Хищный клан 5

Молотов Виктор

Мы смотрели друг другу в глаза в немом противостоянии. Но обычный человек, пусть даже маг девятого уровня, кем и был император, не смог бы выдержать этот взгляд. Дело не в том, что глаза как-то излучали магию, а в психическом давлении. Нет более уверенного существа, чем бог.

Да, нам не пришлось драться и разрушать всё вокруг, чтобы понять — кто сильнее. И я был благодарен императору, что он выбрал именно такой способ померяться силой. Если бы он собирал против меня армию, исход был бы совсем иным, и о количестве жертв

можно было только догадываться.

— Кем вы стали, Сергей? — спросил император, смотря в сторону окна.

— Проклятым богом.

Не было смысла скрывать, когда одно признание могло разом решить все проблемы. Император снова осмотрел меня с головы до ног. Он не верил… Не мог поверить, что я не вру.

Обычно не вижу смысла что-то доказывать, но сейчас мне очень хотелось увидеть реакцию императора. Для простенького проклятья испепеления не требовалось много энергии, поэтому излучаемые казались лишь песчинками, тающими в воздухе. Под солнечными лучами, что проникали из окна, они опустились на вазу с цветами. И через мгновение она исчезла, оставив после себя лишь крошечное пятно гари.

— Такое любой маг смерти может, — не впечатлился император.

— Подойдите к окну, — улыбнулся я.

Для демонстрации решил опробовать то, что не будет очевидно. И ваза была лишь отвлечением внимания.

Император поднялся и подошёл к окну. Я же продолжал сидеть на своём ледяном стуле. Он отодвинул занавеску, и солнечный свет озарил всю комнату, а не отдельную полоску, как было до этого.

Пётр Алексеевич замер на секунду, а затем открыл окно. Сперва он посмотрел вниз. Не поверил и бросил в окно статуэтку, что стояла на подоконнике.

— Как вам? — поинтересовался я.

— Вид, конечно, красивый… Но что вы сделали со зданием?

Было слышно, что император сдерживается из последних сил. Меня это забавляло.

— А как вам тот замок вдали?

— На сказочный похож. А что?

Я снова улыбнулся и откатил всё обратно. Уловил момент, когда император повернулся.

— Во сколько, по-вашему, обойдётся постройка такого же?

— Хм, миллионов сто. Проще построить отельный город и наладить там производство. В замках давно нет нужды.

— Хорошо. Тогда двести миллионов — это моя цена. И в течение года я исчезну. И больше вы никогда не услышите о Проклятом боге.

А про себя добавил: потому что бога будет ждать совершенно другой путь, где не будет места смертным.

Вот теперь император не выдержал.

— Да вы совсем обнаглели? Что вы…

Но я не дал ему закончить:

— Нет. Я спас ваш чёртов мир. А что получил взамен? Обвинение в предательстве. Да, Морф не святой, но он был моим учителем. И по факту, он больше всех причастен к рождению Проклятого бога. А теперь представьте, сколько жизней вы сэкономите, если просто согласитесь.

Сам удивился, как легко мне дались эти слова. Однако я уже потратил

почти всё состояние на то, что уже разрушено. А оставаться в этом мире? Извольте… Тут главный — император. А я сам хочу решать, что мне делать.

— Мне нужно посоветоваться, — сообщил император.

— Я никуда не тороплюсь, — пожал я плечами.

Пётр Алексеевич вышел, с силой захлопнув за собой дверь. Ох, и хорошее впечатление на него произвела моя иллюзия! Не зря ночью от скуки тренировался их создавать, вон как реалистично вышло.

* * *

Пётр Алексеевич Кречет собрал совет. Люди, управляющие целой империей ждали его за дверью, но он сам не спешил заходить. Встреча с Сергеем Акулиным оставила слишком много вопросов.

Поэтому он здраво рассудил, что совет подождёт. Сам зашёл в один из кабинетов и уселся на кресле. Прикрыл глаза и мысленно обратился к своему тотему:

— Почему ты не предупредил, что Сергей Акулин и есть Проклятый бог?

— Я не знал его настоящего имени, — ответил Кречет через ментальную связь.

В этот раз не было никаких образов. Только тяжёлый голос божества в голове.

— Твоё незнание стоило мне большой ошибки. Проклятый бог представляет угрозу для всей империи.

— Так избавься от него, — Кречет ответил так, словно это было очевидно.

— Он просит слишком много. Чтобы откупиться, придётся опустошить всю казну.

— Уверен, в этих смертных делах ты сможешь с ним договориться. Ты должен быть готов к тому, что ему всегда будет мало могущества.

— О чём ты?

— Тотемы собираются, чтобы дать отпор. Мы не потерпим такого конкурента на своей земле.

— Нет… Если он так силён, как ты рассказывал, то будет больше жертв.

— Нас не интересуют люди, если они не наши последователи.

— Меня интересуют. Это моя империя, а не ваша, — мрачно заметил император.

— Но мы даём вам силу.

— Если ты решишь начать войну против бога, что уже звучит абсурдно, то я вправе изменить религию. Да, люди сперва будут сопротивляться. Но так они останутся живы. И вскоре у вас не останется последователей.

— Как ты, смертный, смеешь ставить мне условия?

— Я император, и моя задача позаботиться о людях. Сможешь отговорить тотемы от этого безумства?

— Хм, — Кречет задумался. — Могу, но если Проклятый бог больше не ступит на эту землю.

— Тогда так тому и быть.

* * *

Император вернулся через два часа, и за это время мой стул не растаял. Правда, от скуки я продолжил тренировать магию иллюзий. Поэтому, когда он вернулся в свою же приёмную, то его встретило полчище котов. Я старался сделать их разными и максимально реалистичными.