Хеппи-энд для Дездемоны
Шрифт:
– Тимофей, - укоризненно покачала головой Варвара Михайловна, - это же очень просто. Ручки называются правая и левая. Когда учитель задает вопрос, воспитанный школьник всегда тянет ту, которой пишет, а ты поднял другую.
– Дура, - прошипела девушка, сидевшая через проход от меня.
Я глянула в ее сторону, и она моментально сорвала с головы широкий обруч - темные завитые пряди упали вперед и скрыли от меня лицо девочки.
– Неужели до сих пор ты не научился находить нужную ручку?
– надрывалась
– Ай, ай, ай… Сейчас объясню. Положи ладони на парту!
Тимофей неожиданно послушался.
– Смотри, - возбудилась старушка, - правая рука - это та, у которой большой палец слева. И вся премудрость.
Я не удержалась и хихикнула, Тима ошалело рассматривал свои ладони.
– Сука, - прошипели сбоку.
Я резко повернула голову. Ничего не произошло, темные волосы грубиянки надежно скрывали ее лицо.
– Ваще офигеваю!
– простонал Тима.
– Правая та, где палец слева, а левая…
– С пальцем справа, - захлопала в ладоши Варвара Михайловна.
– Правда, здорово? В природе все продумано.
Прозвучал звонок, школьники разом вскочили и ринулись к двери.
– Деточки, погодите!
– заволновалась Варвара Михайловна.
– А домашнее задание?
– Может, не надо?
– попросил Костя, оборачиваясь.
– Хорошо, - неконфликтно согласилась училка.
– Погода прекрасная, лучше в парк сходите, покатайтесь на саночках.
Учитывая, что за окном вовсю цветет май, предложение воспользоваться санками звучало дико.
– Но не забудьте повторить пройденную сегодня во время урока тему, - занервничала, осознав собственный промах, Варвара Михайловна.
– Николай Васильевич Гоголь, «Мертвые души»…
Вместе с галдящими детьми я выпала из кабинета и запоздало изумилась. Надо же, оказывается, девятиклассники сегодня изучали бессмертное творение великого писателя! А мне показалось, что они занимались всякой ерундой.
Идти в учительскую не хотелось. Посмотрев на часы, я отошла в самый дальний угол коридора, где виднелся выход на аварийную лестницу, вытащила мобильный и набрала хорошо знакомый номер.
– Селиванов!
– грянуло из трубки.
– Витенька, привет, - обрадовалась я тому, что мой знакомый находится на рабочем месте.
– Это кто?
– слегка сбавил тон приятель.
– Вилка.
– А! И чего тебе надо?
– весьма нелюбезно поинтересовался тот, кто провел в свое время на нашей кухне не один час.
– Сделай одолжение, помоги! Есть такой человек, Василий Ярцев, он убил свою жену, Веронику Терешкину…
– Нет!
– резко перебил меня Витя.
– Что «нет»?
– удивилась я.
– Все, - сурово ответил Селиванов.
– Забудь мой телефон. Навсегда! Мне без разницы, кто из вас кого бросил, но я работаю с Олегом не один год и…
Я быстро нажала на красную кнопку. Понятно. Когда
Тягостные размышления прервала дрожь мобильного, не посмотрев на дисплей, я ответила:
– Алло.
– Доброе утро, - произнес до отвращения знакомый голос.
– Это Олег, так сказать, твой экс-супруг. Узнала?
– Естественно, - стараясь казаться равнодушной, ответила я. Было бы странно сказать иное.
– У тебя проблемы?
– поинтересовался Олег.
– Нет.
– Да? А у Селиванова сложилось иное мнение.
Я обозлилась на Витьку. Вот мерзавец! Сначала послал меня, а сам незамедлительно доложил начальству о своем патриотическом поступке. Лизоблюд и подхалим! Ему наплевать на годы дружбы, он хочет выслужиться перед своим шефом - Куприным.
– Меня вчера назначили большим начальником, - вдруг заявил Олег.
– Поздравляю, желаю удачи!
– быстро отреагировала я.
– Извини, я тороплюсь, опаздываю…
– Тебя интересует дело Василия Ярцева?
Ну, Селиванов, погоди, столкнемся когда-нибудь на узкой дорожке!
– Могу помочь, - предложил Олег.
– Напоминаю, я теперь шишка.
– Спасибо, но я привыкла обходиться собственными силами. Прости, спешу.
– Нам обязательно становиться врагами?
– тихо спросил бывший муж.
– Разбежавшиеся супруги редко мирно пьют чай на общей кухне, - не удержалась я.
– Ты все еще обижаешься на меня? Могу в сто первый раз повторить: я свалял дурака. Кстати, твоя последняя книга просто замечательная, - начал откровенно вилять хвостом Куприн.
– Слово «последняя», примененное к произведению писателя, всегда его раздражает. И с какой поры ты увлекся детективами?
– съязвила я.
– Да еще не крутыми мужскими историями, а глупыми бабскими поделками?
– Я сказал Селиванову, что все просьбы Вилки следует выполнять на раз-два, - отчеканил Олег, - что, обижая тебя, он оскорбляет меня.
Ну надо же! Оказывается, развод способен изменить мужчину в лучшую сторону.
– Так что с Ярцевым?
– поторопил меня Куприн.
– Ты можешь с ним побеседовать?
– сдалась я. В конце концов, вовсе не стыдно принять помощь от бывшего мужа.
– Легко, - заверил Олег.
– Спроси его: где Ларсик?
– Это кто?
– Василий в курсе.
– Ну… ладно, - согласился Куприн, и я снова удивилась его поведению.
Произойди подобный разговор год назад, муж бы так легко не сдался, устроил бы мне допрос с применением пыток и выжал из меня всю информацию.