Хмурый
Шрифт:
Все потянулись стаканами к Хмурому.
— У-У-у-у! Кайф!
— Ну давай, Таран, продолжай.
— Продолжаю. Короче Хмурый ушел в Зону. Я пошел в подвал вздремнуть. Продрых до утра. Выхожу, а мне и говорят, что Евлампий зовет. Прихожу. Тот говорит, что похоже Хмурый юсовский блокпост расковырял. Вечером вертушки там утюжили. Надо проверить. Захватишь кое-что Бармену. Если блокпост заполнен, то вернешься. Узнай на счет Хмурова. Парень хороший. Жаль, если с ним что… А я, что? Братана повидать? Кто откажется? Скорость включил и по шоссе. Влетаю на блокпост. Смотрю. Точно! Был здесь Хмурый. Его почерк! Во-первых! Все сделано было быстро. Один, даже штаны не успел натянуть. Во-вторых! Все убиты в голову или в глаз. Кстати ты почему любишь в глаз бить?
— Ну. Самое незащищенное место.
— О! А я одну историю могу рассказать!
— Стоп Медок! Будешь первый после Тарана. Давай, Таран!
—
— Да.
— Вот! Все слышали? Теперь слушайте дальше! Он поменял на свой!!! Смотрю. На столе ПМ и четыре обоймы.
Все захохотали.
— Винтовки LR300, ранцы, патроны и т. д. Все! Все, что нажито непосильным трудом, все оставил непонятно кому. Вот и скажите теперь, что это не он прошел через блокпост. Запомни, Хмурый. Куриные твои мозги. Это все деньги! Не можешь унести? Собери все и спрячь. Так делают все нормальные люди. Короче, я все оттуда забрал. А ты как думал?
— Да я и не возражаю.
— А поздно возражать! Вот и весь сказ о Хмуром. Дальше идет какой-то бред. А может, заснул на ходу?
— Давай Таран, давай. Бред тоже выкладывай. В Зоне ничего непонятного нет.
— Ну смотрите. Кто хохотнет, того на арену вытащу. Иду я значит по шоссе. И дума такая. Ушел Хмурый от вертушек или нет? Барахла под завязку. Нюх потерял. Хоп!!! Перед носом химера. Приехали. Полные штанишки. А она мне и говорит: «Передай Хмурому, что я точно теперь знаю, что он — пятый». Еще заставила повторить. Потом хоп!!! Исчезла. Ну и друзья у тебя, брат. Тебе это хоть что-нибудь говорит?
Хмурый неопределенно пошевелил плечами.
— Понятно! Вот теперь все. Дальше все про него трындят.
— А посему тост! — Лис заглянул в свой стакан и показал Седому кулак с поднятым вверх большим пальцем. Тот расплылся в улыбке. — За нас с вами и хрен с ними!
— У-У-у-у! Кайф!
— Давай, Медок! Ты что-то намекнул.
— Да я, собственно про глаз. Хотя, честно сказать, ситуация тоже бредовая.
— Так! Прошу внимания! — Лис постучал ножом по бутылке. — Протрезвеем мы только во время выброса. А значит еще не скоро. Поэтому, господа Сталкеры, прошу закусывать. А то наша вечеринка может неожиданно перейти в вечер воспоминания глюков. Благодарю за внимание! Давай, Медок.
— Ну, да, что-то похожее на глюк. Все говорят, что Хмурый выжженный. Но тут именно про глаз. Может я зашевелю у него чего-нибудь в голове. Короче слушайте! Где-то с месяц назад… Философ! Помнишь? Ты меня подобрал изгрызенного со сломанной рукой?
— Было дело. Чуть меньше месяца.
— Пусть так. Набрал я артефактов недалеко от Армейских складов. Там деревушка заброшенная. Ну знаете. Особо туда никто не ходит. Кровососов полно. Я решил рискнуть. Деньга нужна была позарез. Сунулся туда днем. Полазил. Нормалек. Артефакты через шаг! Загрузился. И уже намылился в Росток, а тут слепые псы. Тьма! Наглые, как сто китайцев. Можно не целиться. Прут плотным строем. Я сзади прикрыт. Там «Птичья карусель». Сажу из «калаша». Сажу и понемногу огорчаюсь. Не справляется мой «калаш» с потоком. Они все ближе и ближе. И вот добрались. Они меня грызут, а я ору и в упор стреляю. Вдруг их как ветром сдуло. Я такой весь счастливый поднимаю глаза, а у входа в избу, стоит здоровенный кровосос. Здрасьте, я ваша тетя с ведром! Я вскидываю автомат, а он летит на меня. В ноге жуткая боль, я падаю. Вот такой подлянки он от меня не ожидал. Перелетает через меня, вместо соломинки хватается за мой автомат. У меня рука хруп и легкий перелом. А кровосос хлюп через меня в «Птичью карусель». И как дал ошметками на пол деревни. Лежу, жизни радуюсь! Вдруг, чувствую, берут меня за подмышки и поднимают. Шею выворачиваю, чтобы посмотреть на благодетеля. Ну все правильно. Как по расписанию. Зомби! Аж слезы из глаз. Господи! Когда же вы все накуритесь. А он меня тащит в сторону избы и бормочет: «Кушать надо. Кушать надо». Елы палы! Вот повезло-то уроду! Нашел котлету по-киевски! На этой мудрой мысле я и затух. Очнулся от боли в руке. Рядом сидит зомби и привязывает к руке две палки, чтобы рука в месте перелома не ерзала. Ну и бормочет: «Кушать надо. Кушать надо». Я как заорал на него: «Что же ты, козел, не жрал, когда я без сознания был!!!» Он все бросил, отодвинулся от меня, весь такой обиженный и отвернулся. Ах! Ах! В греческом зале! Какие мы обидчивые! Не любим, когда на нас жратва орет!
