Херег-меченосец

Никатор Александр

— Ты где и от кого это слышал?! — продолжал хохотать Клаус, — Ахахаха…а если чем-рану загноишь, а? Представляешь: после каждого приёма новых рыцарей, самим себя резать? Ахахах-ну нет! И врагов для этого хватает…Если ножиками самим себя ковырять, то скоро весь мой рыцарский отряд в лазарете окажется и «мясники» госпитальеры-им «расковырянные» ручки будут пилками своими отрезать, а оно нам надо?!»

До Хелега дошло: здесь, в отсутствии йода или «зелёнки», когда медицинский спирт и прочие антисептики неизвестны, больше всего бойцы боятся заражений, которые и так часты из-за антисанитарных условий и плохой воды в колодцах, которая при недостаточном кипячении-почти медленная отрава.

Далее были тосты и

здравицы — в честь новоявленного «брата» и командира, «нашедшего достойнейшего» для пополнения. Обещания друг другу в «верности до гроба» и прочая…Как ни удивило это Хелега, однако сам ритуал после посвящения скорее походил — на собрание коллектива: с политинформацией и дальнейшими возлияниями. Всё. Никаких ударов мечом по плечу или обхода лежащего новичка с зажёнными подсвечниками и заунывными песнями…Ничего! Испытания-да интересно, ритуал и принятие-несколько стандартно и буднично, хотя кубки с вином всё более наполняли Хелега радостью от своего нового положения в цитадели.

Глава двенадцатая

В «зал ожидания» в арсенале, постепенно стали подтягиваться всё новые рыцари: кто пришёл с дежурства, а кого смогли «дотащить» товарищи, прямо из лазарета. Теперь рыцарей стало девятнадцать-девять, что изначально «испытывали» кандидата, командир Клаус, сам Хелег, раненный рыцарь и его сотоварищ, что притащил хворого на себе, двоенедавно сменившихся дежурных рыцарей и некий брат меченосец, что был на молитвствовании в церкви и пришёл завидев огоньки в окнах арсенала, а также трое недавно заехавших после ночного дозора.

Посвящение постепенно превращалось в чисто мужскую попойку, а та, в свою очередь-в вечер баек и «откровений. Вспоминались какие-то старые бои и обиды. Рыцари хватались за кинжалы и лейтенанту Клаусу нередко приходилось орать, на находящихся «под хмельком», братьев. Иногда он начинал «действовать»: захватом накидки и лёгким встряхиванием особо буйного рыцаря.

Хелег присел возле раненного собрата, которого привели из лазарета и так как ранее пару раз менял ему «гнойные обмотки», то запросто смог начать разговор, надеясь что в пьяном угаре братья рыцари разболтают чуть больше о землях, где он сейчас находился: «Вы брат, также, после крупной потасовки-стали рыцарем меченосцем?»

— Хто-я? — искренне удивился раненный рыцарь, — Не…хе-хе-хе, у меня дядька родной, на крупном комтурстве в наших палестинских территориях, да и род наш, многих рыцарей поставил для орденов, поэтому и впихнули меня сюда. Я то хотел куда потише и прибыльнее…,-продолжал, разговорчивый от выпитого, рыцарь, — Ну там: в иовиты-которые на деньгах спят или госпитальеры-которые знают такие снадобья, что могут любую бабёнку себе в постельку заполучить, храмовники-которых все боятся или в иезуиты-что по всему миру ездят…Но! Дядька сказал, что мне: лишь в крепостях сидеть, да пиво пить-вот и приходится маяться в гарнизонных крепостицах меченосцев. В походы меня не берут, чего-то опасаясь, а метнутся к иным орденам-уже тяжело.

Хелег призадумался от услышанного, оказывается-здесь был далеко не столь «жёсткий» отбор, как ему изначально представлялось и, что удивительно, опять упоминались некие «иезуиты-что «по миру ездят». Которые, как опять вспомнилось Хелегу по прошлому месту проживания-должны были появиться лет на сто позже…или всё же «тайный» орден специально всех «запутал», с годовщиной своего образования?

— Хм…Ещё раз-простите брат мой! Так значит здесь много достойных сыновей великих семейств, что оказались в нашем ордене?

