Херег-меченосец

Никатор Александр

Хелегу вновь стало казаться, что они с санитаром начинают лезть куда не надо и слишком уж «много говорить», и не желая попасться на подобном разговоре при очередном появлении дежурного лекаря, он буркнул напарнику: «Пройдусь по подвалу, разомну ноги!» После чего встал и стал неспешно прохаживаться.

Глава десятая

Ближе к утру, наконец появился и священник: с ним было ещё двое братьев рыцарей и столько же сержантов. Вскоре после молитвы за усопшего-на которой рыцари молились на коленях вблизи тела своего побратима, а сержанты, стоя поодаль-пришёл дежурный лекарь. Он передал, одному из коленопреклонённых рыцарей табличку с нацарапанными

данными об умершем и что-то быстро стал говорить тому на ухо. Рыцарь, встав на ноги, покивал в ответ и глубоко вздохнув велел сержантам: «Заверните тело и несите за нами! Всё уже готово.» Последняя фраза была обращена также ко второму рыцарю и священнослужителю.

Сержанты споро выполнили приказ и уложив, по совету Хелега, мёртвого рыцаря на холстине — быстрым шагом вынесли его прочь из лазарета. Сам Хелег, желавший узнать как можно больше о мире где он оказался вообще и данном конкретном месте в частности-отпросился у старшего санитара смены и дежурного лекаря, и пошёл помогать при похоронах брата рыцаря.

Умершего вынесли за стены цитадели — из малюсеньких ворот, на одну дверь, о которых ранее Хелег и не подозревал. Метрах в ста от основных строений и каменной стены, на небольшом холме укреплённом частоколом и по грудь забором из досок-находилось кладбище крепостицы, на котором, в порядке званий и выслуги и хоронили орденских братьев. Так как покойник был «братом рыцарем», старшим братом в понимании иерархии-то его место упокоения находилось в верхней части холма. Покойному причиталось небольшое каменное надгробие, с описанием: имени, звания, дат жизни-если их знали и заслуг, если таковые были к моменту смерти.

Возле недавно вырытой, стоящими рядом новыми сержантами могилы-находилось несколько человек: лейтенант Клаус, как местный командир, Брат Тибо-главный храмовник крепостицы, он проверял взаправду ли умер человек и не хоронят ли, вместо него, иного. Двое рыцарей виденных Хелегом в подвале лазарета, как оказалось-друзья усопшего. Священник, со служкой подростком, что носил за ним книги. С десяток сержантов: они рыли могилу, несли тело, были в качестве обслуги.

Особо церемоний никаких и не было: лейтенант Клаус попрощался с покойником и сказал-«что умерший, был в целом-отличным воякой.» Тибо молчал и больше смотрел и слушал. Священник-всё время читал молитвы и крестился, а братья рыцари и сержанты, также поминутно осеняли себя крестом.

Потом, холстину с покойным уложили в яму и закидали землёй, постояв немного все разошлись. Подобный, «упрощённый» обряд похорон, несколько обескуражил Хелега: он конечно понимал что военный объект, да и времена-явно не праздничные, но всё же…

В лазарете вернувшемуся Хелегу опять налили» вара», а так как уже скоро их смена заканчивалась, то немного посудачили об умершем и том как он сюда попал и чем лечили. Ничего нового или интересного Хелегу не сообщили и он, после того как смена завершилась-пошёл сразу спать в свою казарму. Ему совершенно не хотелось идти в трапезную и слушать смешки, насыщаясь кашею с бульоном.

Как Хелегу показалось — он проспал не более пяти минут, однако его уже трясли за плечи и орали над ухом: «Подъём животное! Тревога!» На отмахивания спящего, тут же последовал пинок «под филей» и волей-неволей пришлось вставать.

В казарме был переполох: сержанты носились как угорелые и спрашивали у таких же как они сами-«где находятся кольчуги и кто успел их получить, а кому-нужно бегом одеваться и мчать к лейтенанту за приказами!» Санитары, в том числе и хорошо знакомый «старый» санитар, натягивали свои кожаные жилеты и сверху на них свои серые курточки. У всех братьев-санитаров рядом были их сумки и они, поминутно, друг другу орали и подскакивая помогали собираться.

