Хитрая лиса
Шрифт:
— Вчера, когда вы играли моего хозяина, я был в восторге. Я как завороженный следил за вами, и мне на самом деле показалось, что вы — перерождение моего хозяина. Это странно, за эти годы я не часто встречал столь похожих потомков.
— А каким образом я вообще имею отношение к Слизерину? — удивленно спросил рейвенкловец, пройдя ко входу в кабинет.
— Вы наследник Певереллов, а они были потомками Слизерина, — ответил василиск и свернувшись,
— Вы вчера сказали, что я чистокровный наследник, — недовольно скрестив руки на груди, спросил мальчик.
— Кровь твоего отца — потомка Певереллов и кровь твоей матери — потомка Гонтов, делает тебя чистокровным наследником, — словно маленькому ребенку, объяснил Апоп.
— Но моя мать магглорожденная, — с явным недоумением на лице, сказал Гарри.
— Видимо не такая уж она и магглорожденная, какой хотела быть, — будто бы посмеиваясь, сказал змей и закрыл глаза. — Я буду ждать здесь, наследник.
Прислонив холодную руку к двери, Поттер застыл, ожидая подвоха от защитного механизма, но ничего не произошло. Дверь с тяжелым скрипом открылась, представляя перед мальчиком большое затхлое помещение.
Его взору открылся уютный кабинет: на стенах бурые, местами слезшие обои в золотистый, почти выцветший, цветочный принт; массивный дубовый стол и простенький стул с высокой резной спинкой, тоже из дуба, на котором был бардак, покрытый махровой простыней из пыли; также имелись бесчисленный полки с книгами, по большей части любовно сделанные вручную, самим Слизерином, как предположил Гарри.
Взмахнув палочкой, он очистил воздух и смел пыль, приводя помещение в более жилой вид и стал осматриваться.
Найдя среди множества бумаг, раскиданных на рабочем столе, стопку книжек с пометкой «Дневник», Гарри углубился в чтение. С каждой прочитанной книгой создавалось множество вопросов, ответы на которые находились в следующем дневнике. Он и не заметил, как прочитал все книжки и принялся за личные записи экспериментов Слизерина, что красивейшим почерком были написаны в нескольких довольно объемных томах.
Мальчик поглощал информацию, не обращая внимания на время, что довольно быстро текло. На верху уже наступала ночь, когда ошарашенный Поттер закончил читать последнюю книгу с записями всевозможных теорий и практик.
Многое узнав для себя и сделав довольно странные выводы о Слизерине как о личности, Поттер отправился назад. Апоп недовольно открыл глаза, услышав жуткий скрип двери, но тут же обрадовался, увидев зевающего рейвенкловца, выходящим из кабинета.
— Многое узнали? — заинтересованно спросил змей, двигаясь в обратную сторону — к выходу из Тайной комнаты.
— Слишком многое, — встряхнув головой, сказал Гарри. — Теперь точно могу утверждать
Змей хрипло засмеялся, поняв, о чем говорил Поттер.
* * *
Люцифер встретил Гарри жутким ором, из–за того, что мальчик пропал, и всё это сопровождалось упрекающим взглядом Северуса.
— Снова включил жену? — спросил Поттер у Снейпа, который готов был избавится от своего болтливого прототипа.
— Да нет, — уверяюще произнес зельевар, затыкая уши всем, что придется под руку.
Посмотрев на профессора, разозленный малыш резко начал хохотать от его вида; Снейп стоял рядом с котлом, в котором бурлила золотистая жидкость, в одном его ухе торчал карандаш, а в другом розоватый платок, которым протирали ингредиенты перед нарезкой, так как некоторые из них должны были быть вымытыми и высушенными. Гарри изобразил на лице улыбку и подошел к столу, на котором лежала корзинка с яблоками. Схватив пару штук, мальчик сообщил, что отправляется спать, ибо находиться в их обществе он не мог, так как ему нужно было переварить недавно полученную информацию.
* * *
На этот раз Гарри разбудил не Люцифер, который находился неизвестно где, а пустой желудок, который урчал и просил еды, будто бы внутри у Гарри умирали разжиревшие свинки, то есть звук урчания больше был похож на хрюканье.
Наскоро собравшись, мальчик отправился в Большой зал на завтрак. Люди смотрели на него с неким удивлением, а Уизли, особенно Джинни, с обожанием и каким–то ненормальным восхищением. Быстро перекусив, он снова отправился в Тайную комнату, чтобы избавиться от надоедливых взглядов.
К слову сказать, Локхарт все это время что–то упорно печатал на старой машинке, изредка попивая уже остывший кофе. Глаза его безумно сверкали, а на лице то и дело проскакивала улыбка маньяка. Неудивительно, что многие учителя отсели от него подальше, во избежание неприятностей.
* * *
Вечером, получив новую порцию интереснейшей информации, Гарри отправился прямиком в кабинет зельевара, где тот уже закончил готовить зелье и сидел за столом, попивая крепкий черный чай, для того, чтобы взбодриться.
— Еще раз оставите рядом со мной это ужасное существо, Поттер, — зельевар зевнул.
— Вы лишите меня жизни, я так полагаю, — ухмыльнувшись, закончил мальчик.
— Именно. Зелье готово, думаю, оно поможет. Завтра отвезу его в Мунго и, если врачи позволят, то напою мистера и миссис Лонгботтом им.
— Спасибо, — искренне бросил Поттер. — Я сообщу об этом Невиллу. Я, к слову сказать, не очень уверен в том, что зелье подействует.
— Как всегда, мистер Поттер, рассчитываете на худшее?