Хиттер
Шрифт:
Он был немного в растерянности оттого что уснул раньше чем планировал. И поэтому вообще не помнил полёта как такового, поэтому новость о том, что они уже прибыли свалилась ему как снег на голову.
Он посмотрел в иллюминатор. Внешне Лайтаер мало отличался от Земли, особенно с такого расстояния — в глаза бросалось разве что более интенсивное движение на орбите. Вскоре стал различим и космопорт, к которому они направлялись. Он отличался от своего земного аналога не только формой, но и размерами. Именно они в первую очередь бросились в глаза Виталию — Лайтарианская
Однако, процедура регистрации на рейсовый челнок, следовавший на планету, мало отличалась от сходной на Земле, разве что ждать нужно было меньше. В выдавшейся паузе Виталий достал свой личный компьютер, чтобы отослать сообщение Оле, и с удивлением обнаружил, что его профиль находится в обработке.
— Алин, у тебя тоже в сеть не заходит? — обратился он к сестре.
— Да, — кивнула Алина, отведя глаза от экрана.
— Пап, — обратился Виталий к отцу, — у тебя тоже профиль в обработке?
— Да, — ответил Игорь Иванович, сверившись с компьютером.
— Это что за обработка такая?
— Не знаю. Может, когда полетим на планету, всё будет в норме?
— Да здесь тоже всё должно работать.
— Может, это связано с тем, что нам нужно переоформиться на другом месте жительства?
Но ни на входе в атмосферу, ни во время полёта в ней эта непонятная обработка профиля завершена не была. Но была и положительная сторона — вместо того, чтобы отсылать сообщения, Виталий смотрел на красоты Лайтаера через иллюминатор челнока.
— Вон там, вдалеке, глядите, — сказал Игорь Иванович, указывая направление, — это одна из атмосферных установок времён колонизации.
Вдалеке действительно виднелась мощная конструкция, имевшая форму вытянутой пирамиды с усечённой вершиной. Множество деталей разглядеть с такого расстояния было нельзя, но вполне можно было представить масштаб тогдашних работ по созданию условий для жизни людей.
— А она и сейчас работает? — спросил Виталий.
— Нет. С тех времён, как атмосфера была стабилизирована, там музей.
— Ух ты. Надо будет туда сходить.
— Не проблема, как устроимся, посетим все местные достопримечательности.
Едва пирамида атмосферной установки скрылась из поля зрения, как взору Виталия открылся большой город, раскинувшийся впереди. Сейчас были видны в основном высотные здания, расположенные в его центре, но уже одни они позволяли судить о масштабе. Ну а то, что к городу вплотную примыкал космопрорт и вовсе не оставляло никаких сомнений по поводу его значимости.
— Мы будем жить прямо здесь или нам ещё ехать? — спросил Виталий отца.
— Здесь. Добро пожаловать в Новую Москву.
— Ничего себе. Это столица?
— Одна из них.
— Чего же ты сразу не сказал?
— А ты не спрашивал. Ты сразу ругаться, обижаться. И больше так и не говорили.
— Всё равно
— Да. Наверное, даже наш район можно рассмотреть.
— Да? И где?
— Рядом с заводом Малых и Средних Роботов. МСР сокращённо. Как мне кажется, он должен быть виден издалека. Но я тут пока не ориентируюсь.
— Понятно. И ты на нём работать будешь?
— Нет. Я буду работать скорее всего в центре, хотя МСР напрямую относится к нашей конторе.
— Понятно.
Над Новой Москвой уже пылал закат, когда челнок совершил посадку. После того, как отец провёл почти полчаса в специальном кабинете, все они направились на переоформление. Оно заняло совсем немного времени, и теперь Виталий и его родные могли считаться полноценными жителями Лайтаера.
Но вскрылась и одна неприятная особенность такого переоформления — все персональные профили были обновлены. За исключением привязанных документов, все данные о прошлых контактах были стёрты. Виталий очень долго возмущался, но отец сказал, что это было неизбежно. Таково правило переселения на планету-доминион. Теперь выйти на связь с Олей будет очень сложно, а до того момента, как она тоже прибудет сюда, может оказаться и вовсе невозможно.
— Найдёшь ты свою ненаглядную, — сказал Игорь Иванович, когда они забрали сумки и направились на выход, — сначала надо устроиться, а потом уже всё решится.
— Найду, куда же денусь, просто подбесили они этим удалением. Им-то что?
— Неизбежная процедура. Вот будет тебе восемнадцать, оформишь себе общеимперский ограниченный профиль, и никаких проблем не будет.
— А тебе его не обнулили?
— Нет. Только личный. Ещё бы, у меня там даже контакты с новым руководством, куда же я без них.
— Ну да.
Главный холл от улицы отделяла большая остеклённая стена, через которую была видна аллея, по краям которой росли высокие деревья. Это зелёное насаждение отделяло порт от широкого проспекта заполненного автомобилями. Рядом была остановка для общественного транспорта, к которой направлялся небольшой поток людей. В целом, всё это выглядело точно так же, как и на Земле, но и что-то своё, тем не менее, присутствовало.
— Куда теперь? — спросил Виталий отца, когда они вышли на улицу.
— Теперь домой. Мой ключ подтверждён. И уже есть первичный маршрут.
— Далеко отсюда?
— Далеко. Но доберёмся быстро. Нам на электричку. По слухам они здесь первоклассные. Вот и проверим на деле.
Город казался сумасшедшим, но это было ложным ощущением. Просто Виталий большую часть жизни провёл в провинции, где ритм человеческого быта был немного медленнее. Если приглядеться, всё вокруг было вполне упорядочено — люди направлялись на платформу для электричек, расположенную сверху над проспектом, по специальному переходу с эскалатором. Подъём занял около двух минут, и за это время Игорь Иванович успел приобрести соответствующие билеты и переслать их всей семье. Выход к поездам отделялся от эскалатора турникетами, которые считывали соответствующую метку с личного компьютера пешехода, и при её наличии пропускали его на перрон.