Хеппи-энд не предвидится?

– Привет, Джекки! – Джон Лоример с распростертыми объятиями бросился к молодой женщине. – Ты выглядишь, как всегда, потрясающе!

– Спасибо, – ответила та и слегка кивнула головой. – Я с удовольствием возвращаю комплимент. Тебе очень идет темно-зеленый смокинг.

– Стараюсь, как могу. Я уже не мальчик. Вдобавок конкуренты не дремлют. – Он обнял ее за плечи и поцеловал в щеку.

Джон Лоример и Джекки Саундерс были коллегами-адвокатами и работали в одной фирме – «Луизианская Нефтедобывающая Компания»,

которая находилась в Новом Орлеане и имела обширную сеть филиалов по всей стране.

Джон был непосредственным начальником Джекки, и им приходилось часто общаться на работе. Он ее очень ценил, и Джекки знала, что своим быстрым продвижением по службе не в последнюю очередь обязана ему.

ЛНК, как часто кратко называли «Луизианскую Нефтедобывающую Компанию», объединяла несколько нефтяных промыслов и нефтеперегонных заводов. Основная обязанность Джекки состояла в заключении договоров с землевладельцами об открытии пробных буровых скважин.

Это было не так просто. Стоило людям услышать слово нефть, как они начинали воображать себя мультимиллионерами и запрашивали огромные деньги за право проведения разведочных работ. Большая часть буровых скважин приносила одно разочарование. Или не было нефти, или участок слишком маленький, или расположение скважины было настолько неблагоприятным, что затраты не оправдывали себя.

Вечеринка была в самом разгаре, Джон и Джекки вышли в сад. Джон Лоример, шеф правового отдела ЛНК, жил на вилле в фешенебельном Гарден-дистрикт.

– Ну и столпотворение, – сказала Джекки. – Мне казалось, ты собирался пригласить только пару человек.

– Ты же знаешь, как это бывает. – Джон вымученно закатил глаза и тяжело вздохнул. Его реакция была слишком театральной, чтобы быть правдоподобной. Кроме того, Джекки прекрасно знала, что он обожает большие компании. – Кто-то приглашает подружку, а она не хочет идти без своей лучшей подруги. И одним махом ты принимаешь больше гостей, чем собирался.

В Новом Орлеане вряд ли можно было найти человека, отклонившего приглашение на какой-нибудь из его знаменитых коктейлей под открытым небом.

Во всех известных журналах постоянно появлялись фотографии Джона Лоримера, который, ко всему прочему, являлся одним из самых завидных женихов.

Джон подозвал служащего, разносившего шампанское. О благополучии гостей заботились восемь официантов и два повара, которых прислала фирма, отвечающая за организацию вечера. Все они походили на хорошо сыгранный ансамбль, способный легко решить любую проблему, которая могла возникнуть в течение вечера.

Джон протянул Джекки бокал с шампанским.

– Веселись, – сказал он. – А мне необходимо заняться другими гостями. Увидимся позже.

Джекки кивнула и сделала глоток. Она редко пила спиртное, но шампанское было таким вкусным, что отказаться от него она не могла.

Джекки смотрела на сад, освещенный множеством разноцветных лампочек. Большинство приглашенных теснилось у бара, расположенного рядом с бассейном, по другую сторону которого, квинтет играл для гостей джаз и свинг.

Часть

приглашенных толпилась у столов с холодными закусками и у открытого гриля. Повсюду стояли маленькие столики, за которыми можно было отведать антрекоты, запеченные сардельки и куриные грудки.

Но Джекки была неголодна. Она не спеша подошла к старому дубу, одиноко стоящему в стороне. Его ствол опоясывала круглая скамья, отсюда открывался прекрасный вид на сад, здесь можно было наблюдать за веселым праздничным оживлением.

– Вы тоже не любите такое скопление народа? – неожиданно раздался голос рядом с ней.

Джекки обернулась и увидела улыбающегося светловолосого молодого человека. У него были самые синие глаза, которые ей когда-либо приходилось видеть.

– Меня зовут Декстер Николс, – представился он, протянув ей руку. При этом его взгляд беззастенчиво скользил по ее телу.

– Вы всегда так пялитесь на женщин? – Джекки наклонила голову и, слегка нахмурив брови, иронично улыбнулась. Она чувствовала свое превосходство над этим светловолосым великаном, несмотря на то что он превосходил ее ростом на целую голову.

– Нет. – Декстер отрицательно покачал головой. – Только если они того стоят. А вы именно такой случай. На вас стоит посмотреть, и не один раз.

Его самоуверенность возмутила Джекки.

– Мне кажется, что такие нахалы обречены на вымирание, – заявила она, надеясь, что это прозвучит уничижительно. Этот наглец должен знать, что она думает о подобных высказываниях. Но блондин отреагировал на ее замечание довольно своеобразно.

– О, простите, я не хотел вас обидеть, – сказал он и ослепительно улыбнулся.

– Я не обиделась, мистер Николс, – возразила она. – Но вы смотрели на меня так, как будто... – Она замолчала и прикусила нижнюю губу.

«Как будто хотите меня раздеть», – подумала она, но не произнесла этого вслух.

Зато он, казалось, и так все понял.

– Но я не могу по-другому. Когда я вижу что-нибудь прекрасное, то обязательно должен рассмотреть это во всех подробностях. Неужели это так плохо?

– Возможно, и не плохо, – ответила она. – Но джентльмены так себя не ведут!

– А я не джентльмен, – засмеялся он. – И это является большим разочарованием для моей семьи, где меня считают паршивой овцой. Меня пока не вышвырнули на улицу, но никто не расстраивается, когда я не появляюсь дома.

– У меня такое впечатление, что вы бравируете своим поведением, – сказала Джекки. У нее складывалось двойственное мнение о Декстере Николсе. С одной стороны, ей нравились его раскованность и естественность. Но, с другой стороны, раздражала фамильярность.

Она сама была из старинной южноамериканской семьи и воспитывалась в традициях юга. По этим традициям мужчины всегда вели себя в женском обществе сдержанно и уважительно. Чего нельзя было сказать о мистере Николсе!

Декстер пожал плечами.

– Я бы так не сказал, мисс... Простите, я забыл ваше имя.

– Если не ошибаюсь, я вам его и не называла, – сказала Джекки.

– Ну так назовите, пожалуйста, – попросил он. – Мне кажется, что гораздо приятней разговаривать, если знаешь, как зовут собеседника.