Хеллегер
Шрифт:
Хеллегер нашла его глазами.
– И ты возвращайся, брат. Я буду ждать…
Руэри коротко кивнул и первым тронул коня. Гэйр наклонился к эльфийке.
– Я вернусь, Хеллегер. Обязательно. И тогда повторю своё предложение. Я хочу услышать от тебя «да».
Не дожидаясь ответа, он пришпорил коня и повёл своих воинов за собой. Хеллегер проводила их взглядом и вернулась к себе. Она смертельно устала… Уже засыпая, почувствовала ручки своей Эйлин, обвившие её шею. Её не пускали к эльфийке все эти дни. Наконец,
Хеллегер, не открывая глаз, положила ладонь на голову Эйлин, ощутила нежный шёлк её мягких волос. Она подумает над словами Гэйра завтра... ил послезавтра... И подумает, что ей делать…
Глава 44.
Гэйр поставил главным в крепости Ирвинга. В подчинение дал ему немного воинов. Он прекрасно понимал, вряд ли кто-то решится напасть на замок в его отсутствие. Слухи о том, как неизвестные хранители клана Хаттэн уничтожили великих шаманов их же заклинанием, как пожар в сухом лесу, пронёсся по землям кланов.
Хеллегер спала два дня. Она не слышала, как женщины заходили в комнаты, подбрасывали дрова в камин, заботливо укрывали её, поправляли одеяло, иногда осторожно касались её волос и улыбались. На третий день эльфийка проснулась всё ещё немного уставшей. Сама Иннес принесла ей тёплой воды умыться, а потом с любовью расчёсывала её волшебные волосы и плела дивные косы. Глядя в зеркало, скупо сказала:
– Спасибо тебе, Хеллегер! Ты много жизней спасла… Прости меня.
Хеллегер накрыла натруженную с выпуклыми голубыми венами руку старой женщины, кивнула:
– И ты меня прости, Иннес. Мне жаль твоих сыновей. Я понимаю…
Иннес накрыла ладонями белоснежную голову и вдруг коснулась губами макушки. В глазах её стояли слёзы.
Эдме в отсутствии брата и немеда Гэйра почувствовала, что ей лучше не лезть к Хеллегер со своими придирками и язвительными замечаниями. Люди, проникшиеся безмерным уважением к эльфийке, могли и придушить в тёмном углу глухих коридоров. Пару раз она попыталась командовать женщинами, но ей вежливо указали, что она не немеда клана Хаттэн, и если ей что-то нужно, она может сама это сделать. Злая Эдме стала тенью – тихо сидела в своих комнатах, кляня брата за то, что не отправил её домой, где она была полноправной хозяйкой.
Хеллегер не нашла своей девочки в комнатах и пошла искать её на конюшню. Люди в полутёмных коридорах улыбались ей, говорили ласковые слова, старались коснуться одежды. Впервые Хеллегер чувствовала себя дома и искренне улыбалась в ответ. Она вышла за тяжёлую дверь замка. Северный ветер тут же ударил в лицо холодом и свежестью. Даже ему улыбнулась Хеллегер.
Эйлин стояла у плетня рядом с конюшней и болтала с другими подростками. Почти всех лошадей забрало войско Гэйра, и работы у неё было совсем мало. Хеллегер не стала её звать. К удивлению женщин, она появилась на кухне и стала помогать
Без Гэйра и Руэри её жизнь стала размеренной и даже немного скучной. Из развлечений в её полном распоряжении осталась библиотека и болтовня с духом по вечерам. Кнуд расщедрился и иногда показывал Хеллегер самые укромные уголки замка и раскрывал самые тайные секреты.
Седмицы через две дозорный вдруг дал сигнал тревоги. Ирвинг с воинами кинулись закрывать тяжёлые ворота, но во двор замка уже въезжал конный отряд. Все, как один, в чёрных плащах, стройные и высокие с прямыми спинами и горделивой посадкой головы. У каждого за плечами длинный лук.
Воины клана Хаттэн бросились к оружию. Даже дети тянулись к ножам. Кто-то из женщин с криком кинулся в замок.
Незнакомцы образовали круг с одним всадником в центре и вскинули луки, заложив стрелы. Во дворе повисло напряжённое молчание. Ирвинг и те немногие воины, что остались в замке, с мечами наголо приготовились защищать женщин и детей.
Всадник внутри странного круга величавым движением откинул капюшон, и по толпе пронёсся шепоток. Это оказалась всадница – эльфийка с такими же великолепными белоснежными волосами, как и у Хеллегер.
– Кто у вас главный? – Спросила эльфийка голосом, привыкшим повелевать.
Ирвинг, не опуская меч, шагнул вперёд. За его спиной всхлипнула Юна. Эльфийка сказала что-то на своём языке, и тут же четверо всадников спешились и сделали ступени, переплетя руки. Эльфика неспеша ступила на землю и подошла к Ирвингу.
– Прикажи своим людям убрать оружие, воин. Я пришла за тем, что принадлежит мне, и ничего лишнего не возьму… в том числе, и ваших никчемных жизней.
– У нас нет ничего вашего. – И не подумал опустить меч Ирвинг.
– Ошибаешься… - Улыбнулась эльфийка, и по спине Ирвинга заструился пот. – У вас моя дочь, и я заберу её.
Гул недовольных голосов снова раздался со всех сторон.
– У меня нет матери. – Хеллегер стояла на пороге замка с невероятно прямой спиной. – У меня всегда был только отец, да будет его путь среди богов лёгким.
– Хеллегер… - Выдохнула эльфийка, скользя взглядом по каменному лицу дочери. – Ты ещё прекраснее, чем можно было бы подумать… - Она шагнула к ней, но Ирвинг преградил дорогу.
Эльфийка насмешливо подняла бровь, а двое лучников тут же выбрали целью грудь и голову мужчины.
– Ты уверен, что выстоишь, воин?
– Пропусти её, Ирвинг… пожалуйста. Она проделала длинный путь не для того, чтобы уйти ни с чем. Я поговорю с нею.
Ирвинг нехотя отступил в сторону.
– Так чего ты хочешь? – Хеллегер не желала называть чужачку мамой.
– Ты хочешь говорить прямо здесь? На пороге замка?
– Если ты стесняешься, прошу в мои комнаты, незнакомка. – Хеллегер развернулась и отступила в полумрак коридоров.