— Проснулся тетерев? — вызверился на Хелега стоявший у его ложа,

старший санитар, — Бегом одевайся! Видели недалеко отряд «лазаритов», лейтенант Клаус готовит «Поиск», наши, почти все-в сопровождающей команде! Получи припасы в суму наплечную, переоденься, набери воды и снадобий в баклажки! Жди-возле наших повозок, что идут в «Поиске» позади остальных, ты понял, бревно? — Подождав, пока Хелег закивал-замахал головой, старший санитар убежал, орать на кого-то ещё в казарме.

Быстро одевшись — тревога есть тревога, Хелег на бегу одевая поверх жилета без рукавов свою курточку расспрашивал знакомого по лазаретной службе: «Что случилось-то? Почему все носятся как угорелые?»

— Хелег, не шути так — не время! Утром, через час после трапезы-примчался какой-то гонец и передал послание от одной из наших нашей досмотровых групп, что скрытно присматривают за маркграфством: в лесу, в пяти часах отсюда-видели «сбор лазаритов»! Их здесь уж более года небыло не видно не слышно, а тут…с ними — около полусотни протестников. Все в больших шалашах-готовятся. Куда пойдут — покуда неизвестно, но помня их предыдущие действия…будет драка, причём большущая!

Возле двадцати телег, что уже стояли в центре цитадели и на которые, в большой спешке грузили всё необходимое: от продовольствия, до запасных болтов для арбалетов и лезвий-для мечей и секир, возвышался огромный лейтенант Клаус, он произносил речь своим громовым голосом: «Братья! Мы давно не сталкивались с лазаритами-этими отступниками, которых покарал, ещё при жизни, сам Господь! Но сейчас, именно сейчас мы должны быть тверды в борьбе и безжалостны-ибо лишь так можно победить лазаритов и их союзников, протестников и папистов! Больше отваги-нет места жалости и состраданию! Очистим землю от «лазаритской скверны»! Не дадим вновь прорваться семенам ереси и лжи!

Люди вокруг стали потрясать оружием и кричать: «Слава Господу! Смерть отступникам! Лазаритов-на костры!» Опять появился старший санитар и накричав на Хелега-послал того на склад, получать мешок с корпией и зелья госпитальеров с бирками «от лазаритской заразы».

На складе, снующий по нему интендант был просто запуган всеми — его постоянно обвиняли: в службе делу отступников, хищениях, слабоумии. Он более всего напоминал дрессированную обезьянку, что скачет по всему периметру вольера пытаясь угодить и всё равно получает «щелчки» плёткой.

Худо-бедно получив новый походный комплект, состоящий из кожаного жилета и дополнительного кинжала, к мечу-выданному ранее, Хелег заодно обзавёлся увесистым мешком с щипанной корпией и парой глиняных горшков с различными мазями. Баклажек с «противозаразой лазаритов»-уже не было, их расхватали ранее прибегавшие госпитальеры и старшие санитары. После чего скорым шагом вышел в направлении обозной «гусеницы», что потихоньку обзаводилась всё новыми сочленениями.

Повсюду была суматоха: рыцари одевались в «полные латы» прямо во дворе, некоторым приходилось ждать в очереди, пока сержанты, из помощников инструктора по» боёвке»-помогут им и их коллегам облачиться. Сержанты переругивались, так как постоянно оказывалось что оружие-не там где нужно оставили или так заблокировали сверху сундуками и мешками, что его не достать. Нередко припасы и запасные комплекты болтов-бросали на самое дно повозок, где их в спешке боя и не сыщешь. На повозки одевали дополнительные щиты, как объяснили Хелегу-для защиты от камней из пращ, основного метательного оружия протестников, да и дротики они вполне останавливали. На передних повозках было специальное местечко для «вперёд смотрящего», где он, лёжа в люльке на самой крыше крупнейшей и самой высокой-мог бы сигнализировать о возможной атаке отступников Веры, если бы они каким неведомым образом обошли конные разъезды разведчиков и внезапно появились близ походной колонны.