Хмурый
Шрифт:
Офицер посмотрел на ученых. Те согласно закивали головами. Он повернулся к Хмурому и ответил:
— Да.
— Мне надо, чтобы вызванный вами вертолет, сел напротив ворот.
— Вы хотите захватить вертолет?
— Мне надо, чтобы он сел напротив ворот. Вы можете так сделать?
— Но это же предательство.
Ботаники затараторили на своем языке. По интонации чувствовалось, что они выговаривают что-то офицеру.
— Ребята! — Хмурый громко хлопнул в ладоши
— Да-да! Извините! Мы говорили ему, что старшие на базе мы. Он отвечает за наши жизни. Поэтому мы приказываем ему делать так, как вы ему скажете. Если мы останемся живы, то он не будет наказан. За все, что он сделает, будем отвечать мы. Хотя, если, благодаря его деятельности, с нами ничего не произойдет, то никто и не будет жалеть о каком-то вертолете и солдатах. Главное, что мы будем живы.
Офицер смотрел в сторону и морщился, как от зубной боли.
— Они говорят правду? — Хмурый задал этот вопрос ему.
— Да. В инструкции сказано, что при любых обстоятельствах, защите подлежат только ученые.
— А тогда нет никаких проблем! Мы с тобой, будем спасать, твоих ученых. Если хочешь, то сформулирую по другому: я хочу поменять ученых на вертолет. Значит ты поможешь мне?
— Да. Я обязан это сделать, хоть мне и жаль солдат.
— Вы забываетесь Имар! — Ботаники снова набросились на него. — Солдат много, а нас можно по пальцам пересчитать. Если разбрасываться нами, то остановится прогресс.
Хмурый презрительно посмотрел на них, потом перевел взгляд на Имара и сказал:
— Пойдем в твой кабинет. Нам надо обговорить детали.
Он помог подняться офицеру, поддерживая его под руку, а потом повел в кабинет. Войдя в помещение, он закрыл за собой дверь. Подвел Имара к армейской койке и усадил на нее. Сам сел на стул.
— Куришь?
— Да.
Он протянул офицеру сигарету и дал прикурить. Сам тоже закурил. Некоторое время они курили молча. Молчание нарушил Имар:
— Что мне надо будет сделать?
— Надо сделать так, чтобы вертолет сел на землю. Я думаю, что вы лучше меня знаете, что надо сказать по рации.
— Вы мне доверяете?
— Да.
— Но почему? Я же буду говорить по-английски. А если я скажу что-то не то?
— Имар! Ты не любишь своих подопечных. Можешь сказать — почему?
Имар задумался. Докурил сигарету, поискал глазами пепельницу и не найдя ее, бросил сигарету на пол. Посмотрел в глаза Хмурому. Качнул головой.
— Потому что они дерьмо, а корчат из себя бриллианты.
— Емко сказано. Ты как в Зону попал?
— Угости
Хмурый достал нож и разрезал шнурки, стягивающие Имару руки и ноги. Потом вынул из кармана пачку сигарет и отдал ему. Пока тот закуривал, он открыл дверь и позвал Лиса.
Лис вошел без задержки. Он посмотрел на освобожденного офицера и обратился к Хмурому.
— Ты ему доверяешь?
— Да.
— Ты знаешь, Хмурый? Давно хотел тебя спросить. Где ты научился так в людях разбираться? Я тоже, почему-то, верю ему. Но только из-за того, что ты ему поверил.
— Холода нет.
— Какого холода?
— Объяснить не могу. Поверь на слово.
— Верю. Зачем позвал?
— Ботаников запри в их комнате. Будут ерепениться, скажи, чтоб шальная пуля не попала. Не хочу я, чтобы они видели Имара свободным. Амбиции у них слишком крутые.
— Это мы враз!
Лис вышел также быстро, как зашел.
— А они любят тебя. — Имар растирал руки, держа сигарету губами. — Не просто подчиняются, а любят. Странно. Первое впечатление, когда тебя увидишь, не того.
— Ты где русским оборотам научился?
— А я наполовину русский. Отец латыш, а мать русская. У матери в деревни и научился. А когда мать наглоталась таблеток, после развода с отцом, так я вообще стал уделять русскому языку особое внимание.
— Мать выжила?
— Скорая не успела. Приехали через два часа. Сказали, что пробка. Они, после перестройки, русских не очень. Я для них полукровка. Вот из-за этого и в Зону попал. Да и здесь не очень доверяли. Пятый год на Зоне. Контракт кончится и хоть стреляйся. Друзей нет.
— Что? Засосала Зона?
— Похоже, что так. Два года в отпуск не ездил. Не хочу.
— Да. Зона многих держит. У меня в команде Хантер есть. Денег тьма, а на Большую землю не хочет. Пожрать хочешь?
— Не отказался бы.
— Тогда давай к столу.
Имар подошел к столу, поискал стул и, увидев, что на единственном стуле сидит Хмурый, притянул к столу койку. Хмурый спросил у него:
— У тебя тут есть, что перекусить.
— В столе шоколад, галеты, напиток. Мне хватит.
Имар открыл стол, задержал на чем-то внимание, а потом медленно вынул оттуда «Пустынный Орел». Посмотрел на Хмурова. Тот тоже смотрел на него, но был спокоен.
— Почему не изъяли?
— Экипированы под завязку.
— Я же могу тебя пристрелить.
— Если бы хотел, то не стал бы предупреждать.
Имар взвесил пистолет на руке и положил его назад в стол.
— Зачем в стол положил? Повесь на себя. Скоро вертолет вызывать.
— Ты вербуешь меня, Хмурый?