Хочу тебя... наказать!

Лакс Айрин

От такого взгляда соски заныли и стало жарко внизу живота.

— Симпатичные брюки. Но юбки на тебе мне нравятся больше, — заявляет Ансар и садится, поставив портфель на свободный стул.

Отлично, значит, никаких юбок и платьев рядом с ним.

— Отец будет?

— Нет. Он считает, что рассказал сам достаточно, и дальше мы справимся без него.

— Неужели настолько тебе доверяет? — удивляется Ансар, доставая из портфеля ноутбук, блокнот, письменные принадлежности.

— Считаешь, что он делает это зря?

—

Я ничего не знаю о том, что ты из себя представляешь, как специалист, — немного раздраженно отвечает он. — Предпочитаю иметь дело с профессионалами, а не с желторотыми птенцами и папиными дочками.

О, как…

— Это ты зря. Я здесь не потому, что я — папина дочка.

— Интересно, почему же еще? — саркастически ухмыляется.

Он застегивает портфель, и вжик молнии в полной тишине звучит зловеще и жутко мрачно.

Ансар будто приговор мне черкнул на бумаге с пометкой «непригодная».

— Было бы славно сразу начать работать с тем, кто в этом… шарит. Не тратить время впустую, — продолжает разносить меня в пух и прах жестокими словами. — Уверен, я зря потеряю время. Продолбаюсь с тобой без результата и потом твой отец выделит годного специалиста.

От обиды запело в груди. Слезы встали комом в горле.

Может быть, это даже к лучшему… Пропало предвкушение, трепет и воспоминание о том, как Ансар меня спас.

Сколько времени прошло? Достаточно… С того вечера мы пересекались много раз, но всегда с кем-то — отец, его подчиненные или работники Ансара. Всегда на бегу, мельком…

Только сейчас впервые остаемся наедине, и меня потряхивает.

Внутри тренькает отчаяние.

Я уже говорила отцу, что не хочу работать с Ансаром. Намекала несколько раз и открыто сказала ему накануне этой встречи,

Он поинтересовался, почему.

Я ответила, что Ансар мне неприятен. В подробности не вдавалась.

Отец задумался, постучал пальцами по столу.

Мне казалось, что он примет решение в мою пользу, но… в итоге он сказал:

— Так даже лучше. Ничего не будет отвлекать от работы, а то я уж было подумал… — не договорив, рассмеялся колюче. — Этот проект очень важен, Ксана. И это будет твой высокий старт. Блестящий…

Если не провалимся… Если мне не придется за каждой сложностью бежать к папочке и плакаться ему на партнера, который явно не горит желанием работать со мной.

Высказавшись обо мне негативно, Ансар занимает ожидающую позицию.

Весь его облик, взгляд, поза… Темный взгляд говорят о том, что он настроен скептически.

Мне нужно собраться.

Настраиваю проектор, проверяю как работает. Вроде все верно. И я подготовилась… Все отлично.

Но под взглядом Ансара начинаю сомневаться во всем, даже в том, что меня зовут Ксана.

Это просто бедлам какой-то.

Мне нужно пригасить верхний свет и немного затемнить зал, чтобы на экране было лучше видно.

Тянусь

за пультом, перепутав кнопки. Вместо того, чтобы прикрыть жалюзи плотнее, распахнула их.

Горестный вздох со стороны Ансара.

Нетерпеливое постукивание пальцев.

— Отличное начало.

Мне кажется, он и таких слов не знает, какими я себя начинаю ругать. Чувствую себя букашкой, нет, кем-то намного мельче и незначительнее!

Вытираю вспотевшие ладони о брюки и просто переделываю.

Можно начинать.

В целом, пока только вводные данные, которые Ансару и так известны. Чего он от меня ждет, непонятно… Но смотрит так, словно это я обязана делать за него всю работу, а не наоборот.

— В курсе, — перебивает. — Продай мне это.

— Что?

— Продай, — щелкнув колпачком ручки, швыряет ее на середину стола. — Я против этого проекта. Продай мне его. Убеди, что коммерческий нужнее, чем все остальные социально значимые проекты.

Вот же козел!

Знает, что мы работаем над одним делом и ведет себя так, словно на хую он вертел этот проект. Но тем временем ему самому перепадет жирный гонорар!

— Это не моя работа и не моя забота, подать проект так, чтобы в него поверили, — отвечаю тихо, но твердо. — Я здесь представляю интересы отца и буду помогать иначе. Документация, нужные сведения. Уточняющие моменты. Допуск и доступ к техническим характеристикам. Экономическая целесообразность, если уж на то пошло. Соцопрос… Что угодно. Но… Продавать и проталкивать PR-компанию — это не моя работа.

— Не очень-то ты веришь в дело отца, если сразу скидываешь с себя все…

Разозлившись, я все свернула и резко выключила, смахнула в свой рюкзак. Встала, ненавидя этого напыщенного, самовлюбленного мерзавца!

Всей душой его ненавидя за то, какой он…

— Куда собралась? Мы ведь даже не начали! — прилетает мне в спину.

— У меня слишком мало времени, чтобы тратить его на того, кто не собирается даже палец о палец ударить и ждет, что за него все сделает кто-то другой. Свои обязанности я знаю, а вот…

Ансар приподнимается.

Я слышала, его компания — одна из лучших.

Может быть, дело в другом? Иногда у самых лучших в мире сотрудников, бывает самый деспотичный в мире босс, который просто кошмарит и высасывает кровь по капле, требуя высокие результаты.

— Вот вы, скорее всего, не очень-то в курсе дела. Если так, пришлите, пожалуйста, компетентного сотрудника, готового с энтузиазмом взяться за работу, а не скалиться и кривить физиономию! — выпалила я и вышла, громыхнула дверью зала.

На меня оглядываются с удивлением.

Не привыкли, что я выхожу из себя! Я… тоже… тоже не привыкла, чтобы на фирме отца меня доводили до белого каления.

Это ужасно.

Если Ансар не пришлет своего сотрудника, не представляю, как с ним… работать!