Хочу тебя... наказать!
Шрифт:
Разве можно смутить бессовестного? Нет!
Вот и его не смутить. Однако в темных глазах мелькает что-то, похожее на сожаление.
Впрочем, это может быть сожаление лишь одного рода — Ансар тащился в такую даль! Перелет больше десяти часов — это не шуточки.
— Ксана? — уточняет Тимур. — Наверное, это недоразумение какое-то, — подсказывает он, за что я ему очень благодарна.
Потому что этот вежливый, спокойный тон возвращает меня в реальность и не позволяет нырнуть в бездну полыхающей ненависти
— Да, ты прав, Тимур. Это недоразумение. Так и есть.
— Вот как? — скрипит зубами Ансар. — Ты сбежала с собственной свадьбы. Сбежала прямиком из-под венца! Что ты на это скажешь?
Тимур переводит взгляд с меня на Ансара и обратно.
— Меня хотели выдать замуж насильно, — вздыхаю я. — Но у нас же современный мир, правда? И вот эти договорные браки, чтобы скрепить отношения между партнерами давно должны были кануть в прошлое. Я избавилась от навязанных отношений, которые не сулили ничего, кроме боли и унижения! — заявляю как можно увереннее. — Не хочется быть разменной монетой в играх взрослых дядек.
— Я восхищен, — произносит Тимур. — Ты все правильно сделала.
— Поговорим с глазу на глаз, — предлагает Ансар, дернув уголком губы.
Только это и выдает его чувства, напряжение. Все остальное — как обычно. Держится уверенно, выглядит красиво, несмотря на длительный перелет. Словом, мудак.
— Нет. Это может быть опасно.
— Ксана, хватит дурить, прошу, — вздыхает Ансар. — Я приехал с миром, клянусь.
— Мужчина, моя девушка вам все сказала. Прошу нас оставить. По-хорошему.
Ансар хрустнул шеей, размяв ее, сузил темные глаза, полыхнувшие ледяным.
— А если нет? То что? — чуть-чуть качнулся вперед.
— У меня близкий родственник работает в прокуратуре, — не смутился Тимур. — Пожалуй, он сможет найти, как это назвать в рамках закона. Преследование, угроза жизни… — достает телефон.
Ансар выдергивает гаджет из пальцев Тимура и швыряет его в стену.
— Звони. После того, как починишь, разумеется, — предлагает он.
— Какой ты кретин! — рассердилась я. — Пошел ты, козел! Оставь меня в покое! Возвращайся к своей бывшей! К нынешним телкам!
— Нет у меня никого, — повышает голос Ансар. — Я нарочно… делал вид, будто у меня интрижка с Алсу и с другими девками. Хотел тебя позлить, хотел… Чувств твоих! Мне с ними вкусно, а без них — пресно!
— Нашел, блин, приправу к своей уродской, мажорской, зажравшейся жизни! — топаю ногами и размахиваюсь клатчем, целясь в нос Ансара.
Такой ровный, красивый… Разбить не помешает!
— Нет! Нашел… Саму жизнь! В тебе!
Ансар суется вперед. Клатч летит в цель, но и Тимур не стоит без дела, решив кинуться в драку.
В итоге клатч острым краем влетает в глаз Тимуру, но не в лицо Ансару. Мужчина, пошатнувшись, боком влетает в грудь Ансара, и они вдвоем вцепились
Я вжалась в дверь, испугавшись, что эти двое меня снесут, издав писк. Страх быть размазанной… Просто размазанной…
— Ксана… — доносится до меня голос Ансара. — Черт, не стой здесь. Марш выше…
Но как?! Этот клубок… мелькающих рук и ног.
Я дернулась в сторону, все-таки меня немного задело и приложило к стене.
— Ты ее задел! — возмущается Ансар, резко тянет Тимура на себя и… они вместе слетают вниз с лестницы.
***
Ансар
Навестил невесту, называется…
Несколько швов на голове и суровый опер напротив.
Хахаль Ксаны, что называется, подсуетился. У него ведь, пуси обиженного, кто-то там… в какой-то там… прокуратуре работает.
Думал, бахвальство на пустом месте, но нет.
Реально, кто-то в прокуратуре. У меня проломленная башка, сотряс и несколько швов. У него синяки на наглой морде и заявление о нападении.
Что думает на этот счет Ксана? Хуй знает…
Она не появляется. Не сует нос в эти дела.
А я ведь хотел мирно. Без войны приехал. С белым флагом в руках…
Но у нее уже хахаль завелся!
За секунду нашла, наверное, вертихвостка проклятая! Вот так и будем друг друга мучить до конца дней.
Оно мне, нах, спрашивается?!
Вообще!
Могу просто позвонить кое-кому, и этих дальневосточных так пропесочат из столицы, что они просрутся хорошенько и будут приносить мне извинения, вытянувшись по струнке!
Могу и звоню…
Нет, по струнке никто не вытянулся.
Но отпустили, дело не завели.
Хотел бы я видеть холеную рожу Тимура и… не хотел бы.
Больно уж он на меня самого смахивает. Те же тонкие линии лица с восточными чертами.
Ксана, реально, не видит сходства между нами или делает вид, что не замечает?!
***
Я подкараулил Ксану возле дома. В последнее время только и делаю, что бегаю за ней, выслеживаю…
— Привет. Поговорим?
— Нет! Прощай. Тимур предупредил, что ты, скользкий червяк, смог выкрутиться… благодаря своим связям. Но предупреждаю… — глаза Ксаны сверкают. — Будешь меня доставать, я…
— Ну, что ты? Папочку ведь не попросишь о помощи? — хмыкаю я.
Конечно, борщу. Сам понимаю… Ошибка. Снова…
— Не попрошу, — взгляд Ксаны гаснет. — Папочка на твоей стороне. А ты силен, конечно… Воевать против девушки со всеми своими связями, — добавляет в голос презрения.
— Я не воюю, Ксан. Не воюю. Давай поговорим? — поднимаю руки. — Я был неправ.
— Не хочу я с тобой… Что?!
— Я был неправ.
Быстро опускаюсь на колени. Сегодня дождливо и мерзко. Тонкие брюки не по погоде сразу намокли.