Хобби

Блох Роберт Альберт

Я встал и взял свою сумку.

Незнакомец расхохотался:

— Да не пугайся так, приятель. Это было в тридцать восьмом. Потом была война, может, он пошел воевать, вступил в коммандос и продолжал делать то же, что и раньше. Только теперь его считали героем, а не убийцей, понятно? По крайней мере, он не притворялся. Был не из тех дрожащих трусов…

— Эй, полегче. Не надо входить в раж. Это ваша теория, не моя.

Он понизил голос:

— Теория? Может быть. Но сегодня я влетел в такое, что потрясло бы

тебя, приятель. Как ты думаешь, почему я глушу сейчас одну за другой?

— Все фанаты боулинга пьют. Но если вы так относитесь к спорту, почему занимаетесь боулингом?

Лысый наклонился в мою сторону.

— А кто сказал, что я занимаюсь боулингом? — тихо пробормотал он.

Я открыл было рот, но вдруг услышал вой полицейской сирены.

Бармен поднял голову от радио:

— Кажется, едут в нашу сторону.

Незнакомец был уже на ногах и двинулся к двери. Я догнал его.

— Вы забыли сумку.

— Спасибо, приятель.

Он вышел. Но не пошел по улице, а скользнул в темный переулок и исчез. Я стоял в дверях, вой сирены становился оглушающим. Подъехала патрульная машина. Из нее вылез сержант и, глядя себе под ноги, направился в сторону бара. Подошел, поднял голову и увидел меня.

— Не заметили высокого лысого мужчину с сумкой?

— Он вышел отсюда пару минут назад.

— Куда он пошел?

Я показал на темный переулок. Сержант что-то сказал шоферу, машина тронулась, а он вернулся и втолкнул меня обратно в бар.

— Расскажите-ка мне все.

— А в чем дело?

— Убийство. В отеле, где живут участники съезда любителей боулинга. Портье видел, как мужчина выходил из номера час назад. И решил, что это воришка, потому что он воспользовался черной лестницей.

— Воришка?

— Жулик. Знаете, сколько их в отеле сейчас крутится. Комнаты часто не закрывают, он незаметно проникает, крадет что под руку попало. Но портье хорошо рассмотрел его и рассказал детективу при отеле. Узнав, из какого номера выходил этот тип, детектив развеселился. Дело в том, что там поселилась одна дамочка… ну, из этих, она делала свой бизнес, завлекая любителей боулинга на короткие рандеву. Вот детектив и решил, что человек был ее клиентом. Но немного погодя одна из горничных заметила, что дверь в номер приоткрыта, и заглянула внутрь. И нашла эту дамочку на кровати. Ее зарезали, но как зарезали!

Я перевел дыхание:

— Человек, который только что отсюда выбежал… Он рассказывал о кливлендском маньяке. Я думал, он просто треплется спьяну…

— Это ваша сумка? — Сержант указал на стул.

Я кивнул.

— Откройте ее, — приказал он.

На это потребовалось некоторое время, потому что у меня дрожали руки.

Сержант заглянул внутрь и вздохнул:

— Все в порядке. Мужчина тоже был с сумкой?

Я опять кивнул.

— Значит, он тот, кого мы ищем. Описание портье сходится с описанием

газетчика на углу, тот видел, как человек с сумкой шел сюда… И еще, его сумка. Она оставила след. Взгляните на пол… Теперь ясно, что в сумке у него был не мяч?

Комната вдруг закружилась перед моими глазами, и я сел на стул.

Вбежал патрульный. Лицо у него было серо-зеленого цвета.

— Взяли преступника? — спросил сержант.

— То, что от него осталось. Он перелез через стену в конце тупика и, не заметив товарного, спрыгнул прямо на пути.

— Насмерть?

Патрульный кивнул.

— Там сейчас лейтенант. И перевозка. Но его придется буквально соскребать с путей. Пока на месте ничего не найдено, что помогло бы его опознать.

Сержант тихо выругался.

— Что ж, может быть, он просто обыкновенный вор.

— Хэнсон несет сюда его сумку, ее при ударе отбросило в сторону.

В дверях появился патрульный Хэнсон. Сержант взял у него сумку и поставил на стул.

— Такая у него была?

— Да, — ответил я и отвернулся — не хотел смотреть, как сержант открывает сумку. Не хотел видеть их лица. Но все равно услышал испуганные возгласы.

Я хотел уйти, но меня не отпустили: полицейские должны были снять показания.

Пришлось рассказать им все: и об отношении преступника к болельщикам, к убийствам, и об его теории, что выбирать в жертвы надо бродяг, проституток и пьяниц, потому что их не станут искать.

— Звучит странно? Правда? Но я думал, он просто спьяну болтает.

Сержант взглянул на сумку, потом на меня.

— Нет, он говорил серьезно. Вероятно, такая у него была навязчивая идея. Он уехал из города двадцать лет назад, когда стало горячо и полиция вплотную обложила его. Может быть, отправился на войну в Европу и там оставался с оккупационными войсками до конца. Потом его потянуло в этот город на старые дела.

— Почему? — спросил я.

— Кто знает? Может быть, это было его хобби. Игра, которую он себе придумал. Ему нужны были трофеи. Вообразите, какие надо иметь нервы, чтобы такое совершить в отеле, где полно народу. Взять с собой сумку для боулинга, чтобы унести потом в ней голову на сувенир?

Сержант заметил выражение моего лица и положил руку мне на плечо.

— Извините. Я знаю, как вы себя чувствуете, ведь вы только что подверглись риску… Он был, вероятно, самым умным убийцей-психопатом, когда-либо жившим на свете. Так что считайте, вам повезло.

Кивнув, я направился к двери. Я все еще успевал на ночной поезд. И вполне был согласен с сержантом относительно самого умного убийцы. И относительно своего везения.

Я имею в виду, что в последний момент, перед тем как этот идиот выбежал из бара, я отдал ему ту сумку, которая протекала.

И мне дико повезло, что он так и не заметил, как я поменял сумки.