Хит сезона
Шрифт:
— Я так не думаю, но ладно. Если ты не хочешь, я пожалуй пойду. — Он сам развязал
левую руку, и прошел по комнате, встав там, где лежала его одежда.
Она не хотела, чтобы он уходил. Его член все еще стоял. Он должен быть в ней. В
Агги, а не в Госпоже Ви, но он хотел именно Госпожу Ви. Он сам так сказал.
Прежде чем он успел натянуть штаны, она взяла его за руку, и повела его в
прилегающую комнату.
— Ты никуда не пойдешь, пока я не обработаю порез, —
Он не стал возражать, позволяя ей открыть дверь, пройти по коридору, в другую часть
здания, которая оказалась ее квартирой. Она еще никогда не приводила к себе клиентов,
сейчас, когда их игра закончилась, он больше не был клиентом. Она сняла охрану, и открыла
дверь, разделяющую ее квартиру с темницей.
Закрыв за ними дверь, она повела Джейса в свою спальню и усадила на край кровати, а
сама в это время пошла в ванную за аптечкой, в которой лежали перекись, бинт,
лейкопластырь и презерватив. Она взяла презерватив и просунула его в корсет, где все еще
лежали, заплаченные им деньги. Она вытащила тысячу долларов, убрала их в ящик, и достала
все, что необходимо для обработки ран. Она нашла Джейса, там же, где его и оставила: он
сидел с закрытыми глазами, медленно вдыхая и выдыхая через нос. С каждый выдохом его
член становился мягче.
— Что ты делаешь? — спросила она.
Он открыл глаза и покрутил головой, пока не увидел ее стоящую в дверях. Когда его
взгляд пробежался вверх-вниз по ее телу, член тут встал в стойку смирно. Хорошо. Она хотела
видеть его твердым. Твердым и немного взволнованным, чтобы она смогла успокоить его
теплом своего мягкого тела. И он бы позаботился о той ноющей боли и пустоте у нее между
ног.
— Я пытаюсь успокоиться, — Джейс обхватил член рукой, сжал, и сделал еще пару
дыхательных упражнений. Похоже, он сейчас был возбужден до предела и вряд ли долго
продержится, но ей было все равно. Она хотела его, сейчас и глубоко в ней.
— Ты не хочешь меня трахнуть?
— Ты не трахаешься с клиентами, — напомнил он ей.
— Правильно. Госпожа Ви не трахается с клиентами. — Она залезла на кровать позади
него. Он из-за плеча наблюдал за ее действиями, когда она взяла антибактериальные салфетки
и промыла все еще кровоточащие раны. Она надеялась, что шрамов не останется. У него
такое красивое тело. Она возненавидит себя, если испортит его. Она прижалась губами чуть
выше раны. — Я уже сказала, наша сессия окончена. Если ты хочешь трахнуть Госпожу Ви,
то тут без вариантов. Но если ты хочешь Агги, она с радостью.
Она обняла его, и провела рукой по груди, прессу, наслаждаясь, как эти упругие
мышцы
нравилась его грубая кожа, когда она посасывала его мочку, и не прикусила сережку. Уши.
Еще одна ее слабость.
— Агги, — шепнул он.
Ее имя, вырвавшееся из его уст, обволакивало и сжимало ее сердце. Она не должна
привязываться к нему. Она уже знала, что будет грустить, когда он уйдет, неважно случится
это через 30 минут, 30 дней или 30 лет. Черт возьми. У нее был особый пунктик на счет вот
таких тихих, и несчастных парней. Еще и непокорный сабмиссив? Боже правый, ну как она
может устоять перед такой комбинацией? Она почти желала, чтобы он был плохим
любовником. Чтобы он был скорострелом, парнем, который только лег на нее, дважды вошел
и кончил с дурацкой гримасой на лице. Так ей будет проще забыть его. Она не хотела
привязываться к нему. Да и к любому другому. Хотя он был подходящим для нее клиентом.
Агги отпустила его мочку, и он развернулся на кровати, и теперь сидел к ней лицом.
Он дернул ее к себе и поцеловал, посасывая ее губы с нежной непринужденностью. Она
пропала, если он трахается хотя бы на половину также хорошо, как и целуется. Она гладила
его израненную спину, отвечая на поцелуй, и открывая губы, впуская его язык. Он не
слюнявил ее и не лизал как дикарь. Он облизывал ее губы, и прижимался к ним так нежно,
что ее сердце начало таять. Пока они целовались, его умелые пальцы с легкостью
справлялись с крючками на ее корсете. Не торопясь он расстегивал его один за одним, его
пальцы касались ее позвоночника и спускались к следующему. Он полностью его расстегнул,
но корсет не падал, а держался между их прижатыми друг к другу телами.
Его пальцы нашли гладкую кожу на ее шее. Они впились в нее, когда он накрыл ее
тело своим, и затем его прикосновения вновь стали нежными, мягкими, и переместились на
ее горло. Она так и лежала на спине, когда он прервал поцелуй и посмотрел на нее сверху
вниз.
— У меня дух захватывает от твоей красоты, — пробормотал он.
— А у меня от твоих поцелуев.
Он улыбнулся и взял ее лицо в ладони, и стал покрывать поцелуями ее щеки, кончик
носа, ее опухшие губы. Она раздвинула ноги, и он лег поудобней. Его рука переместилась на
ее ногу, как раз на то место, где заканчивать ее ботфорты. Его рот переместился с подбородка
на ее горло, где он целовал и посасывал нежную кожу, пока она в мыслях была готова
расплакаться от такой заботы.