Химеры
Шрифт:
— А что прекрасный господин там такое интересное читает? — недовольно спросил принц. Рамиро захлопнул книгу и покраснел. — Наверное, нечто значительно более интересное, чем мои песни.
— Прошу прощения, я не нарочно… — начал оправдываться Рамиро. Принц недовольно сверкнул на него серебряными глазами и вскинул голову, окружающие мрачно молчали. — То есть машинально… Песни ваши очень интересные!
— Что это за книга? — настаивал Анарен. Рамиро невольно подумал, что тот в бытность свою ребенком был очень капризным.
— "Песни
Серебряные глаза чуть расширились и лицо принца застыло красивой маской.
— Мигеля Халетины? А разве он не… То есть, когда он ее написал?
— Уже в зрелые годы, когда жил на севере, перед тем, как стал лордом Нурраном.
— Что-о-о? — Анарен отставил арфу и поднялся со стула. Потом шагнл к Рамиро и требовательно протянул руку. — Позвольте мне эту книгу, прекрасный господин.
— Но это подарок. Я не могу.
— На пару дней. Почитать, — Анарен криво усмехнулся, и лицо его вдруг стало страшным.
Рамиро неохотно протянул книгу. Принц принял ее, словно боясь обжечься, потом повернулся к остальным.
— Прошу меня простить, вынужден удалиться, — сказал он, игнорируя разочарованные возгласы. — Плохое самочувствие. Всего доброго.
— Авантюру вы затеяли, — проворчал Гваль, перезаряжая пистолет. — Киаран, ну куда тебя несет на ночь глядя. Сожрут.
— Мы и сами отлично справимся, — Киаран надулся.
Ньет перетягивал шнуровку на тяжелых военных ботинках и помалкивал. Ему было интересно, что задумала полуночная малявка.
— Понимаешь, Гваль, если мы их не найдем, то кто знает, что может случиться. Если это наймарэ… он все что угодно может натворить. Мне Нож рассказал о том, что было в Катандеране, если то же самое начнется в Химере… с сестрой можешь попрощаться. Но если боишься — с нами не ходи.
— Вы улицы не знаете и карту читать не умеете, — буркнул Гваль. — Отпусти вас, живо заблудитесь. И сожрут вас где-нибудь. Что будете проверять в первую очередь?
— Вот этот большой гастроном, — Киаран потыкал пальцем с темным заостренным ногтем в карту с флажками. — Его неоднократно обворовывали, а набор украденного… странный. И я умею читать карту, Гваль. Если дело только в этом.
— Я хочу пойти, — Гваль сказал, как отрезал. — Это дело меня касается, а вам не помешает присмотр. Все.
Ньет внимательно пригляделся. Эти двое, похоже, что-то скрывали. Какой-то тяжелый разговор или кошка между ними пробежала… Кажется именно Гваль привез полуночную малявку в Химеру.
— Ты мне не лорд, чтобы указывать, — взбеленился Киаран. — Я жалею, что вообще согласился тебя взять.
— А ты не жалей. Без меня тебя собаки сожрут, забыл?
— Если бы ты не сунул
— Это был единственный выход!
— А я-то еще не стал тебя есть!
— Кхм! — громко кашлянул Ньет. Найл и полуночный обернулись к нему и замолчали.
— Если вы хотите выяснять отношения, то, может быть, пойдем на разведку завтра? Наймарэ наверняка подождет, приостановит свои дела. Я тогда в казарму вернусь, у меня свой человек есть, и он беспокоится, кстати.
И мы никогда не ссоримся, хотел прибавить Ньет, но это было неправдой.
— Он не мой человек, — сердито бросил Киаран и надулся. — Еще чего.
— Да ладно заливать.
Гваль непонимающе посмотрел на двух нелюдей и сжал губы.
— Идем.
Киаран пожал плечами и пошел к выходу. Он был одет, как обычный найлский подросток — парусиновые штаны, майка и куртка. Острые ушки скрыл под платком.
— Если наткнемся на наймарэ или на его людей, не стоит мне в УКВДшной форме разгуливать. Попробую втереться в доверие, а вы проследите, куда пойдем. Днем вернетесь с подмогой.
— План конечно хороший… — с сомнением пробормотал Ньет. — Вот только наймарэ нас за версту почует.
— Вряд ли он сам по улицам ходит. Скорее его слуги, а они просто глупые дети.
— Не стоит недооценивать глупых детей, — буркнул Ньет, — Они хитры, сообразительны и осторожны, когда делают глупости. Чем опаснее глупость, тем хитрее дети.
— Ты так хорошо знаешь человеческих детей? — удивился полуночный. Ньет дернул плечом и поморщился, не желая вдаваться в подробности. Гваль сказал:
— А как ты собрался втереться им в доверие, Киаран? У тебя же на лбу написано…
— Если я не отводил глаза тебе, Гваль, не значит, что я этого не умею. — Слуа улыбнулся, показав острые клычки.
— Чертова Полночь.
Гваль насупился и на время прекратил расспросы.
На улице смеркалось — на севере темнеет рано. Оборванные клены и липы сиротливо мокли под мелким дождем.
Мимо общежития УКВД прошел наряд с собаками и фонарями. Ньет поежился и втянулся поглубже в стеганый воротник форменной куртки. Киаранов найл повертел в руках пропуск на время комендантского часа, подписанный кем-то из высших офицеров, аккуратно сложил его и спрятал в карман шинели.
Фуникулер теперь ходил до девяти вечера, но народ исчезал с улиц гораздо раньше. Они ехали в полупустой освещенной холодным светом грохочущей коробке, Ньет с любопытством смотрел в окно, на проплывающие мрачные громады химерских зданий. Киаран молча сидел на деревянной лакированной скамье, сцепив пальцы и глядя прямо перед собой темными глазами. Найл откинулся на спинку, вытянул ноги и скрестил руки на груди.
— А если они не появятся сегодня?
— Значит, не повезло. Но на пропажи в гастрономе поступают жалобы где-то раз в три дня. В последний раз — позавчера. Так что, почему нет.