Хищник

Ридпат Майкл

— Извини, не знаю. Но если тебе интересно, спроси об этом Калхауна. По поводу этих тестов он знает все.

— А где сейчас Калхаун? В отделе кадров?

— Насколько я знаю, год назад его уволили.

— Какая жалость, — усмехнулся Крис. — Как они могли так мерзко поступить с таким очаровательным парнем?

— Особенно после всего того, что он для них сделал, — сказала с улыбкой Эбби.

— Не знаешь, случаем, где бы я мог с ним пересечься?

— По-моему, он всё ещё сидит без работы, — ответила Эбби. — Сразу предупреждаю, что номера его домашнего телефона у меня нет.

— Нет так

нет. Если понадобится, я его узнаю. Спасибо тебе за помощь, Эбби.

— Не стоит благодарности, — произнесла Эбби, увидев новую вспышку на табло и поднимая телефонную трубку.

10

Крис сел в лифт и поднялся ещё на два этажа. Когда двери раздвинулись, он оказался в отделанной мрамором приёмной, где всем заправляла молодая ухоженная женщина. Она предложила Крису занять глубокое мягкое кресло, угостила его чаем и сказала, что мистер Эстли примет его в самом непродолжительном времени.

Ждать пришлось довольно долго, но Крис не торопился. Он наблюдал за людьми, которые входили и выходили из офиса, всякий раз демонстрируя свои идентификационные карточки зелёному волчьему глазку, горевшему в панели рядом с дверью.

Крис вспоминал полицейское расследование, учреждённое в связи с гибелью Алекса. Все, кто был на борту яхты, договорились отвечать на вопросы одинаково. Они рассказали полицейским все, как было на самом деле, даже о ссоре между Алексом и Дунканом рассказали, опустили лишь тот факт, что между ними произошла драка. О том, что Алекс якобы сорвался в воду, говорили только Ленка и Дункан. Остальные находились на мостике и, как считалось, самого момента падения за борт не видели. Потом, через две недели после предварительного допроса, их снова вызвали в полицию. На этот раз их допрашивали двое весьма въедливых детективов, которые, казалось, видели в этой истории нечто большее, нежели банальный несчастный случай. Что-то в рассказе находившихся на борту яхты людей вызывало у них подозрение, но что именно, они, похоже, и сами не знали. Один из них спросил у Криса, была ли на борту драка, на что Крис ответил, что если и была, то он, Крис, ничего подобного не видел. Нервы у стажёров были на пределе, но они тем не менее решили придерживаться принятой ими вначале версии. Дункан, правда, расклеился и едва не раскололся, но Эрику и Крису удалось уговорить его хранить молчание.

После второго допроса Йену, Дункану и Крису было предложено задержаться в Нью-Йорке ещё на неделю — на тот случай, если всплывут новые обстоятельства дела. Эта неделя позволила британцам принять участие в похоронах Алекса. Дункан и Ленка находились в чрезвычайно подавленном состоянии духа и винили себя в его смерти. Йен все больше помалкивал и с мрачным видом бродил по комнате. Ленка в течение этой недели пару раз основательно напилась и старалась избегать встреч и разговоров с Дунканом.

Хотя ближайшим другом покойного был Эрик, он не впал в депрессию, а вместе с Крисом пытался поднять дух маленькой компании и успокоить её. Прошла ещё одна неделя, полиция закрыла дело, и британцы, с облегчением переведя дух, отбыли наконец на родину.

— Привет, Крис. Извини, что заставляю тебя ждать, — сказал Эрик, выходя из офиса. — Я надеялся освободиться пораньше. Боюсь, тебе придётся

подождать меня ещё минут двадцать.

— А я не могу подождать тебя в твоём кабинете?

— Извини, — сказал Эрик, — но в эти двери может заходить только ограниченное число людей. Абсолютная безопасность — вот лозунг «М & А» в наши дни.

— Понятно, — протянул Крис. — Но у меня дело-то, в общем, минутное. Хочу разыскать Калхауна. Ты не знаешь, случаем, кто мне может в этом помочь?

— Ты о Джордже Калхауне? — уточнил Эрик. — Не волнуйся. Я сведу тебя с человеком, который знает этого типа. — Эрик кивнул ему и скрылся за тонированными дверьми своего кабинета.

Крис увидел в углу приёмной телефон и спросил у красотки, которая угощала его чаем, можно ли ему воспользоваться аппаратом. Когда разрешение было получено, Крис набрал номер фонда «Карпаты». На телефоне сидел Олли.

— Плохие новости, — сразу, даже не поздоровавшись, сказал он.

Сердце у Криса ёкнуло.

— Ну, что там у нас ещё?

— Проявились люди из «Мелвилл кэпитал менеджмент». Они отзывают свои средства.

Крис закрыл глаза. «Мелвилл кэпитал» была небольшой фирмой, расположенной в Принстоне. Она объединяла средства полудюжины частных колледжей, разбросанных по Америке. Всего-навсего они внесли в фонд «Карпаты» три миллиона евро — не так много, если разобраться. Но если эти три миллиона приплюсовать к средствам, которые отзывал из «Карпат» Руди, картина получалась ещё более удручающая, нежели предполагал Крис. Но худшее было впереди — тот факт, что Руди и «Мелвилл» отзывали из фонда средства, мог всполошить других инвесторов и вызвать у них аналогичную реакцию.

— Эти парни из «Мелвилла»… Они назвали причину, почему отзывают средства?

— Нет. Сказали просто, что хотят вернуть свои деньги в течение оговорённых законом тридцати дней.

Хотя с инвесторами в основном общалась Ленка, Крису тоже приходилось пару раз с ними встречаться. Но вот из «Мелвилла» он не знал никого. Правда, он недавно звонил туда, чтобы поставить их в известность о смерти Ленки.

— Как, чёрт возьми, звали парня, которому я звонил, когда умерла Ленка? — с раздражением спросил он у Олли. — Зицка? Зисска? Что-то вроде этого…

— Доктор Мартин Жижка, — сказал Олли.

— Дай мне его телефон.

Олли продиктовал ему номера «Мелвилла».

— Спасибо, Олли…

— Ну и что ты теперь будешь делать? — поинтересовался Олли.

— Попрошу их не торопиться с отзывом средств.

— В таком случае желаю удачи, — бодро сказал Олли, а потом, уже совсем другим голосом, с опаской спросил: — А как у тебя дела с «Амалгамейтед ветеранз»?

— Лучше не спрашивай…

Крис повесил трубку и набрал номер «Мелвилла».

— Жижка, — послышался на противоположном конце провода голос — такой тихий, что Крис едва разобрал фамилию.

— Доктор Жижка? — уточнил на всякий случай Крис.

— Да, — проблеял представитель «Мелвилла».

— С вами говорит Крис Шипеорский из фонда «Карпаты».

— Слушаю вас, — сказал Жижка, слегка повышая голос. Судя по тембру и интонациям голоса, означенный доктор Жижка не испытывал большого желания беседовать с Крисом.

— Насколько я понимаю, вы собираетесь отозвать свои средства из нашего фонда?