Хищники для преисподней
Шрифт:
– Что ты теперь будешь делать?
– опять спросила Малика.
– Не знаю. Хотел бы найти работу... Я приехал в Джибути, но, думаю, бесполезно искать работу здесь... Копы, понимаешь? Наверное, отправлюсь в Йемен.
– Зачем? Ведь война там закончилась, - заметила Малика.
– Да. Но, кажется, они плохо ладят со своими соседями из Южного Йемена... И на этот случай вербуют наемников. Как ты думаешь, Савад поможет мне перебраться в Йемен?
– А почему он должен помочь тебе?
– В самом деле, почему!
До растянулся на кровати и закурил сигарету. Малика
x x x
Раввак смахнул пот, струившийся по носу, словно вода из плохо закрытого крана. Сириец скучал и уже начал жалеть о том, что назначил час "Х" так рано. Он мог бы и не приходить к Джамилю Саваду ровно в половине первого ночи.
Собранные им по соседству сведения совпадали. Савад всегда возвращался к себе не раньше четырех утра. Он жил на роскошной вилле, которую велел построить на одной из возвышенностей, окружавших Джибути. Эти возвышенности были достаточно удалены от перенаселенных бедных кварталов и скорее походили на жилые предместья.
Здесь жили большинство высокопоставленных французских служащих, и Савад не мог не потешить свое тщеславие. Его вилла, насчитывающая шесть комнат, возвышалась посреди облезлого сада без травы и деревьев.
В полночь Раввак пробрался через сад, нашел плохо закрытое окно и влез внутрь. Он быстро осмотрел пустые комнаты и выбрал наиболее подходящую для предстоящей сцены.
Теперь эта сцена была необходима. Раввак издали наблюдал за полицейской облавой в Таверне Али Бабы и видел, как До ушел в сопровождении девушки. Все прошло по плану. Он нисколько не беспокоился за До, который умел сам устраивать свои дела. Сейчас Раввак думал только о себе и о том, как ему убедить Савада, что он уже созрел для вербовки.
К несчастью Раввак допустил одну ошибку, о которой жалел сейчас. Он легко проник на виллу Савада и ждал его возвращения. Мучительнее всего было сидеть в засаде и воздерживаться от курения.
Соседи уверяли, что Савад всегда возвращался один, так что Раввак ни о чем не беспокоился. Именно поэтому он выбрал для засады спальню хозяина таверны.
Раввак опять вытер с носа пот и замер. До него донесся шум мотора. Он взглянул на светящийся циферблат. 4.12! Савад был верен своим привычкам.
Так же как До несколько часов назад, Раввак прислонился спиной к стене рядом с дверью и, прислушиваясь к звукам, старался понять их.
Хлопнула дверь, послышались шаги. Потом все стихло... Где Савад? На кухне? В своем кабинете? Дверь закрыли. Шаги приблизились, отодвинулась задвижка, дверь в спальню открылась, щелкнул выключатель. Свет люстры ослепил Раввака. Он услышал, как дверь закрылась, потом голос Савада:
– Что ты здесь делаешь?
Видя перед собой неясный, но отчетливый силуэт, Раввак мгновенно отреагировал и направил на Савада "Токарев ТТ 33":
– Хочу предложить тебе одно дело, ya sidi.
Савад побледнел и замер на месте. Его руки тряслись. Второй раз за вечер он попадал в ту же ситуацию: на него смотрел ствол пистолета. Он не испугался иракца в таверне, но теперь
– Д... Дело?...
– промямлил он.
– Да. Личное дело! Именно поэтому я и выбрал интимную обстановку этой прекрасной хаты, а не твой бордель.
Раввак прошел вперед и сел в низкое широкое кресло, положив ногу на ногу.
– Что за дело?
– придя в себя, спросил Савад.
– Дело честное. И верное. Твоя задница за... Скажем, за мою свободу.
– Я не понимаю!
– Это понятно. Я сейчас все тебе объясню.
Продолжая держать его на стволе "Токарева", Раввак вынул из кармана сигарету и закурил. Теперь к нему вернулся весь его оптимизм. Он долго ждал и вот теперь мог насладиться запахом табачного дыма!
– Этим вечером, - начал он, - один человек, fransawi, играл у тебя и выиграл крупную, очень крупную сумму. Потом он вышел из таверны, и на набережной на него напал один араб, который ранил его ножом и отобрал весь выигрыш... Он убил бы его, не будь я поблизости. Fransawi попросил меня помочь ему дойти до полицейского участка. Там он сделал заявление о покушении на убийство и дал приметы грабителя.
Раввак замолчал, попробовал выпустить колечко дыма, но безуспешно. Заинтересованный рассказом Савад нахмурился.
– Какая связь между твоей свободой и моей жизнью?
– спросил он.
– Минуту!
– ответил Раввак.
– Сейчас скажу! Fransawi заявил копам, что уже видел этого типа в таверне. Он видел его у тебя, Джамиль Савад! Патруль вышел на охоту и, как я полагаю, не нашел его у тебя. Я сопровождал француза. Он попросил меня отвезти его в отель и там сказал, что настоящий грабитель - ты.
– Я?
Удивление Савада было неописуемым, и Раввак от души посмеялся. Его фабула оказалась выше всех похвал.
– Да, ты!
– подтвердил Раввак.
– Этот fransawi думает, что ты хотел получить назад выигрыш. Он уверен, что это ты поручил парню с фиолетовыми глазами отобрать у него бабки, а потом убрать его.
Раввак сделал паузу. Он заметил, как Савад моргнул, услышав про парня с фиолетовыми глазами, и почувствовал, что интерес хозяина таверны возрастает.
– Итак, - продолжал Раввак, - fransawi сказал, что пока копы разбираются с нападавшим на него, он должен наказать истинного виновника преступления. Он долго трепался со мной и, в конце концов, убедил. Похоже, он богат. Очень богат, и ему глубоко плевать на потерянные бабки. Он жаждет мести и пообещал мне сто тысяч франков, если мне удастся прикончить тебя. Сто тысяч новых франков... Это и есть мое дело.
Савад все еще был удивлен. Рассказ Раввака дал несколько деталей к его головоломке, о которой он не подозревал несколько часов назад. И этот тип с "Токаревым" в руке делал ему предложение. Жизнь за свободу! Что этот парень подразумевал под свободой?
– Моя жизнь... Твоя свобода...
– задумчиво произнес Савад.
– Мне это подходит. Но что это означает - твоя свобода?
– Может быть, бабки... А может быть, кое-что другое...
– ответил Раввак.
– Например, если ты поможешь мне выбраться из Джибути, мы будем квиты.