Хиттер
Шрифт:
— А. Это Аня. Одноклассница.
— Вы дружите?
— Нам просто по пути. Она недалеко от нас живёт.
— Ясно.
Пообедав, и немного подделав уроки, Виталий пошёл на тренировку.
С каждой новой победой, будь то хит или просто удачная передача, хитбол занимал в его жизни всё большее место. Он с нетерпением ждал каждую новую возможность выйти на поле и старался делать как можно больше для получения хорошего результата.
— Итак, ребята, стройся! — провозгласил тренер, войдя в зал.
Одной
— Прошлую игру мы победили, и это хорошо! — похвалил команду тренер, — но вы знаете, а если кто не знает или забыл, я напомню: расслабляться нельзя. К тому же признайте, игра была простой. В следующий раз так может не повезти.
— А с кем мы в этот раз будем играть? — спросил капитан.
— Сто пятидесятая школа, с северо-запада.
— Мы, вроде как, давно с ними не играли.
— Да. Порядочно. Я сам их давно не видел, но они тоже выиграли первую игру.
— Значит, не так уж плохи.
— Возможно. Ладно, принимайтесь за работу. Коля, строй команды.
— Хорошо. Всё как и раньше. Все места знают. Поехали.
— Я заметил, — сказал тренер, когда все встали на места, что вы очень затягиваете игру. Поэтому они успевают размочить комбинацию.
— Семён Степанович, у нас все комбинации из двух или трёх передач, но это не всегда срабатывает.
— Надо придумать такую игру и так поставить, чтобы работала безотказно, а то вылетите через пару туров, когда вам тупо не дадут долго перекидывать мяч.
— Ясно, придумаем, — кивнул Железняков.
— И ты, Коля, старайся чаще мяч на разыгровке хватать.
— Да я стараюсь, — с лёгкой обидой ответил хиттер.
— Ладно, работайте.
— Хорошо. Итак, — начал Коля, обернувшись к команде, — все ко мне.
Команда собралась около хиттера. Вместе с игроками подошёл тренер, чтобы послушать, что он скажет.
— Значит так, стараемся всё делать быстрее. И в этот раз попробуем пройти по другому флангу. Но всё равно через Миху. А я пока попробую прорваться.
Тренер свистнул три раза. Железняков схватил мяч и почти мгновенно передал его Томину. Тот тут же перебросил Зарубину, уже продвинувшемуся вперёд. Но едва Виталий послал мяч обратно Железнякову, его схватил игрок другой команды. Как только это случилось, раздался громкий свисток тренера и игра остановилась.
— Ну кто так играет? — начал Семён Степанович, — ты вот ускорил комбинацию, но от этого не будет толку, если игра заранее плохая. Даже если ты получил бы мяч, шансы пройти очень малы. И отдать тоже некому, называется — увяз. А у тебя один нападающий считай вне игры, может, вообще его с поля уберём?
Тренер с такой иронией сказал всё это, что все игроки немного посмеялись.
— Не смешно, — продолжал Семён Степанович, — как с этим справиться?
— Подскажете? — попросил Железняков.
— Нужно
— А если он перехватят, передадут и сделают хит?
— Не сделают, если первыми его сделаете вы!
— А если нет?
— Надо сделать так, чтобы да.
— Если что, эти Горловцы нашу защиту сомнут.
— Вы отработайте так, чтобы получалось, а защиту усилите потом, когда нападение будет отточенным.
До конца тренировки они играли сходные комбинации, отличавшиеся лишь способом доставки мяча. Главным было отработать их так, чтобы они получались на автомате, а игроки были готовы в любой ситуации достигать нужного результата. Виталию при некоторых вариантах развития событий доставалась роль того, кто будет делать хит, и он для себя дополнительно отрабатывал варианты блокировки и обхода контрольного игрока.
— А почему их называют Горловцами? — спросил Виталий Михаила, когда они шли домой.
— Ну, они учатся в школе имени Горлова.
— А, — протянул Виталий. А кто это?
— Ну, это типа какой-то деятель. Был. Он больше у нас знаменит, чем вообще по империи.
— Понятно. А играют они очень хорошо?
— Неплохо. Всегда были нашей грозой, но мы то и дело их побеждали.
— В этот бы раз так.
— Не бойся, Заруба, будь смелее, и никто тебе не будет страшен.
— Заруба? — обиженно сказал Виталий, меня так в детстве дразнили.
— Да? Ты обижался?
— Конечно.
— А по мне — нормальная кличка. И вообще, главное — человек какой.
— Ну, да.
— Сходим завтра в парк?
— Да, надо бы.
— Ну тогда, значит, как обычно. Если что — напишу.
— Ага. Пока.
На следующей игре Виталий понял, почему их первый матч все называли простым. Новые противники вообще не давали продохнуть, не говоря уже о том, чтобы полностью разыграть хотя бы одну комбинацию. Каждая минута на площадке была настоящим кошмаром. Виталий бегал как никогда много, и сейчас начал осознавать, насколько ему не хватает скорости и выносливости. У него заканчивались силы, он задыхался, но противники были далеко впереди.
В конце схватки Виталий пытался перехватить мяч, но нападающий жёстко оттолкнул его, отчего Зарубин упал на пол. Через секунду противники сделали финальный хит, после чего сразу раздался последний свисток судьи, обозначивший окончание этой тяжелейшей игры.
Виталий бы с радостью остался лежать на этом холодном деревянном полу. Он был настолько замучен, что не было ему дела ни до чего: ни до их поражения, ни до того, что он глупо выглядит, лёжа на полу посреди площадки. Однако, не встать было нельзя. Нужно было идти в раздевалку и ехать домой, а там уже можно и отдохнуть.