— Чего?! Ты о том, кто и как сюда попал, что ли? Слушай-слушай, — болтливый рыцарь отпил большой глоток из своего кубка и начал с удовольствием тараторить, — Те двое, что у окна хохочут и жестикулируют-как и ты, за «подвиги» где то там у чёрта на рогах-нас оказались. Бывшие ветераны

сержанты. Лет семь назад, кажется в литвинских землях, нас довольно сильно «уменьшили» числом, да впрочем не первый или последний раз, думаю — и было принято решение: часть сержантов, что особо отличились в бою и были не совсем уж чурбанами-ввести в рыцарский отряд меченосцев. Так что ты не волнуйся, ты не первый из «простоты», — похлопал раненный рыцарь Хелега по плечу и не замечая удивления, от своего хамства у собеседника, продолжал, — Наш юрист, имеет родственников среди иовитов, а те и купили ему тихую и спокойную должность. В походы он, как и я-не ходит, зато представляет наши интересы в канцеляриях «Совета» и помогает Клаусу с отписками, от совсем уж диких приказов, навроде: «Зачистки всей территории маркграфства-в недельный срок, от любых отрядов протестников, после выполнения-доложить!» Вот при получении оного они вдвоём запираются в кабинете и начинают, используя статуты и законы — сочинять объяснения, почему это невозможно, в принципе и согласно букве закона. Хотя, в основном, такие как командир Клаус и прочие, отбираются заранее-после обучения при монастырях. И те монахи что занимаются отбором, доминиканцы, вроде-уже и не помню кто меня…хм…в общем — на основе эллинских и ромейских книг они смогли создать систему, при которой каждый орден получает наиболее подходящих ему дворянских детей. Почти всегда…

— Прошу прощения брат, а кто же тогда остаётся самим дворянам, то есть им кто остаётся для управления фьодом?

— Дебилы, забракованные орденами, ну или если маменька с папенькой, «позолотят» ручки «отборщиков», то им могут оставить дитятю, хотя на королевские и имперские престолы-лишь «дурачков» и ставят, чтоб не мешали «Совету Орденов». Эти шибздики себе тихо развлекаются с фаворитками, напиваются, охотятся…и не перечат «Совету»- вести политику как ему заблагорассудится. Так вот, в шестнадцатилетие и происходит «отбор»: кто идёт в «тайные» или «закрытые» ордена-доминиканцев, что ведут архивы и науку «Совета», храмовников-что псы стерегущие охраняющие покой земель внутренний, иезуитов-что выведывают тайны иноземные…или обычные: меченосцев-рубак и солдат «Совета», Иовитов-моряков «Совета» и его, правда негласно-торговцев. Ну и прочих…Или отпрашиваются, для службы «местным» орденам: вроде «красной звезды» у соседей чехов или «драконов»-у угров. Говоря по правде, на самом деле «местных», на территориях «Совета»-давно уже нет. Те что остались, располагаются на землях союзных нам государств: Испанской империи, Угорского королевства, Чешско-Моравской «славянской» империи и так далее. Так что: наш выбор-несколько, не наш…мда.

Хелегу показалось что сейчас предоставилась отличная возможность ещё больше узнать «местных новостей» и он продолжил: «И как же наш славный «Совет Орденов»-такую властную силищу получил?»

— Хм…как? Летописи прочти-я не помню…Вроде Папа с Императором где то надолго «зарубились», а тут наши-кааак выскочат, ну и тех обоих и того, в смятку, вот! Ахахах! — болтливый рыцарь просто ухохатывался от своей остроты. Хелег понял, наука и летописи были явно не для его нынешнего собеседника.

Отсмеявшись, рыцарь из лазарета продолжил: «Наш «Совет», потому и оставляет дворянчикам лишь выродков, что бы те не бунтовали! А всех, более-менее достойных, загребает себе. Однако, кому хочется возродить» старый порядок»-те убегают: На Сицилию, к местным рыцарским династам-у них там вроде как «конфедерации антиподов». В Испанию, которая охотно принимает беглецов от «Совета» и комплектует ими отряды для войн с арабами и берберами, в Сеуте и южнее, говорят планируют захватить весь север Африки. К скандинавам, что собирают «морские отряды» и как ранее Даны-периодически берут под свой контроль целые провинции. Иногда, в королевства Скоттов и Лузитан, но туда сложнее добраться…