Хищник
Шрифт:
Она скрестила ноги, открыв моему взгляду берда, прежде чем приспустить задравшуюся юбку.
— Я люблю женщин. Так почему бы мне не быть в окружении самых красивых из них?
Мне нравилось, что женщина передо мной за словом в карман не полезет.
— В этом мы с тобой похожи, — сказал я.
Она кивнула в сторону двери.
— Можешь развлечься с ней. У нее нет особых предпочтений.
— Это не интересно.
— Не ищешь легких путей, Бородач?
Если бы я не знал, что она лесбиянка, то подумал бы, что она флиртует со мной. Но, несмотря на это,
— И это все, что ты можешь мне предложить? — ответил я, откинувшись на спинку кресла и скрестив ноги. — Лейла, я здесь не ради киски. Не ради твоей и не ради киски Сабрины. У меня нет с этим проблем. Меня интересуют только бабки. Итак, давай поговорим о них.
Положив руки на стол, она потерла их, массируя кожу.
— Я не знаю, что именно тебя интересует. Ты даже намека не сделал. Итак, на сегодня я назначила встречу с одним из моих... — она сделала паузу, — клиентов по охране окружающей среды. Мы можем начать с него. Если захочешь инвестировать — здорово. Если захочешь узнать больше, дай мне знать.
— Отлично, я поведу.
— Перед тем, как мы отсюда выйдем, я хочу, чтобы ты подписал кое-какие бумаги.
Я ожидал этого. Если бы она не подготовила никаких документов для подписания, я начал бы беспокоиться. Она должна защищать своих клиентов. Я был уверен, что кучка листов, которую она положила передо мной, была только началом.
— Дай мне ручку, — сказал я.
***
Лейла привезла меня на двухэтажный склад, и мы поднялись по металлической лестнице на второй этаж. Здесь была только одна лестница, ведущая к одной двери, и она постучала в нее.
Это место было менее чем в километре от порта Майами, одного из крупнейших по перевозке наркотиков, оружия и нелегальных иммигрантов. Мне стало интересно, кто из них ждет меня по ту сторону двери.
Замок щелкнул, и вышел мужчина.
— Лейла, — сказал он. — Рад видеть тебя.
У него были дреды. Борода была такой же густой, как моя, а одет он был в гребаную футболку с нарисованным галстуком.
Я не был удивлен, ведь я уже знал, зачем мы здесь и какой продукт он продает.
— Йерем, — сказала Лейла. — Рада видеть тебя, мой друг, — они поцеловали друг друга в обе щеки. — Знакомься, это Бородач.
Он кивнул мне.
— Бородач, рад познакомиться, мужик. Пойдем, посмотришь, чем мы тут занимаемся.
Мы остались на той же металлической платформе, но как только дверь позади нас закрылась, мы увидели весь интерьер склада. Огромное пространство было одной гигантской теплицей. Тысячи растений располагались тут, а также мощная система освещения, система вентиляции с воздуховодами, висящими на открытых стропилах, система орошения, которая выглядела более технически навороченной, чем кабина пилота.
Наркоман бы душу за это продал.
— Хочешь, проведу экскурсию? — спросил Йерем.
Даже отсюда я мог учуять, насколько отличными были шишки.
—
Хиппи улыбнулся, вытаскивая косяк из-за уха.
— Конечно, чувак, — он протянул мне зажигалку. — Поджигай.
Я взял один конец косяка в рот, поджег противоположный, и вдохнул. Йерем знал, как правильно скрутить косяк. Не слишком туго, чтобы можно было затянуться, но достаточно крепко, чтобы он не развалился в моей руке.
До начала покалывания потребовалось всего несколько затяжек. Оно появилось в моей груди, заиграло, как концы электрического провода. Травка в Венесуэле была очень хороша. Она давала мне то ощущение парения, которое помогало отключить все, кроме криков. Но эта оказалась другой. Мое тело немело, и это ощущение уже дошло до рук, охватывая даже чертовы пальцы на ногах.
— Что это за дерьмо? — спросил я, многозначительно глядя на косяк между моими пальцами.
— Это подвид, над которым я работаю, — сказал Йерем. — Он может помочь пациентам с болезнью Паркинсона и мышечными заболеваниями, когда постоянно мучают боли и тремор во всем теле. Так что думаешь, чувак?
Лейла покачала головой, когда я предложил ей косяк, поэтому я еще раз затянулся и передал его Йерему.
— Никогда такого не пробовал, — я выдохнул густое облако дыма и закашлялся. — Вы тут занимаетесь этим, ориентируясь только на медицину?
— Не только, еще производим пищевые добавки. У нас тут есть целая кухня по ту сторону здания, где мы делаем все: от конфет до хлопьев, — он не закашлялся. Даже не выдохнул. Он затянулся раз, а затем еще один. — Пока делаем упор на лекарства, но скоро сможем расшириться, здесь, во Флориде. Когда мы это сделаем, тогда начнем поставки.
Я схватился за перила и посмотрел на сотрудников. Они стояли между рядами растений — одни обрезали листья, другие опрыскивали их. Я насчитал не менее пятнадцати человек.
— Лейла, — сказал я, поворачиваясь к ней. — Можно тебя на секунду?
— Можете остаться здесь, — сказал Йерем. — Когда будете готовы, отправляйтесь вниз по лестнице, я буду там.
Я подождал, пока он спустится вниз, и затем сказал:
— Этот склад с растениями — не шутка.
— Нет, но я считаю, что это может быть отличным капиталовложением для тебя. Законодательный орган Флориды довольно лоялен к такому бизнесу. Как ты уже знаешь, лекарственные препараты проходят тщательную проверку. Но Йерем надеется на рекреационную сторону бизнеса, и, к счастью, это место все еще может процветать, независимо от того, одобрят их или нет.
Думаю, я уже знал ответ, но все же спросил:
— Сколько из этого проходит нелегально?
Она схватилась за перила недалеко от моих рук.
— Сейчас около сорока процентов. Но этот процент изменится, когда запрос одобрят.
Если его одобрят.
Продажа на «улицах» давала хорошие деньги. Но всякий раз, стоит только вмешаться государству, начинается так много гребаной волокиты. Слишком много народу мешается в таком бизнесе.
А это значит, что в их поле зрения попаду и я.