Хеллтаун
Шрифт:
Не произнося ни слова, исключительно жестами, Дэн предложил отступать подальше отсюда. Нужно воспользоваться промедлением врага. Если отбиться от стрелявших и не получится, то убежать от них еще есть шанс. Так хоть кто-то из них сможет уйти живым из перестрелки. На полусогнутых ногах и перебежками группа пересекала внутренние дворы частных домов. Никто повторно не открывал по ним огонь в спины, а единственной угрозой стали бродящие повсюду зараженные. Кевин и Вова бодро рубили каждого встречного мертвеца битой и топором, это оружие мужчины смогли каким-то образом отыскать в баре. Митч, несмотря на, казалось бы, преклонный
Очередной живой труп в одном из пробегаемых ими дворов внезапно вывалился на Каннингема откуда-то сбоку. Зубы мертвеца сомкнулись прямо за левым ухом до того, как мужчина успел заметить угрозу и отразить ее. Повезло, что рядом шагающий Митч помог – после ножа в висок обратившийся сполз на пожелтевшую осеннюю траву. Дэниел остановился, перепугано ощупывая шею – нет, мертвяк не успел укусить. Старик хлопнул Канниннгема ладонью по спине, смерил осуждающим взглядом, после чего кивнул на лом в руке мужчины:
– Не стой как отмороженный, Дэн.
Хуже отца с ребенком с самозащитой справлялась разве что Лорэйн. От каждого встреченного зараженного женщина шарахалась, замирала, даже не пыталась увернуться или нанести удар. При этом оружие соседке досталось неплохое – длинная острая кочерга от печи из кухни бара. Впрочем, реальной необходимости использовать кочергу у блондинки не было, ведь обязанности по ее защите от нападения весьма неплохо разделили между собой Вова и Кевин. Единственная функция Лорэйн, с которой она справлялась на отлично – функция провожатого. Женщина уверенно вела группу к своему дому, отлично ориентируясь на местности. Вероятно, ежеутренние пробежки помогли ей изучить родной район в совершенстве, поэтому она ни разу не растерялась по пути. Ориентировочно и Дэниел помнил место расположения ее особняка, но полностью доверял памяти соседки и советами не надоедал.
По оценкам Дэна бежать им нужно еще несколько кварталов, но Вова вдруг резко остановился. Лицо Биртича изображало немой вопрос: «Что ты творишь?», но бывший бригадир поднял палец вверх. Потом тихо произнес:
– Слышите?
В ушах у уставшего и раскрасневшегося Дэниела был слышен только стук собственного участившегося пульса, потребовалось время, чтобы Каннингем понял, о чем говорит Вова. Поняли и услышали это все спутники. Негромкий звук напоминал тот, что издает шлифовочная машина для дерева, Дэн ежедневно слышал ее на работе: что-то вроде жужжащего шмеля из соседней комнаты, кучи жужжащих шмелей. Приближающийся звук становился объемнее, многограннее и… живее?
Начали оглядываться, ища источник назойливого жужжания – насекомых осенью уже нет. Звук слышится со стороны дороги, пролегающей через квартал и заканчивающейся развилкой. Все пять пар глаз смотрели в направлении дорожной полосы, приглушись в тени стены случайного дома. Они ожидали увидеть что угодно, но картина, открывшаяся перед ними, была действительно ужасающей – в сторону выживших двигался человеческий поток из зараженных. По количеству участников и жужжащему созвучию, в который слились рычание и стоны мертвецов, они напоминали рой. Сотни, если не тысячи
– В дом! – из всех них, похоже, один Вова сохранил хоть какое-то самообладание. Все остальные оторопели перед лицом опасности, с которой вот так вот, лицом к лицу, сталкивались впервые.
Здание, у которого они стояли и в котором предложил прятаться Вова, имело высокий фундамент, но до окон дотянуться можно. Русский парень действовал быстро – разбил прицельно запущенной битой оконное стекло, быстро скинул куртку и закинул на торчащие из нижней рамы осколки. Кевин подсадил его, и вот уже экс-бригадир забрался внутрь здания.
– Пусто! – отсчитывается он и тут же перегибается через раму, протягивает руки, чтобы помочь забраться следующему.
Митч подталкивает лезть Лорэйн. Женщине непросто взобраться по стене, но существенную помощь оказывает Биртич, поддерживающий снизу. Дэн смотрит в сторону приближающегося роя – зараженные менее, чем в сотне футов от них. Приближающиеся клацающие зубы уже различимы; кажется, мертвецы тоже заметили живых людей, копошащихся у дома, и теперь ничто не собьет их от смертельного курса в их сторону. Когда Митч хлопает Каннингема по плечу, тот едва не подпрыгивает на месте.
– Ребенка! – командует старик, указывая на протянутые руки Вовы.
Дэниел будто в полусне, не сразу понимает, что от него хотят и о каком ребенке речь. Дочь! Непутевый отец опять забыл о своем чаде, но и та уж слишком притихла. Почему от неё не было ни звука за все время побега? Неужели задохнулась? Он передавил дочери жизненно важный орган и сам того не заметил? Дрожащими от волнения руками Каннингем начал распутывать обмотки слинга, чтобы извлечь тело ребенка. Живая! Сонная дочь смотрит на него внимательным взглядом, но возмущается, когда откуда-то сверху ее под мышки перехватывают чужие руки.
Когда ребенок был в безопасности внутри дома, следом решает лезть внутрь не Дэн, а Кевин. Биртич не стал дожидаться, что его будет кто-либо подсаживать – хватило помощи Вовы, он подтянул легкого Кея вверх за руки. Мертвецы тем временем были уже в одном пролете от них, а под окном остались двое – Митч и Дэн.
– Митч, давай! – требует Каннингем и становится на одно колено, чтобы о второе старик смог использовать как ступеньку. Но на лице Митча возмущение и ужас.
– Не дури, идиот! Сам лезь! – протестует реднек.
– Нет!
– Там твоя дочь, дурак! Лезь!
– Быстрее! Сейчас! – вмешался Вова, видящий приближающуюся смертельную опасность, он требовал принять решение сейчас же.
Митч тоже обернулся на мертвецов, плюнул и кряхча по-стариковски начал взбираться в окно. Реднек был тяжелее их всех, для подтягивания массивного тела в оконный проем требовалась больше сил и времени. За обе руки сверху тянули Кевин и Вова, а снизу толкал Дэниел, и задуманное все-таки удалось осуществить. Да и еще и вовремя – едва туловище мужчины перевалилось через окно, первый из роя зараженных навалился на Дэна. Нападающего Каннингем оттолкнул мощным толчком в грудь. Мертвец из-за удара равновесие не удержал, навалился всем телом на идущих позади него, сбил еще нескольких живых трупов. Но надвигающая толпа быстро поглотила павших, замедлилась совсем ненадолго.