Химера
Шрифт:
Но на долго в них не задерживаются. Ведь можно прямо на месте потратить их на разнообразное количество выпивки и синтетических наркотиков. Тяжело устоять, когда этой дрянью вымазаны упругие сиськи шлюхи, ерзающей на твоих коленях.
Вот и получается, что набирать служителей закона из восьмерок не имеет смысла, потому что они все повязаны. А пришлые быстро скатываются во все тяжкие, измазываясь в общем дерьме. Да и выбора у них особо нет.
Были и принципиальные, кто не шел на компромисс, не открывал двери злачных заведений.
Если раньше для них это была просто работа и обстоятельства, то сейчас в Департамент Восьмого сектора переводят исключительно за грехи. И накосячить надо серьезно, чтобы оказаться здесь. Поэтому нынешний штат серых кителей изначально приходит сюда далеко не белыми и пушистыми.
И если кого-то ненавидят тут больше инквизиторов, то это старого Кроста. Он изначальная восьмерка. Прибыл сюда давным-давно вместе с беженцами, как-то устроился и получил значок. За это остальные восьмерки его презирают.
А копы презирают за то, что он изначальная восьмерка. Замкнутый круг. Но Крост хитрый лис. Не высовывается, в чужие дела нос не сует, вопросов не задает. Сидит себе спокойно, перебирает бумажки, занимается всякой скучной рутиной. Он никого не трогает, его никто не трогает.
А в этих местах такой расклад все же считается достижением.
— Выкатывайся, восьмерка. Конечная, дальше ногами топай.
Солдат в полевой форме толкает меня прикладом автомата в плечо. Спросонья захотелось затолкать ему этот приклад в одно место, но я быстро взял себя в руки. Я тут проездом, считай в гостях, а не у себя дома. Да и с этими ребятами ссориться не стоит без серьезного повода.
Если к кому-то из жителей Альтаира я и относился без ненависти, то это к единицам. У них и так жизнь не сахар, а мы с ними одно дело делаем, если сильно обобщить. По сути, весь первый сектор состоит из военных. Ночные твари лезут с севера. Беженцы бегут с севера. Другие города-государства расположены в основном на севере. Так что главные ворота Альтаира — самое охраняемое место.
Тут и внутренние войска, следящие за порядком и фасующие беженцев по секторам. Тут и гарнизон Стены, регулярно отбивающий нападения Ночных. Тут же и главный транспортный узел, откуда распределяются многочисленные поставки материалов, добытых в пустошах.
Сектор полностью милитаризован, так что тут никто не живет. Не считая многочисленных казарм и военных лагерей для недавно прибывших. Да еще базы сталкеров, которые совершают регулярные рейды за Стену.
Поезд довез меня почти до самого центра сектора. Дорогу я знал хорошо, жаль только, что пополнить запасы браги тут негде. Слишком суровая дисциплина для маленьких радостей жизни.
Уже через час я пересек все палаточные города и многочисленные заборы с колючей проволокой. Остановился возле арки ворот внутренней стены Альтаира.
Попасть в центр дано не каждому. Все восьмерки мечтают оказаться здесь, многие кладут на это всю свою жизнь. Предел мечтаний для человека. Круче центра, только второй сектор, где живет местная аристократия и высший свет общества. Но туда невозможно попасть, если не родился с золотой клюшкой для гольфа в заднице.
У меня же на проход через внутреннюю стену ушло около двадцати минут. Трижды досмотрели, дважды просканировали, все проверили, отобрали оружие и только после этого пропустили внутрь. Как будто я без револьвера не смогу навести тут шороху.
Свежий, чистый воздух центра молотом врезал мне по мозгам. Дышать было непривычно и оттого противно. А еще это открытое небо откровенно нервировало. Без переплетений сотен проводов над головой, создавалось ощущение, будто выбрался из пещеры. И вот-вот на голову упадет какая-нибудь летающая тварь.
Подавив в себе нарастающее напряжение, я пошел вперед знакомой дорогой. В центре я уже бывал и не раз. А вот в Департаменте Инквизиции я давно уже не показывал своей рожи. Нечего мне там делать.
На входе очередные проверки, так что к Кирии меня пропустили минут через десять только. Да и то с конвоем. Даром, что сам инквизитор, так еще и двух вооруженных солдат приставили.
Женщина сидела в зале для совещаний во главе большого круглого стола. Если бы не суровый взгляд и вечно напряженное лицо, ее можно было бы даже назвать красивой. По крайней мере, фигуру она держит и спуску себе не дает.
— Кира, — поприветствовал я ее, плюхаясь в кресло напротив, когда провожатые закрыли за мной массивные двери. — Как жизнь, че нового?
— Я даже отсюда чувствую запах перегара. Ты опять пьян? Середина дня.
— Ну, если так посмотреть, то все еще.
— Все еще что? — повысила она голос.
— Все еще пьян. Не вижу смысла быть трезвым. Не в этой жизни, по крайней мере.
— Восьмой, — тяжело вздохнула женщина. На мгновение тяжкое бремя ее должности отпечаталось в глазах. Но она быстро взяла себя в руки. — Ты вообще хоть иногда можешь быть серьезным?
— Могу, — кивнул я, доставая бутылку с остатками браги и делая глоток. — Хочешь? Дерьмо, конечно, но тебе явно не повредит немного.
— Воздержусь. У меня в отличие от тебя, есть обязанности. Что ты учудил ночью в седьмом районе?
— Опять сто пять, — закатил я глаза. — Ну ты сама же видела отчет Теннеси. Не я это был.
— Только вот среди трупов нашли именно тебя. Ничего не хочешь объяснить?
— Без понятия. Им там новую дурь подвезли забористую. Так что я либо за ней пришел, либо уже в процессе решил развлечься. Могут же и у меня быть свои слабости.
— Ты весь одна большая слабость, Восьмой.
— Ну не скажи. Так-то я парень хоть куда. Или уже забыла?