Химера-2

Бо Вова

Мы зашли внутрь. Если честно, я уже на ногах еле держался. Даже простая пешая прогулка доставляла массу неудобств и боли. Казалось, что стоит шагнуть еще раз и кости в ногах просто сломаются.

Корст жил в самом дальнем углу здания. Маленькая квартирка на первом этаже с одной комнатой и прихожей, являвшейся по совместительству и узкой кухонькой. Для восьмерки просто хоромы. Мало у кого есть своя кухня с настоящей плитой.

Воздух был мерзковато-чистым. Но дышалось легко, хоть и непривычно. А ведь он мог просто продать

эти фильтры и спустить деньги на шлюх и алкоголь. Как сделал бы любой другой на его месте. Хотя какие шлюхи в его возрасте?

Мелкую отправил сразу на продавленную кровать. Та послушно села, подтянув колени к груди. Кажется, ей здесь нравится. По крайней мере перестала хмуриться, как делала всю дорогу.

Корст расстелил на полу откуда-то взявшийся матрас, достал даже вторую подушку. Ну ничего себе гостеприимство. Затем утопал на кухню, где вскоре послышалось мерное гудение плиты.

– У тебя хоть имя есть? – спросил я тихо, присаживаясь на матрас спиной к теплой стене. – Меня зовут…

Я запнулся. А как меня зовут? Раньше Восьмым, по номеру курируемого района в секторе. А свое имя я даже и не помню.

– Ладно, – сдался я молчаливому взгляду. – У меня тоже нет имени. В этом мы чем-то похожи.

– Можем звать тебя Чед, – произнес Корст, заглядывая в комнату. – Сокращение от «Черный Дьявол».

Я посмотрел на старика. Даже не удивился тому, что он знает. Значит копы тоже в курсе. А из этого следует, что утром будет знать весь сектор. Такое себе удовольствие.

– Срань, а не имя, – проворчал я. – Не нужно оно мне. Без имени жил и до сих пор жив.

– Тогда, – пожал плечами Корст. – Ты можешь звать его папой.

– Че? – дернулся я.

– Папа, – прошептала мелкая.

– Че? – дернулся я в другую сторону.

Корст тихо расхохотался и позвал нас пить чай. Я посмотрел на мелкую, но она не собиралась никуда вставать. Лишь плотнее поджала колени к груди.

– Мы с тобой не договорили, – произнес я мелкой, поднимаясь с матраса. – И никаких пап, ясно?

Снова тишина была мне ответом. Я добрел до кухни. Корст сидел на старом потертом диванчике, а мне предложил стул, который не внушал доверия, мягко говоря. Но я аккуратно присел, и, что удивительно, стул скрипнул, но выдержал.

– Вес химеры увеличивается значительно, но лишь в активной фазе, – произнес Корст. – Не знаю как, но гены Иных игнорируют некоторые законы физики. Например, закон сохранения энергии.

– Это я и так знаю. Хотя про вес как-то не задумывался. Давно ты узнал?

– Два года назад.

Я чуть не поперхнулся горячей вареной травой.

– Так плохо? – с грустью спросил старик, кивая на чашку с чаем.

– Нет, – ответил я поспешно. – То есть да, отвратительное пойло, но не в этом дело. Два года? Копы все знали?

– Копы до сих пор ничего не знают, – возразил он. – Инквизиция подняла всех на поиски Восьмого инквизитора, объявленного вне закона. За сговор

с Черным Дьяволом. То есть считается, что вы два разных… – он замялся на последнем слове.

– Существа, – подсказал я.

– Эх-х… Неважно.

– Откуда ты узнал, Корст? – спросил я с нажимом.

Готовый в любой момент сломать ему шею. Все это больше походило на спланированную западню, но верить не хотелось. Если Корст специально заманил меня сюда, а я как идиот сунулся в петлю… Это будет обидно. Кто угодно, но не он.

– Да у тебя вообще мозги спеклись давно, – пробурчал Восьмерка. – Столько бухла и наркоты.

И демонстративно отхлебнул из своей бесконечной фляги. Что-то внутри поднялось огненным комом при взгляде на Восьмерку, вальяжно расположившуюся прямо на плите. От этого чувства Восьмерка с удивлением посмотрел на свою флягу и перевернул ее вверх ногами.

Ни одной капли не сорвалось вниз, сколько бы он ни тряс пустую флягу. Восьмерка укоризненно посмотрел на меня.

– Скотина завистливая, – пробурчал он и растворился в воздухе.

– Мы все об этом знаем, – ответил Корст на мой вопрос. – Те из нас, кому положено знать, если быть точным.

– Мы – это кто? – спросил я, все еще готовый свернуть старику шею.

– Обладатели таких вот монет.

На стол упал металлический кругляш с изображенным на нем черным силуэтом кота. Я достал из кармана свой и положил рядом. Монета Корста была потертой, но вполне чистой. Моя же выглядела новой, хоть и залитой кровью.

– Значит ты тоже на него работаешь, – произнес старик, словно в ответ на свои собственные мысли.

– Я ни на кого не работаю.

– Если у тебя есть монета, значит работаешь. Хочешь ты того или нет.

– Да с чего это вдруг? – начал закипать я.

– А та девочка в комнате? – он кивнул в сторону мелкой. – Хочешь сказать, что все случайно произошло? Или ты целенаправленно ее искал?

– Она просто оказалась не в том месте, не в то время, – пробурчал я.

– Ага, – улыбнулся старик. – Опытная химера, прошедшая войну с Иными в первых рядах, обучавшаяся в застенках инквизиции, еще и с гипертрофированным желанием защищать слабых, возникшем на фоне потери жены и ребенка.

– Не перегибай, Корст! – прорычал я.

– Извини, Восьмой, – кивнул он.

– И я больше не Восьмой, – продолжил заводиться я.

– Ты пей чаек, – кивнул он. – Травяной, успокаивает. Можешь мне не верить, но ваша встреча не случайна. Вряд ли кто-то кроме тебя смог бы вырвать малышку из лап инквизиции.

– Ее сопровождал Черный Дьявол. А я его грохнул.

– Вот как, – произнес он. – Я не знал. Я ведь просто работник, мне не все рассказывают.

Я не понял, которую из своих двух работ он имел ввиду. Полицейского или на этого фальшивомонетчика.