из-за ревности.
Придурок ревновал свою Еву ко мне, хотя и не признавался в этом.
– Да… и как же тебя угораздило то, под сорок лет так втрескаться? – задумчиво протянул я.
– Бл*, Вит просто помолчи. Ты не понимаешь.
Усмехаюсь.
Не понимаю… Ещё как понимаю.
Теперь не один ты… Арт… Полный идиот.
Точно пополнение в строю.
Смотрю ей вслед… Королевская осанка, волнистые волосы струятся по плечам... осиная талия...
Твою ж мать!
Да что со мной?
Мозги плавятся только от одного её вида.
И веду себя как слюнявый мальчишка.
А на самом то деле, что у нас ней было такого…?
Да ничего. Первая встреча, при которой я подумал, что она ночная бабочка. Затем чёткое осознание, кто передо мной стоит, словно удар под дых, заставил прийти в себя. И, казалось бы. Никаких проблем…
Забудь. Не вспоминай. Нельзя.
Но нет
В первый же день в университете, она вывела меня из себя да так, что я потом еле доехал до Анжелы в каком-то немыслимом состоянии.
Приехал, но не снял напряжение.
Вместо этого поел.
Любой бы нормальный человек покрутил бы у виска пальцем, мол ты чего?
Сам же позвонил девушке, чтобы доказать себе, что вся эта тяга к Анюте - это последствия недельного воздержания.
В итоге понял, что не хочу Анжелу… и всё.
И я же не Артур, который в жизни не терял голову от женщины и теперь полностью погружён в одну единственную.
Романтик хренов.
У меня и опыта побольше.
Как никак, три брака. Сын взрослый. В их возрасте, я пахал, не покладая рук, чтобы прокормить жену и трёхлетнего Алекса.
Тогда какого хрена я веду себя так?
Когда произошёл разлом в ритмично-выверенной жизни?
Когда я, наплевав на все правила и предрассудки, поцеловал её при всех… или ещё раньше?
Так я это сделал потому, что достала. Взбесила. Хотелось сжать её тонкую шейку и прибить на месте.
Давно никто не вызывал во мне подобных эмоций.
Есть в этом какой-то шарм и противоречивость одновременно, невинность на грани порока.
Чёрт.
Снова разошёлся. Здесь не надо думать, нужно просто спровадить её и всё.
Меня она не волнует. Обычное влечение.
Да.
Но наперекор своим словам, я отхожу как можно дальше от Анюты, как будто хочу отгородиться.
Отбрасываем союз «будто». Так и есть.
Уже сам себя не понимаю.
Воздух становится тяжёлым и лёгкие дают сбой.
Прикладываю максимум усилий, чтобы оставить лицо невозмутимым.
– Аня, – намеренно спокойно произношу её имя, чтобы немного остудить пыл.
Не удаётся.
– Зачем ты пришла?! – цежу сквозь зубы.
Она вздрагивает, но отвечать не спешит.
И не нужно. Уйди. Уйди с моих глаз. Будешь же потом жалеть, маленькая…
Сжимаю кулаки, чтобы не ударить ими в стену рядом с собой.
Не хочу пугать.
Не хочу…
Бл*ть.
Ежу ведь понятно зачем она пришла. Это формальный вопрос, но всё же…
Всё же между нами огромная пропасть.
И чем она глубже, тем сильнее притягивает.
Затягивает.
Это за гранью здравого смысла.
Прав сын.
Так нельзя.
Неправильно всё это.
– Девочка, ты хоть понимаешь, что мне сорок шесть, а тебе всего двадцать четыре?! – выдаю истину, внутренне надеясь, что она образумиться. – У тебя вся жизнь впереди, а я…
– Я всё понимаю, но мне плевать! Слышишь! Мне плевать! – протестует, мотая головой. – Я не боюсь!
Хочется крикнуть: дура, раз не боишься, но я сдерживаю сей порыв.