— Так, я не понял? — Лис подцепил ножом шпротину из банки и поднес ее ко рту. — Он тебя жрать собирался или нет?
— Вот! То-то и оно, что нет! Правда я это позже понял. Лежу. Все болит. Злой как собака. А этот хорек сидит, отвернувшись и пыхтит. Рюкзак рядом. Я сел,
Медок замолчал. Все глядели на него. Медок молчал.
— Ну? — Не выдержал паузы Лис.
— Чего. Ну?!
— А глаз где?
— Ой! — Медок стукнул себя кулаком по голове. — Точно! Но здесь, собственно, не так уж и много. Лежу в Ростке. Поправляюсь. О Спасателе думаю. Как никак, а помог. Ну, вроде бы, как братан. Короче, мозги кипят со страшной силой. Стал вспоминать, что же он мне талдычил? И знаете, что получилось? Если откинуть повторы и заскоки, то вкратце получается вполне связная вещь. Слушайте:
«На Радаре, который юсовцы с «Монолитом» охраняют, находится секретная лаборатория. Выжигатель. Один подопытный взбунтовался. Перебил охрану. Ворвался в бункер, чтобы спасти других. Его захлопнули там и выжгли до смерти. Остальных умертвили еще перед тем, как он в бункер проник. Погрузили мертвецов в грузовик и вывезли в Зону. Похоронная команда, состоящая из зомби, оттащила их подальше от дороги и бросила. Мой Спасатель вывалился из грузовика на обратном пути и пошел к мертвецам. Он сказал, что попал под действие контролера и тот переписал ему начальную программу. Пришел, осмотрел всех. Один оказался еле жив. Спасатель несколько дней горстями носил ему воду из болота. Потом тот уполз, а Спасатель в свободном полете. Так вот! Тот парень бил охранников четко в глаз!»
— Вот такие пироги с котенками! — Медок достал сигарету и закурил.
Сталкеры последовали его примеру. Клубы табачного дыма потянулись к вытяжкам.
— Слушай, Абориген. — Таран перегнулся через стол. — Я давно хотел тебя спросить, да все как-то не решался. Ну, тогда, в Темной долине. Помнишь?
— Ну!
— Меня к Болотному доктору тащили…?
— Да, Таран! Изломы.
— Понял. А я думал, что брежу. — Таран сел на место и задумался.
Общее внимание рассыпалось. Сталкеры, кучками, что-то обсуждали, спорили. По залу шел вокзальный гул. Лис заглянул в свой стакан, протянул Седому руку для пожатия, затушил в пепельнице сигарету, встал.
— Бродяги! Я вот тут подумал, Посоветовался с товарищами, — Лис сделал широкий жест рукой. — И пришел к выводу, что все это слишком сложно. Но! Но!!! Все мы здесь одиночки. Каждый из нас является Личностью с большой буквы. А это в принципе невозможно в Объединениях типа «Долг» и «Свобода». Там личность подавляется уставом, дисциплиной, субординацией и т. п. У нас нет субординации, а значит карьерного роста, а значит риск быть подставленным катится к нулю. У нас нет устава, а значит каждый из нас волен поступать так, как подсказывает ему сердце. У нас нет дисциплины, а значит вместо зависти — у нас восхищение, а вместо страха — бесшабашность, помноженная на экспромт. У нас нет и т. п., а значит наша дружба крепче любого монолита. Мы не можем надоесть друг другу, потому что мы редко встречаемся, и всегда искренне рады встрече. Мы не обижаемся на грубые шутки, потому что большую часть жизни мы находимся один на один с Зоной, которая не любит шутить. А так иногда хочется, чтобы над тобой пошутили. Потому что когда над тобой шутят, значит ты заметная фигура. Зачем я все это говорю? А чтобы тему сменить! Хмурова загрузили по самые уши. Ему, когда останется один, будет, о чем поразмыслить. Давайте не будем его запутывать? А посему тост! За то, что каждый человек, умеет делать то, что не могут все другие. Короче за Личность!